тибетский буддизм

Нейрональные корреляты недвойственного сознавания в медитации

Оригинал статьи на английском языке был опубликован в журнале «Анналы Нью-Йоркской академии наук» (Ann NY Acad Sci 1307: 9 – 18. 2014. © The New York Academy of Sciences). Перевод выполнен Никитой Свистуновым под редакцией Сергея Гуленкина с разрешения автора специально для журнала «Эрос и Космос».

Мауриц Корнелис Эшер. День и ночь, февраль 1938. © The M. C. Escher Company

Такие дуальности, как «я» и «другое», «хорошо» и «плохо» и «внутри группы» и «вне группы», являются распространенными чертами человеческого опыта, структурирующими большинство когнитивных и аффективных процессов. Тем не менее, совершенно другой способ переживания, в котором такие двойственности ослаблены, а не укреплены, также доступен. Он зависит от распознания в потоке нашего сознания недвойственного сознавания (НДС) — фонового сознавания, которое предшествует концептуализации и намерению и которое может контекстуализировать различное перцептивное, аффективное или когнитивное содержимое, не разделяя поле опыта на привычные дуальности. Эта статья вносит на обсуждение НДС, как оно переживается в тибетской буддийской медитации, и рассматривает результаты нашего исследования влияния НДС на антикоррелятивные внутренние (или сеть пассивного режима работы мозга — нервная сеть взаимодействующих участков головного мозга, активная в состоянии, когда человек не занят выполнением какой-либо задачи, связанной с внешним миром, а, напротив, бездействует, отдыхает, грезит наяву или погружен в себя. — Прим. перев.) и внешние сети (нервная сеть, модулирующаяся с помощью внешней сенсорной стимуляции в мозге. — Прим. перев.) в мозге. Также обсуждаются предварительные данные из текущего исследования НДС с минимизированным феноменальным содержанием, которое указывает на участие сети предклинья в НДС.

Введение

Азиатские созерцательные философии, восходящие по крайней мере к IV веку н. э.1 и, возможно, еще к VIII веку до н. э.2, описали структурирование человеческого опыта с помощью субъект-объектной дихотомии, сопровождаемое конкуренцией между изнутри и извне управляемой психической деятельностью. Такое структурирование было обозначено как дуальность и рассматривается как фрагментация области опыта на необязательно антагонистические полюса, такие как «внутреннее» против «внешнего», «я» против «другого», «хорошее» против «плохого» и «сознание» против «материи». Корни этой дуальности понимаются по-разному как восходящие либо к базовой идентификации себя с телом и разумом, либо к представлению о независимом самобытии в людях и объектах, либо к грамматической структуре языка, которая неизбежно организует познание вокруг дихотомии субъект-объект.3 В современной науке также наблюдались различные аспекты дуальности. Биологические корни «я» и «не-я» связывали с функционированием иммунной системы,4 с интероцептивными и экстероцептивными нейронными картами, представляющими границы тела,5,6 и с картами влияния взаимодействий с окружающей средой на гомеостаз внутренних систем организма.7 Дуалистическая структура когнитивных процессов изучалась в отношении «самореферентных» (связанный с собственным «я». — Прим. перев.) против «аллоцентрических» (связанный с чем-то внешним, с другим. — Прим. перев.) познаний,8,9 а также социальных конструктов, таких как внутригрупповое или внегрупповое членство.10 Хотя большинство таких двойственностей возникают естественным образом, их психологическое «цементирование» может привести к чрезмерной фрагментации опыта.

С точки зрения крупномасштабной организации коры, интересная, но спекулятивная идея состоит в том, что эта фрагментация человеческого сознания отражает широкое разделение коры на внутреннюю и внешнюю сети.11,12 Временные ходы этих двух широких мозговых сетей обычно антикоррелируют, даже когда субъекты находятся в состоянии покоя.13 – 15 Каждая из двух глобальных сетей состоит из нескольких подсетей, которые соотносятся со зрением, слухом, сенсомоторной функцией, эпизодической памятью, произвольным вниманием, выделением и исполнительным контролем.19 Внешняя сеть положительно реагирует на задачи, связанные с внешними стимулами, и включает в себя дорсальную сеть внимания, префронтальную сеть когнитивного контроля, а также сенсорные и моторные сети. Внутренняя сеть, или сеть пассивного режима работы мозга, реагирует более сильно, когда мы не вовлечены в задачу (но см. ссылку 20), и включает в себя срединную базовую сеть (midline core network) и медиальную сеть височной доли, объединяя области предклинья, коры задней части поясной извилины, нижней теменной доли и медиальной префронтальной коры, а также области гиппокампа в медиальной височной доле. Внутренняя сеть вовлечена в широкий спектр самореферентных процессов, включая самосознание или саморефлексию, будущее планирование и принятие решений о своем текущем личном состоянии, построение сцены из памяти или воображение будущего, творчество, а также блуждание ума.21 – 24 Межобластные корреляции, указывающие на функциональную связность между узлами внутренней сети, демонстрируют различные изменения на разных стадиях сна, седации и гипноза, и это даёт основания предполагать, что состояние сознания индивидуума может оказывать существенное влияние на синхронизацию между этими областями.25 – 28 Особый интерес в этом отношении представляют исследования, в которых изучаются изменения функциональной связности узлов внутренней сети / сети пассивного режима работы мозга у пациентов с минимальным сознанием.29 – 31 Исследования, включающие таких пациентов, а также исследования возврата к сознанию из анестезии, указывают на центральную роль областей, которые составляют внутреннюю сеть, и предклинья в частности, в сознании.32 – 34

Одна из центральных, хотя и сложных с научной точки зрения, идей недвойственных созерцательных традиций, в частности дзогчен и махамудры в тибетском буддизме и адвайта-веданты и кашмирского шиваизма в индуизме, заключается в том, что на некотором фундаментальном уровне человеческий опыт не разделяется на противоположные дуальности, но что такая фрагментация, будучи универсальным условием человеческой жизни, все же является побочной для более единой реальности, лежащей в основе нашего повседневного опыта.35,36 Такой единый опыт возможен, с точки зрения этих традиций, из-за наличия аспекта нашего сознания, который не опирается на дуалистические концептуальные конструкции и символические представления для познания. Таксономии сознания, разработанные в этих традициях, распознают различные уровни психического функционирования, примерно соответствующие перцептивным, аффективным и когнитивным содержаниям и глобальным состояниям активации, таким как бодрствование, сон и глубокий сон. К ним они добавляют различные измененные состояния сознания, возникающие при медитативном поглощении; субстратное сознание, которое считается вовлеченным в сохранение воспоминаний; и неконцептуальное недвойственное сознавание (НДС), которое пребывает, обычно не распознанное, на фоне всего сознательного переживания.37 Это фоновое сознавание в медитации предстает унитарным и неизменным — ведение, которое само по себе пусто от содержания, однако ясно сознающее и блаженное — в то время как различные сенсорные, аффективные и когнитивные содержания, а также различные состояния активации, предстают перед ним как динамические процессы или, как гласит известная метафора, как образы в зеркале.38 НДС характеризуется, среди прочего, своим рефлексивным свойством — оно знает, что оно сознательно, не полагаясь на последующие моменты концептуального познания.39 Согласно некоторым традициям, наша неспособность обычным образом обнаруживать НДС происходит из-за маскировки этого рефлексивного свойства ошибочными познаниями, возникающими из субстратного сознания. Тогда как НДС переживается в медитации как яркое присутствие пустотного сознавания, которое знает себя напрямую без посредничества концептуальной мысли, субстратное сознание переживается как приятно расслабленное поглощенное состояние, родственное глубокому сну, но не полностью бессознательное, которое узнается задним числом. Вопрос о том, каким может быть отношение НДС к субъективности и чувству себя, был предметом серьезных дискуссий среди различных азиатских философий и выходит за рамки этого обзора.35 – 40

Определение НДС с точки зрения существующих конструкций когнитивной науки является сложной задачей, так как это аспект сознания, который еще недостаточно исследован. Предпринимались попытки классифицировать различные техники медитации на две широкие категории на основе задействованных ими механизмов внимания: сфокусированное внимание (СВ) и открытый мониторинг (ОМ), причем медитация НДС (тиб. Rig-pa) классифицировалась во второй категории.41 Как указывалось нашей группой и другими, ключевые особенности НДС дифференцируют стиль медитации НДС как третью категорию медитации.42,43 Эти различия будут обсуждаться в следующем разделе.

Подходы к практике медитации

На протяжении многих веков в различных созерцательных традициях возникали разные подходы к решению проблемы двойственности. Некоторые подходы выбрали монистическое решение, пытаясь отвергнуть ту или иную сторону опыта, например, преуменьшая значение субъективного в пользу объективного или наоборот. Другие подходы попытались покончить как с субъективными, так и с объективными аспектами опыта, и стремятся к полному прекращению опыта сродни глубокому сну. Наконец, в недвойственных подходах субъективные и объективные полюсы опыта воссоздаются в рамках базового пространства НДС и при этом понимаются как две стороны единого поля переживания. В некоторых созерцательных традициях аспекты этих разных подходов рассматриваются как этапы прогресса в практике медитации, а фактическая цель — недвойственный подход.35,36,44

Исключительно субъектный подход

Идея исключительно субъектного подхода состоит в том, чтобы ограничить возникновение внешних психических процессов, связанных с опытом окружающей среды, обычно посредством сосредоточения внимания на некотором внутреннем аспекте опыта, связанном с самим собой, будь то перцептивный, аффективный или когнитивный аспекты. Такой подход встречается, в частности, в некоторых школах веданты и санкхья-йоги.45 Исследования техник, которые преследуют эту цель, показали повышенную активность узлов внутренней сети, или сети пассивного режима работы мозга, в частности, медиальных префронтальных и медиальных теменных кортикальных слоев.46 – 48 Цель таких медитаций традиционно обозначается как «повышение самосознания» или «реализация чистого сознания или Я». Это согласуется с современными выводами о роли внутренней сети в самосознании и организации опыта.49, 50 Важное озарение, которое приходит из таких медитативных практик и перекликается с современным пониманием функционирования мозга, — это осознание того, что опыт человека зависит от его ума.51 В некоторых традициях это осознание распространилось до идеалистического представления о том, что сам физический мир нереален и является просто конструкцией ума.52

Исключительно объектный подход

Идея, лежащая в основе исключительно объектного подхода, заключается в том, чтобы ограничить субъективную сторону опыта и связанные с «я» психические процессы и подчеркнуть объективную внешнюю сторону, обычно посредством сосредоточения внимания на мгновенной природе чувственного опыта.53 Этот подход встречается преимущественно в более ранних буддийских традициях, таких как тхеравада и дзен, хотя как базовая форма буддийской практики он распространен во всех буддийских школах, поскольку для точности наблюдения за когнитивными и эмоциональными процессами необходима некоторая степень стабильности внимания. Метод состоит в том, чтобы культивировать СВ, начиная с дыхания в качестве объекта фокуса, после чего обычно следует  практика открытого непредвзятого мониторинга всего, что возникает в опыте от момента к моменту.54 Такой фокус внимания на чувственном измерении опыта ослабляет субъективность и самопоглощенность в пользу объективного восприятия. Этот акцент также был выражен в терминах гипотетического перехода от эгоцентрической к аллоцентрической пространственной обработке.55 Спонтанное мышление или блуждание ума не поощряются, и прогресс измеряется поэтапно, где стадии отображают способность к внимательной поглощенности.56 В контексте практики тантрической ваджраяны этот метод был усовершенствован, чтобы позволить изолировать НДС или «ясный свет» от феноменального содержимого и таким образом ознакомить медитирующего с этим аспектом его или ее ума.38

Исследования медитаций с использованием исключительно объектного подхода показали увеличение активности узлов внешней сети, особенно в областях, связанных с СВ и мониторингом57, вместе со снижением активности в узлах внутренней сети, особенно в медиальной префронтальной коре и задней поясной извилине. Эти изменения сопровождаются увеличением антикорреляции между узлами внутренней и внешней сетей.58 – 60 Такое увеличение антикорреляции интерпретируется как увеличение функциональной сегрегации между этими двумя сетями.

Было обнаружено, что забвение себя61 и поглощение чувственным опытом, связанным только с объектами, или заданием, широко распространено даже у немедитаторов и дает определенные преимущества в оптимизации производительности, в частности в легкой атлетике и искусстве.62 Ослабление внутренней системы, в частности медиальной префронтальной коры, по-видимому, является общей чертой этих «потоковых» состояний.63 Хотя такое ослабление самооценивающей ментальности может быть схожим в потоковых состояниях и медитации, существуют важные различия, так как медитации СВ и ОМ приводят на продвинутых стадиях к состояниям поглощения, в которых феноменальное содержание значительно уменьшается.

Было также обнаружено, что снижение активности медиального префронтального узла внутренней системы облегчает симптомы некоторых клинических состояний, таких как руминативное мышление (повторяющиеся мысли о ситуации, которая вызвала сильные отрицательные переживания. — Прим. перев.), которое сопровождает эпизоды большой депрессии.64 Было показано, что руминативное мышление коррелирует с гиперактивностью медиальной префронтальной коры и с повышенной связностью области субгенуальной поясной извилины медиальной префронтальной коры с корой задней части поясной извилины, областей, которые участвуют в оценке и эпизодической памяти.64 У людей с синдромом дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ) аномальная организация и деятельность внутренней сети мешают постоянному вниманию и вовлечению в задачу.65 Эффект медитации СВ и ОМ на внимание может указывать на их возможную клиническую ценность в качестве дополнительных методов лечения при расстройствах внимания, хотя до сих пор недостаточно исследований, чтобы четко определить их эффективность.66,67 Несмотря на положительное влияние исключительно объектной медитации при определенных клинических состояниях,68 остается сомнительным, может ли продолжающееся подавление связанных с «я» аспектов опыта и ослабление активности внутренней сети быть здоровой долгосрочной стратегией. Внутренняя сеть имеет решающее значение для ряда когнитивных и аффективных процессов, которые делают то, что мы считаем уникальным человеческим сознательным опытом, и хроническое снижение ее активности может быть причиной некоторых трудностей, о которых сообщалось в практике этого стиля медитации.69,70

Ни субъект, ни объект

Эти подходы предполагают состояние глубокой поглощенности (санскр.: самадхи), сродни глубокому сну, когда все ментальные события, как связанные с внутренними, так и связанные с внешними аспектами опыта, прекращаются.71 То, что остается от реальной когнитивной способности в такой абсорбции, и каким образом, если таковой имеется, это состояние может отличаться от глубокого сна без быстрых движений глаз, было предметом некоторых дискуссий. Некоторые ранние школы буддизма рассматривают такое состояние, являющееся «ни сознательным, ни бессознательным» (пали: Nirodhasamapatti), в котором прекращаются все ощущения, как заключительную стадию поглощения и цель практики медитации, хотя многие более поздние школы оспаривают эту интерпретацию.72 Существует очень мало надежных научных исследований этих состояний,73 за исключением обнаружения физиологических коррелятов, таких как спонтанное прекращение дыхания, наблюдаемое при трансцендентальной медитации (ТМ),74 хотя сомнительно, приводит ли ТМ, практика исключительно субъектная, к этим состояниям, поскольку ее заявленной целью является чистое сознание или Я.42

Иллюзия кролика-утки

Недвойственный подход

Медитации НДС представляют альтернативу вышеупомянутым монистическим подходам. Вместо того, чтобы устранить тот или иной полюс опыта, медитации НДС облегчают реализацию естественного единства человеческого опыта, которое свободно от фрагментации на противоположные дуальности, например, «внутри — снаружи», «я — другое» и «хорошо — плохо». Эти медитации основаны на фоновом НДС, которое предшествует концептуализации и интенциональности и познает, не разделяя опыт на дуалистические противоположности, отсюда и термин «недвойственный» для этого сознавания.3,43

Медитации НДС можно отличить от медитаций СВ и ОМ по нескольким ключевым признакам.35 С точки зрения метода практики медитации НДС не предполагают преднамеренных усилий.35,42 Медитации СВ и ОМ полагаются на некоторую степень усилий, которые снижаются с развитием навыков, что приводит к безусильности на более поздних стадиях. Тем не менее, безусильность в медитации НДС отличается от овладения навыком. Скорее, это сродни прекращению усилий по поиску ключей при их обнаружении в кармане. Хотя медитации СВ и ОМ традиционно рассматриваются как сконструированные состояния, созданные посредством использования специальных стратегий внимания, медитации НДС основаны на выявлении рефлексивного сознавания, которое считается исконным и не сконструированным.35,75 Кроме того, медитации НДС можно рассматривать в первую очередь как контекстно-ориентированные, поскольку НДС имеет дело с контекстом опыта, а не с деталями этого опыта (удачную формулировку этого различия предложил Дэниел Браун, который, опираясь на тексты индо-тибетской буддийской традиции, указывает на разницу между «перспективой событий ума» — состояния активации или содержания, которые мы осознаём — и «перспективой самого ума». Последнее — это перспектива, из которой мы осознаём, или базис оперирования, обзорная точка сознавания, которая может быть либо обыденной/дуалистической, либо пробужденной/недвойственной. — Прим. ред.). Таким образом, они отличаются от медитаций, основанных на сосредоточении внимания или мониторинге переживаний, которые основаны на содержании и, как полагают, включают сети для эндогенного и экзогенного внимания и выделения.76,77 Эти различия также включают в себя более тонкие, такие как между медитацией НДС и безобъектной шаматхой, или медитацией сосредоточения, в которой ум освобождается от содержания и удерживается в пустом состоянии благодаря силе концентрации. Такая медитация зависит от использования эндогенного внимания и является формой медитации СВ. В современных исследованиях медитацию НДС также часто путают с медитацией открытого неосуждающего или невыбирающего осознавания, формой медитации осознанности, или внимательности (mindfulness), в которой практикующий отслеживает или следует за тем, что становится выступающей чертой его опыта от момента к моменту, не вовлекаясь или не вмешиваясь в переживаемое. Этот тип медитации является формой медитации ОМ, которая опирается на бдительность и внешнюю систему внимания. Он в первую очередь ориентирован на внимание к особенностям переживаний практикующего и, как и другие медитации ОМ, он не включает рефлексивное самопознание, которое характеризует НДС.44 Кроме того, НДС рассматривается созерцательными традициями как отличное от простого внимания к чувственному опыту, или феноменального осознавания, поскольку оно может контекстуализировать как простое феноменальное осознавание, так и расширенное сознание.78,79

Установление нейрональных коррелятов НДС и дифференцирование их от эндогенного и экзогенного внимания может оказаться чрезвычайно сложной задачей, о чем свидетельствуют усилия по дифференциации внимания и визуального осознавания. 80,81 В следующем разделе мы покажем один из возможных подходов, где исследуются изменения в функциональной связности глобально распределенных сетей. Существует мало исследований по НДС. Предыдущие исследования выявили увеличение плотности серого вещества в стволе головного мозга,82 уменьшение упреждающего представления аверсивных стимулов (стимулов, вызывающих отвращение. — Прим. перев.) и увеличение набора ресурсов внимания во время боли,83 увеличение амплитуды и согласованности электроэнцефалограммы (ЭЭГ) во время задач с условным отрицательным отклонением.84 Еще не было установлено с научной точки зрения, предусматривает ли безотносительная любовь и сострадание85  имплицитно некоторую степень НДС. Эта проблема была предметом давних дебатов в тибетской буддийской традиции, которые сосредоточены на вопросе о том, являются ли такие положительные качества исконными в НДС и проявляются ли они спонтанно после реализации НДС, или же они являются сконструированными состояниями, требующими постоянной тренировки для проявления в опыте и поведении практикующего.35

Нейрональные корреляты НДС

Практика медитации НДС характеризуется, после первоначальной активации ее рефлексивного свойства, постепенным уменьшением привычного разделения области опыта на связанные с «я» и связанные с «другим» процессы. По этой причине мы выдвинули гипотезу, что ее влияние на глобальные паттерны связи между внутренней и внешней системами будет отличаться от влияния исключительно объектных и исключительно субъектных медитаций. Как было рассмотрено в предыдущих разделах, исследования медитаций СВ и ОМ обнаружили увеличение антикорреляций между узлами внутренних и внешних сетей.58 – 60 Однако другие исследования не обнаружили изменений в каких-либо уровнях корреляции как и для медитации типа СВ, так и для типа ОМ.86 Наше исследование было первым, которое изучило такие изменения во время медитации НДС.

Мы исследовали опытных практикующих (4000 – 37000 часов практики) в тибетской буддийской традиции, большинство из которых могли выполнять медитации как НДС, так и СВ, в трех условиях: НДС, СВ и пассивной фиксации, в то время как они держали свой взгляд на точке фиксации в центре экрана.87 Фиксация использовалась для контроля значительных эффектов спонтанных саккад (быстрое движение глаза между точками фиксации. — Прим. перев.) на сигнал функциональной магнитно-резонансной томографии (фМРТ). Использование пассивной фиксации в качестве состояния покоя несколько проблематично для субъектов, практикующих медитацию, так как медитация со временем производит характерные эффекты, которые переносятся в состояние покоя.88 Кроме того, однажды реализованное НДС не может просто исчезнуть. Таким образом, наши инструкции для участников в состоянии пассивной фиксации состояли в том, чтобы позволить их дуалистическому уму свободно блуждать и избегать медитации любого типа.

В качестве общего показателя уровня антикорреляции между двумя сетями мы вычислили большой средний временной ряд для всех вокселей (элемент объемного изображения, содержащий значение элемента растра в трехмерном пространстве; вокселы являются аналогами двумерных пикселей для трехмерного пространства. — Прим. перев.) во внешних и внутренних областях интереса (ОИ), а затем вычислили корреляцию между этими двумя большими средними временными рядами. Как и предполагалось, медитация НДС привела к значительному снижению антикорреляции между внутренней и внешней сетью по сравнению с состоянием покоя. Другими словами, ее эффект состоял в увеличении функциональной связи между двумя сетями. Напротив, медитация СВ приводила к противоположному эффекту, значительно увеличивая антикорреляцию между двумя сетями (диаграмму с числовыми показателями заинтересованный читатель может найти в английском оригинале статьи. — Прим. ред.).

Эти различия в антикорреляции были специфичны для взаимодействий между внешней и внутренней системами. Не было никаких свидетельств различий в корреляциях между парами внутренних ОИ или между парами внешних ОИ. Аналогично, не было различий между условиями модуляции мозговой активности в обеих сетях, что оценивалось путем тестирования дисперсии временных рядов реакций.87 Наши результаты показывают, что на антикорреляцию между внутренними и внешними сетями можно воздействовать совершенно разными способами посредством медитации, и что медитация НДС отличается от медитаций СВ и ОМ тем, что она активирует состояние ума, в котором внешние и внутренние переживания становятся все более синергическими, а не конкурирующими.

Медитация недвойственного сознавания активирует состояние ума, в котором внешние и внутренние переживания становятся все более синергическими, а не конкурирующими

Сеть сознавания предклинья

В фМРТ-исследовании НДС с ​​минимальным феноменальным содержанием, которое мы в настоящее время проводим, участники медитируют с закрытыми глазами, уменьшая феноменальное содержание, либо в расслабленном спокойном состоянии, либо в медитации НДС. Мы особенно заинтересованы в функциональных изменениях связности в узлах сети, образованной когнитивной/ассоциативной центральной областью предклинья.89 Эта область предклинья расположена вокруг предклинной борозды, дорсальна к субпариетальной борозде и вентральна к передней сенсомоторной и задним зрительным областям предклинья. Она проецируется на дорсолатеральную префронтальную кору (дПФК), дорсомедиальную префронтальную кору и угловую извилину в нижней теменной доле (подробное анатомическое определение этой области и ее сети проекций см. по ссылке 89). Центральное предклинье как функционально, так и анатомически отличается от задней поясной извилины (ЗПИ), которая была обычно объектом исследований изменений функциональной связности во время медитации.59,89 Интересная особенность этой сети состоит в том, что ее узлы охватывают как внутренние, так и внешние сети (но см. ссылку 15). Ни одно исследование до настоящего времени не рассматривало когнитивную роль центрального предклинья, чтобы дифференцировать ее от роли более дорсальных областей, участвующих в сенсомоторной и зрительной обработке, а также от функций, связанных с задней поясной извилиной. Было обнаружено, что вместе с другими областями медиальной теменной коры оно участвует в построении эгоцентрической системы пространственной привязки, эпизодическом извлечении воспоминаний и cамореферентной обработке.33,90 Функциональная связь предклинья с другими узлами внутренней системы является показателем общего уровня сознания.31,91 Это также область с наибольшим увеличением активности при достижении осознанности во время сна.92 Основные области, которые получают проекции от центрального предклинья, указывают на его роль в познании: дПФК участвует в рабочей памяти;93 и угловая извилина, помимо других функций, участвует в умственном представлении и интеграции мультисенсорной информации, во внимательности и пространственном познании, и в проекции себя в будущее.16,94 Хотя наше предыдущее исследование не обнаружило статистически значимых различий в соединяемости отдельных ОИ, связность ОИ центрального предклинья была немного выше в случае НДС.87 Приведенное выше утверждение привело нас к предположению, что сеть центрального предклинья может быть значительно вовлечена в НДС. Наш интерес к этому региону был поддержан сообщениями участников о наличии двух специфических особенностей НДС: рефлексивность, традиционно описываемая как сознавание, осознающее само себя; и пространственная протяженность, описываемая как единообразие пространства внутри и снаружи тела.

Предварительные данные этого исследования указывают на то, что НДС привело к увеличению связности между центральным предклиньем и дПФК, что сопровождается уменьшением связности между центральным предклиньем и правой угловой извилиной (ПУИ), тогда как связность ПУИ с правой дПФК и левой дорсомедиальной префронтальной корой увеличилась, межполушарная связь между левой и правой дПФК снизилась. Интересно, что никаких существенных изменений в соединении не наблюдалось между центральным предклиньем и медиальной префронтальной корой, а также между дорсальной передней поясной извилиной (ППИ) и другими областями интереса.

Несмотря на то, что еще слишком рано интерпретировать эти результаты, могут быть предложены некоторые, хотя и предварительные, предположения: увеличение функциональной связности между центральным предклиньем и дПФК может указывать на степень единства сознавания95 и связано с рефлексивностью НДС, поскольку информация из центрального предклинья хранится онлайн в рабочей памяти. Наблюдаемое уменьшение связности центрального предклинья с ПУИ может способствовать ощущению пространственной протяженности, поскольку две области вместе участвуют в интеграции систем пространственной привязки.90,96 Маловероятно, что этот результат обусловлен обратным эффектом, в котором связность в области увеличивается в результате подавления активности в этой области в предыдущем состоянии, поскольку временные характеристики условий находятся в противоположном направлении, контрольное условие находится в состоянии покоя, и эффект наблюдается только в ПУИ.

Интересно, что отсутствие значительных изменений в функциональной связности между центральным предклиньем и областями медиальной префронтальной коры может указывать на то, что во время НДС, даже при минимальном феноменальном содержании, нет активного подавления самореферентной обработки, такой как наблюдается в медитациях СВ или ОМ. Аналогичным образом, отсутствие значительных изменений в соединяемости дорсальной передней поясной извилины (ППИ) может свидетельствовать о требующей меньше усилий, менее когнитивно контролируемой природе медитации НДС.

Несмотря на то, что эти интерпретации в настоящее время весьма спекулятивны, наблюдаемые к настоящему времени изменения функциональных связей позволяют предположить, что центральное предклинье и его сеть могут быть значительно вовлечены в НДС. Медиальная париетальная кора в последнее время стала рассматриваться как наиболее сильно связанный центр коры, и это говорит о том, что одной из функций сети центрального предклинья может быть предоставление организующего центра97, реконтекстуализация деятельности других сетей, вовлеченных в представление опыта во время медитации НДС. Ключевой особенностью такой сети, помимо интеграции информационного содержания, должна быть способность представлять свое собственное состояние. Это может позволять сети опосредовать осознавание независимо от феноменального содержания. Конечно, возможно, что предполагаемые нервные механизмы для НДС затрагивают и другие области мозга.98

Хотя мы еще не исследовали подкорковые структуры, возможно, что изменения связности могут также наблюдаться для некоторых областей таламуса и ствола головного мозга, особенно тех, которые проецируются на предклинье. Однако, в то время как таламо-корковые соединения образуют необходимую основу, которая позволяет такой сети функционировать, предыдущие исследования показывают, что уровень сознания в такой сети будет в первую очередь определяться кортико-кортикальными связями.91 Таким образом, области ствола головного мозга и таламус, вовлеченные в общую активацию, являются необходимым, но не достаточным, нейрональным коррелятом НДС. Здесь важно отметить, что НДС не является базовым в том же смысле, что и биологические примитивы сознания, такие как, например, прото-я или базовое-я, поскольку оно может контекстуализировать первичные, вторичные и третичные99 аффективные и когнитивные процессы. Таким образом, НДС — это гораздо больше, чем просто бдительность, подобная той, которая встречается в прото– или базовом сознании.100 Это сознавание более высокого порядка, которое, по-видимому, присуще всем нам как потенциал.

Недвойственное сознавание — это сознавание более высокого порядка, которое, по-видимому, присуще всем нам как потенциал

Заключение

Результаты нашего исследования медитации НДС подтверждают интуитивную, но спекулятивную идею о том, что типичные антикорреляции между внутренней и внешней сетями могут отражать дуальность внутренней самореферентной и внешней аллоцентрической психической деятельности и что более высокая степень функциональной интеграции между этими двумя сетями, наблюдаемая во время медитации НДС, может быть связана с отмеченным уменьшением фрагментации опыта на «субъективное» и «объективное» или «я» и «другое» — те полюса, что сталкиваются в мистических состояниях союза или недвойственности. Наше текущее исследование указывает на то, что сеть центрального предклинья значительно вовлечена в эти изменения и, возможно, является нейрональным коррелятом НДС. Установление этого потребует дальнейших исследований, а также определения того, может ли степень корреляции/антикорреляции между внутренними и внешними сетями или их конкретными узлами использоваться в качестве индикатора уровня интеграции субъективных и объективных аспектов опыта.

Источники

  1. Dreyfus, G. & E. Thompson. 2007. “Asian perspectives: Indian theories of mind.” In The Cambridge Handbook of Consciousness.
  2. P.D. Zelazo, M. Moscovitch & E. Thompson, Eds.: 89 – 114. Cambridge: Cambridge University Press. Radhakrishnan, S. 1995. The Principal Upanishads. New Delhi, India: HarperCollins.
  3. Loy, D. 1998. Nonduality: A Study in Comparative Philoso– phy. Amherst, NY: Humanity Books.
  4. Lopez-Larrea, C., Ed. 2012. Self and Nonself Springer Series: Advances in Experimental Medicine and Biology. New York: Springer.
  5. Longo, M.R., E. Azanon & P. Haggard. 2010. More than skin deep: body representation beyond primary somatosensory cortex. Neuropsychologia 48: 655 – 668.
  6. Picard, F. 2013. State of belief, subjective certainty and bliss as a product of cortical dysfunction. Cortex. doi: 10.1016/j.cortex.2013.01.006.
  7. Damasio, A. 2003. Feelings of emotion and the self. Ann. N. Y. Acad. Sci. 1001: 253 – 261.
  8. Mitchell, J.P., M.R. Banaji & C.N. Macrae. 2005. The link between social cognition and self-referential thought in the medial prefrontal cortex. J. Cogn. Neurosci. 17: 1306 – 1315.
  9. Denny, B., H. Kober, T.D. Wager & K.N. Ochsner. 2013. A meta-analysis of functional neuroimaging studies of self and other judgments reveals a spatial gradient for mentalizing in medial prefrontal cortex. J. Cogn. Neurosci. 24: 1742 – 1752.
  10. Morrison, S., J. Deceity & P. Molenberghs. 2012. The neuroscience of group membership. Neuropsychologia 50: 2114– 2120.
  11. Golland, Y., P. Golland, S. Bentin & R. Malach. 2008. Data-driven clustering reveals a fundamental subdivision of the human cortex into two global systems. Neuropsychologia 46: 540 – 553.
  12. Soddu, A., M. Boly, Y. Nir, et al. 2009. Reaching across the abyss: recent advances in functional magnetic resonance imaging and their potential relevance to disorders of consciousness. Prog. Brain Res. 177: 261 – 274.
  13. Gusnard, D.A. & M.E. Raichle. 2001. Searching for a baseline: functional imaging and the resting human brain. Nat. Rev. Neurosci. 2: 685 – 694.
  14. Fox, M.D. & M.E.Raichle. 2007. Spontaneous fluctuations in brain activity observed with functional magnetic resonance imaging. Nat. Rev. Neurosci. 8: 700 – 711.
  15. Buckner, R.L., J.R. Andrews-Hanna & D.L. Schacter. 2008. The brain’s default network: anatomy, function, and relevance to disease. Ann. N. Y. Acad. Sci. 1124: 1 – 38.
  16. Andrews-Hanna, J.R., J.S. Reidler, J. Sepulcre, et al. 2010. Functional-anatomic fractionation of the brain’s default network. Neuron 65: 550 – 562.
  17. Raichle, M.E. 2011. The restless brain. Brain Connect. 1: 3 – 12.
  18. Vincent, J.L., I. Kahn, A.Z. Snyder, et al. 2008. Evidence for a frontoparietal control system revealed by intrinsic functional connectivity. J. Neurophysiol. 100: 3328 – 3342.
  19. Yeo, B.T.T., F.M. Krienen, J. Sepulcre, et al. 2011. The organization of the human cerebral cortex estimated by intrinsic functional connectivity. J. Neurophysiol. 106: 1125 – 1165.
  20. Spreng, R.N. 2012. The fallacy of task-negative network. Front. Psychol. 3: 145.
  21. Baird, B., J. Smallwood, M.D. Mrazek, et al. 2012. Inspired by distraction: mind wandering facilitates creative incubation. Psychol Sci. 10: 1117 – 1122.
  22. Christoff, K., A.M. Gordon, J. Smallwood, et al. 2009. Experience sampling during fMRI reveals default network and executive system contributions to mind wandering. Proc. Natl. Acad. Sci. 106: 8719 – 8724.
  23. Mason, M.F., M.I. Norton, J.D. Van Horn, et al. 2007. Wandering minds: the default network and stimulus-independent thought. Science 315: 393 – 395.
  24. Smallwood, J. et al. 2008. Going AWOL in the brain-mind wandering reduces cortical analysis of the task environment. J. Cogn. Neurosci. 20: 458 – 469.
  25. Friston, K.J. 1995. Functional and effective connectivity in neuroimaging: a synthesis. Hum. Brain Mapp. 2: 56 – 78.
  26. Horovitz, S.G., A.R. Braun, W.S. Carr, et al. 2009. Decoupling of the brain’s default mode network during deep sleep. Proc. Natl. Acad. Sci. U. S. A. 106: 11376 – 11381.
  27. Stamatakis, E.A., R.M. Adapa, A.R. Absalom & D.K. Menon. 2010. Changes in resting neural connectivity during propofol sedation. PLoS One 5: e14224. doi: 10.1371/journal.pone.0014224.
  28. Demertzi, A., A. Soddu, M.E. Faymonville, et al. 2011. Hypnotic modulation of resting state fMRI default mode and extrinsic network connectivity. Prog. Brain Res. 19: 309– 322.
  29. Ovadia-Caro, S., Y. Nir, A. Soddu, et al. 2012. Reduction in inter-hemispheric connectivity in disorders of consciousness. PLoS One 7: e37238. doi: 10.1371/jour– nal.pone.0037238.
  30. Vanhaudenhuyse, A., A. Demertzi, M. Schabus, et al. 2010. Two distinct neuronal networks mediate the awareness of environment and of self. J. Cogn. Neurosci. 23: 570 – 578.
  31. Rosanova, M., O. Gosseries, S. Casarotto, et al. 2012. Recovery of cortical effective connectivity and recovery of consciousness in vegetative patients. Brain 135: 1308 – 1320.
  32. Alkire, M.T., A.G. Hudetz & G. Tononi. 2008. Consciousness and anesthesia. Science 322: 876 – 880.
  33. Cavanna, P.E. & M.R. Trimble. 2007. The precuneus: a review of its functional anatomy and behavioral correlates. Brain 129: 564 – 583.
  34. Vogt, B.A. & S. Laureys. 2005. Posterior cingulate, precuneal and retrosplenial cortices: cytology and components of the neural network correlates of consciousness. Prog. Brain Res. 150: 205 – 217.
  35. Rabjam, L. 2001. The Precious Treasury of the Basic Space of Phenomena. Junction City, CA: Padma Publishing.
  36. Sharma, C. 1987. Critical Survey of Indian Philosophy. Delhi, India: Motilal Banarsidas.
  37. Trangu, K. 2001. Five Buddha Families and Eight Consciousnesses. Auckland, New Zealand: Zhyisil Chkyi Ghatsal Publications.
  38. Lama, D. xiv., 2004. Dzogchen. Ithaca, NY: Snow Lion.
  39. Williams, P. 2000. The Reflexive Nature of Awareness. New Delhi, India: Motilal Banarsidass.
  40. Sideritis, M., E. Thompson & D. Zahavi. 2011. Self, No Self? New York: Oxford University Press.
  41. Lutz, A., H.A. Slagter, J.D. Dunne & R.J. Davidson. 2008. Attention regulation and monitoring in meditation. Trends Cogn. Sci. 12: 163 – 169.
  42. Travis, F. & J. Shear. 2010. Focused attention, open monitoring and automatic self-transcending: categories to organize meditations from Vedic, Buddhist and Chinese traditions. Conscious. Cogn. 19: 1110 – 1118.
  43. Josipovic, Z. 2010. Duality and nonduality in meditation research. Conscious. Cogn. 19: 1119 – 1121.
  44. Lutz, A., J. Dunne & R. Davidson. 2007. “Meditation and the neuroscience of consciousness.” In The Cambridge Handbook of Consciousness. P.D. Zelazo, M. Moscovitch & E. Thompson, Eds.: 99 – 551. Cambridge, England: Cam– bridge University Press.
  45. Radakrishnan, S. & C.A. Moore. 1967. A Sourcebook in Indian Philosophy. New York: Princeton University Press.
  46. Lou, H.C., N. Marcus & T.W. Kjaer. 2005. The mental self. Prog. Brain Res. 150: 197 – 205.
  47. Travis, F., D.A. Haaga, J. Hagelin, et al. 2010. A self– referential default brain state: patterns of coherence, power, and eLORETA sources during eyes-closed rest and Transcendental Meditation practice. Cogn. Process 11: 21 – 30.
  48. Yamamoto, S., Y. Kitamura, N. Yamada, et al. 2006. Medial prefrontal cortex and anterior cingulate cortex in the generation of alpha activity induced by transcendental meditation: a magnetoencephalographic study. Acta Med. Okayama 60: 51 – 58.
  49. Lou, H.C., B. Luber, M. Crupain, et al. 2004. Parietal cortex and representation of the mental Self. Proc. Natl. Acad. Sci. U. S. A. 101: 6827 – 6832.
  50. Lou, H.C., M. Joensson & M.L. Kringelbach. 2011. Yoga lessons for consciousness research: a paralimbic network balancing brain resource allocation. Front. Psychol. 2: 366. doi: 10.3389/fpsyg.2011.00366.
  51. Traleg, K.R. 1993. The Influence of Yogachara on Tantra. Victoria, Australia: Kagyu E-Vam Buddhist Institute.
  52. Venkatesananda, S. 1984. The Concise Yoga Vasishtha. Albany, NY: SUNY Press.
  53. Farb, N.A.S., Z.V. Segal, H. Mayberg, et al. 2007. Attending to the present: mindfulness meditation reveals distinct neural modes of self-reference. Soc. Cogn. Affect. Neurosci. 2: 313 – 322.
  54. Vago, D.R. & D.A. Silbersweig. 2012. Self-awareness, self-regulation, and self-transcendence (S-ART): a framework for understanding the neurobiological mechanisms of mindfulness. Front. Hum. Neurosci. 6: 296. doi: 10.3389/fn– hum.2012.00296.
  55. Austin, J. 1998. Zen and the Brain. Cambridge, MA: MIT Press.
  56. Sayadaw, M. 1978. The Progress of Insight. Sri Lanka: Buddhist Publication Society.
  57. Brefczynski-Lewis, J.A., A. Lutz, H.S. Schaefer, et al. 2007. Neural correlates of attentional expertise in long-term meditation practitioners. Proc. Natl. Acad. Sci. U. S. A. 104: 11483 – 11488.
  58. Pagnoni, G., M. Cekic & Y. Guo. 2008. “Thinking about not-thinking”: neural correlates of conceptual processing during Zen meditation. PLoS ONE 3: e3083. doi: 10.1371/jour– nal.pone.0003083.
  59. Brewer, J.A., P.D. Worhunsky, J.R. Gray, et al. 2011. Meditation experience is associated with default mode network activity and connectivity. Proc. Natl. Acad. Sci. U. S. A. 108: 20254 – 20259.
  60. Kilpatrick, L.A., B.Y. Suyenobu, S.R. Smith, et al. 2011. Impact of mindfulness-based stress reduction training on intrinsic brain connectivity. Neuroimage 56: 290 – 298.
  61. Tanahashi, K., Ed. 2013. Treasury of the True Dharma Eye: Zen Master Dogen’s Shobo Genzo. Boulder: Shambala.
  62. Csikszentmihalyi, M. 2008. Flow: The Psychology of Optimal Experience. New York: Harper.
  63. Goldberg, I., M. Harel & R. Malach. 2006. When the brain loses its self: prefrontal inactivation during sensorimotor processing. Neuron 50: 329 – 339.
  64. Berman, M.G., S. Peltier, D.E. Nee, et al. 2011. Depression, rumination and the default network. Soc. Cogn. Affect. Neurosci. 6: 548 – 555.
  65. Sonuga-Barke, E.J. & F.X. Castellanos. 2007. Spontaneous attentional fluctuations in impaired states and pathological conditions: a neurobiological hypothesis. Neurosci. Biobehav. Rev. 31: 977 – 986.
  66. Krisanaprakornkit, T., C. Ngamjarus, C. Witoonchart & N. Piyavhatkul. 2010. Meditation therapies for attention– deficit/hyperactivity disorder (ADHD). Cochrane Database Syst. Rev. 6: CD006507. doi: 10.1002/14651858.CD006507. pub2.
  67. MacLean, K.A., E. Ferrer, S.R. Aichele, et al. 2010. Intensive meditation training leads to improvements in perceptual discrimination and sustained attention. Psychol. Sci. 21: 820 – 830.
  68. van Vugt, M.K., P. Hitchcock, B. Shahar & W. Britton. 2012. The effects of mindfulness-based cognitive therapy on affective memory recall dynamics in depression: a mechanistic model of rumination. Front. Hum. Neurosci. 6: 257. doi: 10.3389/fnhum.2012.00257.
  69. David, N., A. Newen & K. Vogeley. 2008. The “sense of agency” and its underlying cognitive and neural mechanisms. Conscious. Cogn. 17: 523 – 534.
  70. Britton, W. 2013. Varieties of contemplative experience. Talk presented at 10th Mind and Life SRI Conference, Garrison Institute. Garrison, NY.
  71. Loori, J.D. 2002. The Eight Gates of Zen: A Program of Zen Training. Boulder: Shabhala.
  72. Sharf, R.H.2013.“Is Nirva ̄na the same as insentience? Chinese struggles with an Indian Buddhist ideal.” In India in the Chinese Imagination: Buddhism and the Formation of Medieval Chinese Culture. J. Kieschnick & M. Shahar, Eds. Philadelphia: University of Pennsylvania Press, forthcoming.
  73. Hagerty, M.R., J. Isaacs, L. Brasington, et al. 2013. Case study of ecstatic meditation: fMRI and EEG evidence of self-stimulating a reward system. Neural Plast. doi: 10.1155/2013/653572.
  74. Travis, F. & R.K. Wallace. 1997. Autonomic patterns during respiratory suspensions: possible markers of transcendental consciousness. Psychophysiology 34: 39 – 46.
  75. Dunne, J.D. 2012. Toward an understanding of non-dual mindfulness. Contemporary Buddhism 12. doi: 10.1080/14639947.2011.564820.
  76. Jha, A., R. Klein, J. Krompinger & M. Baime. 2007. Mindfulness training modifies subsystems of attention. Cogn. Affect. Behav. Neurosci. 7: 109 – 119.
  77. Austin, J.H. 2009. Selfless Insight. Cambridge, MA: MIT Press.
  78. Namgyal, D.T. 2004. Clarifying the Natural State. Kathmandu: Ranjung Yeshe.
  79. Siegel, D. 2007. Mindfulness training and neural integration: differentiation of distinct streams of awareness and the cultivation of well-being. Soc. Cogn. Affect. Neurosci. 2: 259 – 263.
  80. Koch, C. & N. Tsuchiya. 2007. Attention and consciousness: two distinct brain processes. Trends Cogn. Sci. 11: 16 – 22.
  81. Tallon-Baudry, C. 2012. On the neural mechanisms subserving consciousness and attention. Front. Psychol. 2: 397. doi: 10.3389/fpsyg.2011.00397.
  82. Vestergaard-Poulsen, P., M. van Beek, J. Skewes, et al. 2009. Long-term meditation is associated with increased gray matter density in the brain stem. Neuroreport 20: 170 – 174.
  83. Lutz, A., D.R. McFarlin, D.M. Perlman, et al. 2013. Altered anterior insula activation during anticipation and experience of painful stimuli in expert meditators. Neuroimage 1: 538 – 546.
  84. Travis, F., J. Tecce, A. Arenander & R.K. Wallace. 2002. Patterns of EEG coherence, power, and contingent negative variation characterize the integration of transcendental and waking states. Biol. Psychol. 61: 293 – 319.
  85. Lutz, A., L.L. Greischar, N.B. Rawlings, et al. 2004. Long-term meditators self-induce high-amplitude gamma synchrony during mental practice. Proc. Natl. Acad. Sci. U. S. A. 101: 16369 – 16373.
  86. Manna, A., A. Raffone, M.G. Perrucci, et al. 2010. Neural correlates of focused attention and cognitive monitoring in meditation. Brain Res. Bull. 82: 46 – 56.
  87. Josipovic, Z., I. Dinstein, J. Weber & D.J. Heeger. 2012. Influence of meditation on anticorrelated networks in the brain. Front. Hum. Neurosci. 5: 183. doi: 10.3389/fn– hum.2011.00183.
  88. Taylor, V., V. Daneault, J. Grant, et al. 2013. Impact of meditation training on the default mode network during a restful state. Soc. Cogn. Affect. Neurosci. 8: 4 – 14.
  89. Margulies, D.S., J.L. Vincent, C. Kelly, et al. 2009. Precuneus shares intrinsic functional architecture in humans and monkeys. Proc. Natl. Acad. Sci. U. S. A. 106: 20069 – 20074.
  90. Zaehle, T., K. Jordan, T. Wu ̈stenberg, et al. 2006. The neural basis of the egocentric and allocentric spatial frame of reference. Brain Res. 1137: 92 – 103.
  91. Boly, M., M. Massimini, M.I. Garrido, et al. 2012. Brain connectivity in disorders of consciousness. Brain Connect. 2: 1 – 10. doi: 10.1089/brain.2011.0049.
  92. Dresler, M., R. Wehrle, V.I. Spoormaker, et al. 2012. Neural correlates of dream lucidity obtained from contrasting lucid versus non-lucid REM sleep: a combined EEG/fMRI case study. Sleep 7: 1017 – 1020.
  93. Wood, J.N. & J. Grafman. 2003. Human prefrontal cortex: processing and representational perspectives. Nat. Rev. Neurosci. 4: 139 – 147.
  94. Seghier, M.L. 2013. The Angular Gyrus: multiple functions and multiple subdivisions. Neuroscientist 19: 43 – 61.
  95. Kjaer, T.W. & H.C. Lou. 2000. Interaction between precuneus and dorsolateral prefrontal cortex may play a unitary role in consciousness: a principal component analysis of rCBF. Conscious. Cogn. 9: S59.
  96. Galati, G., G. Pelle, A. Berthoz & G. Committeri. 2010. Multiple reference frames used by the human brain for spatial perception and memory. Exp. Brain Res. 206: 109 – 120
  97. Tomasi, D. & N.D. Volkow. 2011. Functional connectivity hubs in the human brain. Neuroimage 57: 908 – 917.
  98. Tang, Y.Y., M.K. Rothbart & M.I. Posner. 2012. Neural correlates of establishing, maintaining, and switching brain states. Trends Cogn. Sci. 16: 330 – 337.
  99. Northoff, G. & J. Panksepp. 2008. The trans-species concept of self and the subcortical – cortical midline system. Trends Cogn. Sci. 12: 259 – 264.
  100. Davis, J.H. & E. Thompson. 2013. “From the five aggregates to phenomenal consciousness.” In A Companion to Buddhist Philosophy. S.M. Emmanuel, Ed.: 585 – 597. New York: Wiley.

Let’s block ads! (Why?)

Три карты духовного развития. Конспект выступления Дэниела Брауна

Журнал «Эрос и Космос» предлагает вниманию читателей конспект выступления-интервью Дэниела Брауна, которое состоялось в рамках программы мероприятий «Sacred Sundays» (ведущая — Ора Нэдриш). Видеозапись на английском языке была опубликована на Youtube 30 августа 2018 года.

Конспект выступления Дэниела Брауна

В Тибете около 200 лет назад зародилось движение, которое называлось риме, что буквально означает «несектарный». Одним из его основателей был лама Джамгон Конгтрул, который является автором состоящего из двенадцати томов сочинения «Сокровищница наставлений и методов духовной реализации» (gdams ngag mdzod). Этот текст является уникальным собранием лучших медитативных практик за всю историю Тибета и среди всех школ и направлений мысли. Так началось новое движение, одной из ключевых особенностей которого стал поиск лучших практик в зависимости от уровня практикующего, которые отбирались из всего тибетского наследия. В нашем подходе к обучению медитации мы придерживаемся схожего принципа, то есть стараемся выбирать лучшие практики в зависимости от уровня учеников. Мы уделяем особое внимание махамудре, так как на определённом уровне практики, а именно от начала духовного пути до первых переживаний пробуждения, она предлагает очень детальные пошаговые инструкции. Однако для задачи стабилизации пробуждения больше подходит дзогчен. Мы стараемся выбирать лучшие практики из всей широкой области индо-тибетских исследований. Около 100 тысяч томов было написано о состояниях ума в Тибете, на фоне чего западная психология, которой всего около 200 лет, выглядит довольно-таки юной.

В начале пути

Для начинающих практиков медитации особенно важно получить ясные наставления и найти хорошего учителя. Я учил вместе с тибетцами около 15 лет, и они не так хорошо понимают, как обучать западных учеников: они либо делают упор на предварительных практиках, каждая из которых в традиции выполняется по 100 тысяч раз, либо дают продвинутые методы, но очень абстрактно, что не позволяет реально использовать эти знания в качестве медитации. В середине 80-х Далай-лама познакомил меня с тибетским учителем, отметив, что тот обладает очень необычным стилем преподавания. Этот лама провёл со мной 6-часовое занятие по практике внутреннего огня (туммо). Мы выполняли практику вместе, и в процессе он исправлял все мои ошибки, это было частью отношений. После этого они сказали, что именно таким образом следует обучать западных учеников. Наша западная традиция роста и развития — это психотерапия, и она основана на отношениях. Видимо, наблюдая то, как тибетские учителя обучают на Западе, Далай-лама пришёл к выводу, что обучение, основанное на отношениях, может лучше всего подойти западным практикующим. Это означает, что учитель внимательно отслеживает практику каждого ученика на регулярной основе, исправляя ошибки и «вредные привычки», которые могут возникать в процессе освоения медитации.

Зачем мы медитируем?

Сегодня на Западе очень популярны практики внимательности (mindfulness). Но как часто на курсах по внимательности говорят о пробуждении? Зачем же мы занимаемся всем этим? Ведь цель заключается в том, чтобы пробудиться, а затем развить это пробуждение до уровня просветления и буддовости. Такова сущность этих традиций, а не просто изучение техник, таких как внимательность и концентрация.

Зачем мы медитируем? Некоторые наши воззрения бывают просто-напросто неверны. Например, в 1970-е годы бытовало мнение, что медитация связана с расслаблением. Так ли это? Что обычно делают сегодня в конце занятия по йоге? Шавасану. И что происходит в шавасане? Ваш ум блуждает, вы испытываете сонливость и начинаете витать в облаках. Поэтому чрезмерное расслабление не способствует медитации, так как запускает режим блуждания ума. В действительности серьёзная практика медитации — это тяжёлая работа, которая ведёт к прояснению ума и направляет его в позитивную сторону. Правильное сидячее положение для медитации, в котором мышечная работа распределяется равномерно, служит двум целям — поддержанию оптимального уровня бдительности и прекращению блуждания ума. Если вы сидите в правильном положении, тренировать ум гораздо легче.

Начальная цель медитации — тренировка обыденного ума. На что похож обыденный ум? Мы пытаемся удерживать внимание на чём-то, и спустя три секунды оно уже переключается на что-то другое. Мы не обладаем способностью удерживать внимание, и причина в том, что вокруг множество отвлечений. С распространением социальных сетей и других медиа всё стало только хуже. В течение дня мы часто впадаем в забывчивость, теряя понимание того, что мы делаем. Режим блуждания ума связан с состоянием забытья, направленностью на «я», переживаниями притуплённости и сонливости. Таким образом, одна из целей медитации — отучить ум от этих вредных привычек, перестать тратить на них ресурсы своего ума, освободив их для чего-то более осмысленного. Мы учимся сосредотачивать внимание, поддерживать непрерывное осознавание, успокаивать мыслительный шум.

Когда буддизм перекочевал из Индии в Тибет, слово «будда» (пробуждённый, реализованный) на тибетский перевели иначе — «сангье». Это составное понятие, «санг» означает «полностью очистившийся», «гье» означает «раскрывшийся, или пышно цветущий». Имеется в виду, что на определённом уровне практики вы искореняете все негативные состояния ума, а все 80 позитивных качеств ума будды расцветают. Это может иметь огромное значение в вопросе о психическом здоровье, и именно эту суть традиций стоит изучать научно (см. статью Дэниела Брауна и соавторов об исследовании нейрональных коррелятов пробуждённого сознавания. — Прим. пер.), а не только лишь проводить очередные исследования отдельных техник внимательности.

Три карты духовного развития

В индо-тибетских традициях сущности ума существуют три карты духовного развития, или три раздела учений. Первый раздел учений ведёт вас от самого начала практики до первого переживания пробуждения, каким бы нестабильным оно ни было. Второй раздел учит вас, как сохранять пробуждение всё время: на подушке для медитации, в повседневной жизни и во всех состояниях, что включает также сновидения и глубокий сон. Третья карта называется путём освобождения, и она помогает вам очистить остатки обыденного ума и обыденного опыта до того момента, пока вы не откроете восприятие чистых миров, мандалы божеств, тел будды, что является окончательным просветлением. Таким образом, третья карта ведёт вас через освобождение от всех негативных качеств к раскрытию всех позитивных качеств, и в результате вы становитесь буддой. Таковы три раздела учений, и сегодня все они приходят на Запад.

Дэниел П. Браун. Указывая великий путь. Махамудра: этапы медитации. «Ганга», 2017

Первая карта

Касательно первой карты, ведущей от начала практики до первого переживания пробуждения, важным является понимание трёх поворотов колеса учения. Первый поворот — это учения Будды Шакьямуни, второй — учения буддизма махаяны, третий — учения традиций сущности ума, таких как тантра, махамудра и дзогчен. Об этом можно размышлять как о серии научных революций, в том смысле, что каждый поворот является улучшением.

Первый поворот колеса учения — это Четыре благородные истины, которые сформулировал Будда Шакьямуни. Первый урок, который он преподал, касался проблемы дуккхи, что было не совсем удачно переведено как проблема страдания. «Мир полон страдания» — это не очень хороший перевод, так как слово «дуккха» на языке пали означает «реактивность». Будда говорил о том, что если вы посмотрите на свой ум очень внимательно, то каждый момент опыта, когда уму что-то нравится, он движется к этому, чтобы получить больше этого; если же уму что-то не нравится, он движется прочь от этого, чтобы уменьшить это. Нашему опыту свойственна непрерывная реактивность, и это приводит к страданию. Проблема с переводом слова «дуккха» как «страдание», вместо «реактивность», заключается в том, что упускается метод. Будда учил тому, что вы можете посмотреть на свой ум и заметить эту реактивность, и затем вы можете изменить это.

Второе прозрение в рамках первого поворота колеса учения касается непостоянства, и третье — отсутствия «я» (анатта). Если вы концентрируетесь в течение продолжительного времени, формирование мыслей уменьшается и останавливается, и вы переживаете долгие периоды тишины, отсутствия мыслей. Однако в то же время останавливается и формирование самоощущения. В моём случае — отпадает «Дэновость». Кто же тогда делает медитацию? Сознавание делает медитацию, а не Дэн. Это получило название «анатта». Затем в течение пяти веков вокруг этого понятия велись дискуссии, и спустя пять веков оно предстало по-другому — как махаянская теория пустотности, поскольку некоторые люди почувствовали, что пытаться избавиться от «я» — это не лучшая идея. Двигаться за пределы «я», видя, что оно является ничем иным, как пустотной конструкцией ума, — вот более точное понимание этой практики. Так появилась теория пустотности: всё является конструкцией ума (о понимании пустотности в тибетском буддизме махаяны см. также статью Дэниела Брауна о телесной медитации. — Прим. пер.).

В махаяне пустотность становится одним из важнейших аспектов пути, и это отражено в мантре «Сутры сердца праджняпарамиты»: «Гате, гате, парагате, парасамгате, бодхи, сваха!» Её буквальный перевод таков: «Уходя, уходя, уходя за пределы, уходя за пределы пределов, вот это реализация!» В этой мантре заключён весь путь. Её значение состоит в следующем. Обыденный ум овеществляет, делает конструкции ума слишком реальными, и мы забываем, что это лишь конструкции ума. Первое «гате» относится к мышлению. Мысли захватывают нас, мы делаем их чересчур реальными. Говоря немного иначе, мы смешиваем мысли с сознаванием и считаем их одним и тем же. Но в реальности это две разные вещи. Как же перестать смешивать их и начать оперировать из сознавания, а не из мышления? Для этого нужно успокоить мысли, например, с помощью концентрации на дыхании. Когда мысли успокоились, становится легче заметить, что в какой-то момент вы начинаете оперировать из намерения сознавания, а не из мышления. Это первое «гате»: вы выходите за пределы мысли в поле сознавания, которое теперь является вашим базисом оперирования.

Вы выходите за пределы мысли в поле сознавания, которое теперь является вашим базисом оперирования

Затем возникает вопрос — кто делает медитацию? И сначала это чувство собственного «я». Но если осуществить практику пустотности «я», мы обнаруживаем, что оно является лишь репрезентацией ума. Мы не избавляемся от него, а только учимся переключаться, отделяя чувство собственного «я» от поля сознавания как такового. «Я» остаётся на заднем плане. Таким образом, махаянская практика пустотности сильно отличается от более ранней тхеравадинской практики отсутствия «я». Сознавание как таковое, вышедшее за пределы саморепрезентации (чувства собственного «я»), — это второе «гате».

Следующая проблема заключается в том, что сознавание на данном этапе является изменчивым и неустойчивым. Причина этого связана с условностью времени. Если, как показывает современная психология, чувство собственного «я» формируется у ребёнка в возрасте 18 – 20 месяцев, то психологические структуры времени развиваются медленнее: ощущение скорости развивается в возрасте около 2 лет, нарративные структуры — в возрасте около 4 лет, способность осмыслять календарное время — только к 8 годам. Когда это развитие завершено, время становится стабильной структурой ума, полезной для повседневной жизни в относительной реальности. Однако время также сопровождается сильным «цеплянием» (‘dzin pa) — например, когда мы опаздываем. Кроме того, мы овеществляем время, и поэтому оно, как и другие конструкции ума, обладает способностью скрывать (mun pa) подлинную природу ума. Здесь кроется огромное различие между первым и вторым поворотами колеса учения. В буддизме тхеравады есть уровень глубокой концентрации, в котором всё пульсирует, подобно свету стробоскопа. И если вы продолжаете его созерцать, всё начинает распадаться. Все базовые элементы ума растворяются. Это называется бунганьяна, или «переживание растворения». Это не очень приятное переживание, иногда оно сопровождается огромным страхом или отвращением. Но в этом опыте вы начинаете видеть, что есть сознавание, которое не связано со всеми активными проявлениями ума. Это становится моментом, когда можно по-настоящему всмотреться в природу самого сознавания, что становится платформой для пробуждения в буддизме тхеравады. Однако некоторое время спустя пришёл Нагарджуна и сказал: «Постойте-ка! Идея, что вещи быстро возникают и исчезают, предполагает под собой время, а быть может, само время есть всего лишь ещё одна конструкция ума». Нагарджуна сказал нечто вроде следующего: «Когда вещи начинают своё существование, вы принимаете точку зрения, что они уже здесь. И когда они, как кажется, прекращают своё существование, вы принимаете точку зрения, что они никуда не уходят, а остаются здесь». Это подрывает ваши представления о времени, и тогда у вас появляется возможность открыть иной уровень сознавания — вневременное (неизменное) и беспредельное сознавание, подобное океану. Это большой сдвиг, переводящий вас на новый базис оперирования, и это третий шаг в «Сутре сердца» — «парагате» (более подробное описание этой ступени практики см. в интервью Дэниела Брауна в программе «Conscious TV». — Прим. пер.).

Третий поворот колеса учения включает такие традиции, как махамудра, дзогчен и тантра. Центральным понятием для понимания третьего поворота служит «природа будды». Она раскрывается через метафору солнца и облаков. Если небо затянуто облаками, между которыми в какой-то момент образовался просвет, что мы обычно говорим? «Наконец-то засияло солнце!» Так ли это? Солнце всегда сияет, оно сияет день и ночь напролёт, но с нашей перспективы мы не можем его увидеть, поскольку его от нас заслоняют облака. Всегда прямо здесь присутствует беспредельное поле сияющего пробуждённого сознавания-любви, которое является вашей подлинной природой, но вы не можете его увидеть, поскольку оно скрыто за облаками. Поэтому, когда мы говорим, что пустотность является путём, это означает, что применение медитации на пустотности расчищает одно за другим все облака, пока не засияет пробуждённое сознавание.

Медитация на пустотности расчищает одно за другим все облака, пока не засияет пробуждённое сознавание

Как же именно нам добраться до этого уровня пробуждённого сознавания? Проблемой является наша система обработки информации. Мы не можем распознать целое пробуждённого сознавания с помощью структур ума, которые парциализируют (partialize), то есть функционируют, постоянно выхватывая что-то отдельное. Это похоже на видеоигру, в которой надо разобраться. Система обработки информации в нашей видеоигре настроена так, что небо всегда затянуто облаками. Самой медленной операцией нашей системы обработки информации является мышление. Мипам говорил о том, что функция мысли — очерчивать. Если у меня есть мысль об этом, то она уже не о другом. Так что в любой момент, когда я думаю, я уже не в цельности. Поэтому мышление не может помочь мне реализовать пробуждённый ум. Однако если всё мышление распознаётся как пустотное в момент возникновения, и я не запутываюсь в нём, тогда я могу оперировать из сознавания. Следом за мышлением по скорости идёт направленное внимание. Как только я направляю внимание на это, оно уже не на том. Но я не могу направить внимание на что-либо, что привело бы меня к пробуждению, даже если это какая-то практика медитации. Однако если я достиг уровня практики, который называется «естественное состояние», в котором нет точки отсчёта и нет точки приложения внимания, то есть я не смотрю откуда-то на что-то, тогда я смотрю на всю беспредельную цельность как таковую и могу получить прямой опыт пробуждённого сознавания. Наконец, третья, самая быстрая операция нашей системы обработки информации, для которой у нас даже не выработано подходящего слова, это партикуляризация (particularization) — тенденция ума направляться к чему-то, делая это чем-то отдельным. Западная психология начинает с восприятия стимулов (вижу стимул — реагирую на него), тогда как буддийская психология начинает до стимулов: есть первоначальная тенденция направляться к чему-то, и только затем следует распознавание этого как конкретного стимула. Это некий потенциал действия. Хотите посмотреть, как это работает? Попробуйте панорамно посмотреть на всё, что находится в комнате. На всё одновременно. И удерживайте это панорамное видение. Всё одновременно, подобно ребёнку, видящему храм, — видящему всё в нём одновременно и ничего по отдельности. Продолжайте делать это мгновение за мгновением. Что же происходит? У вас не получается. Ум продолжает выхватывать что-то отдельное. Так что вся идея заключается в том, чтобы провести вас за пределы мышления, за пределы направленного внимания, за пределы партикуляризации и установить такое воззрение, которое позволит вам распознать, что вы и есть беспредельная цельность пробуждённого ума. И тогда вы учитесь быть беспредельной цельностью, одновременно наблюдая, как совершают свою работу все операции вашей системы обработки информации.

Есть два пути, как может произойти узнавание пробуждённого сознавания. Недостаточно установить воззрение, нужно распознать пробуждённое сознавание как свой базис оперирования. Первый путь называется путём нелокализации. В какой-то момент вы обнаруживаете, что вы больше не оперируете из индивидуального локализованного сознания, а оперируете из бытия беспредельной цельностью — места, у которого нет места, нет локализации, нет точки отсчёта. Либо, второй путь, в какой-то момент вы распознаёте, что в пробуждённом сознавании есть что-то очевидно отличное от обыденного сознавания — в его яркости, пробуждённости, интенсивности, мягкости, сакральности, мгновенности. Когда вы узнаёте это, то зачастую это что-то очень знакомое. Это возвращение назад к вашей подлинной природе. Зачастую это переживается как большой сдвиг, вот почему он обозначается словом «парасамгате» — «уходя за пределы пределов» вашего индивидуального сознания и системы обработки информации. И если эта реализация сопровождается спонтанными переживаниями благодарности и сострадания, вы на правильном пути. На этом заканчивается первая карта.

Sonam Gurung, G., Brown, D. Pith Instruction for A Khrid rDzogs Chen, 2017

Вторая карта

Второй раздел учений помогает стабилизовать пробуждение. Первое переживание пробуждения, как правило, не очень стабильно, поскольку возвращаются привычки обыденного ума. В традиции махамудры говорится так: «возьмите маленькие язычки пламени и превратите их в лесной пожар». Есть целый набор методов для стабилизации пробуждения. На подушке для медитации вы садитесь и устанавливаете «взгляд льва», переживая сдвиг от локального сознавания к глобальному, и вы делаете это множество раз. Вы работаете над тем, чтобы переживать сдвиг от обычного к пробуждённому сознаванию чаще, дольше и более непосредственно (мгновенно). И когда сдвиг к пробуждению становится проторённым путём на подушке для медитации, знаком такого прогресса служит то, что вы способны переходить от обыденного ума к пробуждённому уму посредством одного лишь намерения. Тогда пришло время практиковать вне подушки для медитации. Эта практика называется объединением, или смешиванием (mixing). Вы сдвигаете ваш базис оперирования к пробуждённому сознаванию на подушке для медитации, затем отправляетесь гулять на природу и наблюдаете, как долго вы можете находиться там, не выпадая из воззрения обратно в обыденный ум. Затем вы выстраиваете иерархию ситуаций, от самых простых до самых сложных с точки зрения поддержания пробуждённого сознавания. Спустя какое-то время вы объединяете пробуждение со всеми активностями ума, так что больше нет «утечек» пробуждения. И каждый раз, когда вы переживаете сдвиг от обыденного ума к пробуждённому уму, вы разрушаете остаточные привычки обыденного ума, так что в какой-то момент преград больше нет — вы просто пробуждены постоянно. Кроме того, вы осваиваете йогу сна и сновидений, и учитесь сохранять пробуждённое сознавание как во сне со сновидениями, так и в глубоком сне без сновидений.

Таким образом, вы пробуждены всё время, и тогда воззрение изменяется: вместо аспекта основы пробуждения на первый план выходит аспект проявлений. Вы уже не столько удерживаете воззрение беспредельного необъятного пространства, сколько более внимательно смотрите на то, что возникает внутри этого поля. И воззрение становится непрекращающимся потоком динамизма, или живости. Все мысли — это динамичное пробуждённое сознавание, все эмоции — это динамичное пробуждённое сознавание, всё чувственно воспринимаемое — это динамичное пробуждённое сознавание, самопроявляющееся и познающее себя через свои собственные проявления. На этом этапе вы развиваете особую уверенность в воззрении, и даже в самых трудных жизненных ситуациях возникающие облака для вас — лишь тонкая вуаль, и вы можете посредством одного лишь намерения мгновенно возвращаться к пробуждению. Когда вы пробуждены всё время, на подушке для медитации, вне её, во сне со сновидениями и в глубоком сне, вы полностью овладели вторым разделом учений, прошли вторую карту.

Третья карта

Третья карта называется путём освобождения. Если вы удерживаете воззрение беспредельного необъятного сознавания-пространства и воззрение непрекращающегося потока динамизма одновременно, мы называем это воззрением «неразлучной пары» (inseparable pair). Это означает позволять вещам возникать, не вовлекаясь в них. В дзогчен говорится о том, что умственная вовлечённость, когда ум устремляется за чем-то, чтобы получить этого побольше, и отстраняется от чего-то, чтобы этого было поменьше, создаёт кармические следы. И все эти кармические отпечатки собираются в хранилище, которое называется «сознанием-хранилищем». И в зависимости от силы этих следов и от того, что их активизирует, кармические следы могут «прорастать», влияя на ваше поведение и состояние ума. Но если вы установите это воззрение неразлучной пары, то всё возникает в беспредельном пространстве как динамичное пробуждённое сознавание, и нет никакой умственной вовлечённости. Всё просто свободно проходит. Вы оставляете всё как есть, но это не является стратегией, а является частью воззрения, то есть вы не можете превратить это во что-то такое, что вы «делаете». Если у вас это получилось правильно, то всё начинает самоосвобождаться, и поскольку вы перестаёте формировать новые кармические следы, это заставляет ум погружаться глубже в сознание-хранилище, стремительно высвобождая все отпечатки, которые вы накопили за многие жизни. Этот процесс называется «опустошением» дхармадхату. Вы «опустошаете мешок» с кармическими следами, что в среднем занимает от 6 до 8 лет, если вы делаете это 24/7, то есть это становится автоматическим процессом. И если вы дополните этот процесс другими практиками, то срок может сократиться примерно до 3 лет.

Есть три практики, которые вы делаете на этой третьей карте, ведущей вас к буддовости. Первая — высвобождение кармических отпечатков, это называется воззрением трекчо, что переводится как «прорыв», или «прорубание сквозь», и это опция по умолчанию. Кроме этого очищения памяти, есть ещё две продвинутых практики. Во-первых, вы можете очистить остаточные кармические содержания в физическом теле, пока тело не станет совершенно несубстанциональным. Вы делаете это с помощью практики внутреннего огня (туммо), работая с системой центрального канала, что в целом занимает от 6 месяцев до года. Во-вторых, вы можете очистить восприятие. Эта практика заключается в созерцании четырёх уровней видений (by-passing visions, тогал). Очищение всех кармических остатков обыденного ума — будь то через память, тело, восприятие, или всё вместе — становится ключом, открывающим восприятие чистых миров мандалы и всех трёх тел будды одновременно. Вы оказываетесь окружены самой структурой абсолютной реальности, вы и есть эта структура абсолютной реальности. Теперь вы — будда, своей просветлённой активностью помогающий другим на пути. Game over.

Составитель конспекта — Сергей Гуленкин

Let’s block ads! (Why?)

Телесная медитация в тибетских традициях буддизма и бон

Оригинал статьи был опубликован на английском языке в сборнике «The Handbook of Body Psychotherapy and Somatic Psychology» (North Atlantic Books, 2015). Перевод выполнен с разрешения автора специально для журнала «Эрос и Космос».

Иллюстрация: himalayanart​.org

Тело может использоваться как объект для медитации на каждом этапе созерцательного пути от самых первых шагов до достижения буддовости.

Тело как объект для концентрации

Целью медитации сосредоточения является стабилизация ума (Gendun Lodro, 1998). Всё что угодно может использоваться в качестве объекта для концентрации, включая ощущение всего тела целиком в качестве единого объекта сосредоточения. Медитация пребывания-покоя (zhi gnas)1 подразумевает направление и повторное возвращение ума к объекту сосредоточения — в данном случае, к телу как целому — и отстранение от любого отвлекающего психического содержания до тех пор, пока ум не будет пребывать2 (gnas pa) продолжительно и полностью на объекте сосредоточения, а вся посторонняя мыслительная активность и другие отвлекающие содержания ума не успокоятся (zhi ba). Опытный практикующий учится направлять ум на объект сосредоточения более интенсивно (sgrim pa) — то есть постепенно всё более и более тесно вовлекаться в сосредоточение на теле как целом таким образом, чтобы ум был настолько занят тонкими деталями объекта сосредоточения, что возможности отвлечься на что-то другое практически нет. В результате пребывание на объекте сосредоточения становится непрерывным, а посторонняя мыслительная деятельность успокаивается.

Освоение сосредоточения сравнивается с приручением слона

По мере углубления концентрации объект сосредоточения начинает казаться менее плотным и более подобным энергии. Тело как объект сосредоточения становится чем-то вроде энергии в пространстве, и эта энергия является динамичной и постоянно меняющейся. В этом смысле тело как целое становится труднее удерживать в качестве объекта сосредоточения. Этот этап концентрации называется «сосредоточением без опоры», поскольку непрерывно меняющаяся телесная энергия в меньшей степени служит опорой для сосредоточения. Тем не менее, опытный практикующий способен обнаружить своего рода отпечаток объекта сосредоточения в этой энергии и изменениях, таким образом ещё больше углубляя своё сосредоточение. В конечном счёте концентрация на очень упорядоченном потоке «однонаправленно» разворачивающейся энергии становится автоматической, и фокус осознавания с точностью и быстротой лазерного луча будет пребывать там, где требуется, так долго как требуется, без посторонней активности или реактивности ума. Суть концентрации заключается в том, чтобы сделать ум послушным. Устойчивое сосредоточение теперь становится инструментом, с помощью которого можно получить прозрение в то, как ум конструирует опыт.

Медитация прозрения: ви́дение природы сознавания за пределами конструкций

Медитации прозрения (буквально «запредельное ви́дение», «seeing beyond», lhag mthong) в тибетском буддизме махаяны связаны с пустотностью (stong ba). Пустотность можно лучше всего понять через такой синоним: «лишь конструкция ума». Конструирование присуще обыденному уму по природе. Обыденный ум конструирует представления о самоощущении (пустотность «я»); конструирует представления о содержаниях ума (пустотность феноменов), таких как мысли, эмоции и чувственное восприятие форм, звуков, вкусов, запахов и телесных ощущений — всё это разные типы ментальных конструкций; а также конструирует представления о времени (конвенциональное время). Эти обыденные структуры ума являются формой относительной реальности. Чувство собственного «я» становится центральным организующим принципом. Например, я организую большую часть своего повседневного опыта вокруг «Дэна». Схожим образом конвенциональное время становится центральным устроителем нашего социального мира — скажем, чтобы добраться куда-то вовремя или уложиться в установленные сроки. Хотя оперирование из этих конвенциональных структур ума полезно для решения вопросов, касающихся повседневной относительной реальности, проблема, с точки зрения буддизма махаяны, заключается в реификации, или овеществлении (dngos ‘dzin).

Мы совершаем эпистемологическую ошибку, забывая, что это конструкции, и поэтому ведём себя так, будто бы они обладают независимым самобытием. Например, мы воспринимаем соглашение о времени как что-то чересчур реальное. Нам кажется, что существует какой-то внешний космический «таймер», и мы даже располагаем его в Гринвиче. Мы также думаем, что чувство собственного «я» является очень реальным. Согласно буддизму махаяны, овеществление имеет два значимых для непосредственного опыта последствия. Первое — это переживание «цепляния» (dzin pa). Чувство собственного «я» сопровождается сильным цеплянием, и это цепляние является источником привязанности и страдания. Время — например, когда мы опаздываем, — также связано с цеплянием, и вследствие этого несёт страдание. Подобным же образом множество форм цепляния за тело влекут за собой привязанность и страдание. Второе — овеществление обладает способностью скрывать (mun pa) подлинную природу ума. С абсолютной точки зрения всё, что кажется существующим, является проявлением пробуждённого сознавания изначальной мудрости (rig pa’i ye shes) и его живости, или динамизма (rtsal).

С абсолютной точки зрения всё является проявлением пробуждённого сознавания и его динамизма

В буддизме махаяны и в бон пробуждённое сознавание имеет два измерения: познающий аспект сознавания (shes rig) и динамический аспект сознавания, его живость, или динамизм (rtsal). Всякий раз, когда мы воспринимаем любые обыденные структуры ума как слишком прочные или слишком реальные, это мешает возможности «заглянуть за пределы» (lhag mthong) этих пустотных конструкций в подлинную природу динамичного пробуждённого сознавания ума, самопроявляющегося и познающего свою пробуждённую природу мгновение за мгновением через своё собственное деятельное проявление. В медитации дзогчен (rdzogs chen) всё в абсолютном смысле является игрой (rol ba) живого сознавания, которое проявляет само себя и для себя, познавая каждое проявление с блистательным осознаванием. Исконное пробуждённое сознавание подобно солнцу, которое сияет всё время, но которое нельзя увидеть, если его заслоняют облака. Медитация на пустотности позволяет практикующему заглянуть за пределы всех кажущихся прочными и вещественными конструкций ума, пока не засияет пробуждённое сознавание.

Что касается самой медитативной практики, медитация на пустотности представляет собой высокоскоростную, негативную поисковую задачу. Поиск начинается с установления цели поиска — например, чувства собственного «я», или личной идентичности: «Дэна», в моём случае. Как люди мы обладаем способностью к саморефлексии. Я могу вызвать «Дэна» в качестве объекта рефлексии и получить непосредственное общее ощущение «Дэновости». Определившись с целью поиска, практикующий использует своё сознавание в качестве агента, осуществляющего поиск. Осознавание действует на гораздо более высокой скорости в сравнении с обычной мыслью, и мышление само по себе не может выступать эффективным средством для подлинного прозрения. С точностью и молниеносной скоростью осознавания, которые были взращены в процессе тренировки сосредоточения, практикующий быстро и тщательно исследует поле телесных ощущений и психические содержания, чтобы обнаружить цель поиска. Можно ли где-то найти независимо существующее, прочное «я» — некую вещь в себе? Его Святейшество Далай-лама говорит, что «суть пустотности как практики медитации заключается в „ненаходимости“ (chor med)». Другими словами, такой быстрый, высокоскоростной поиск с осознаванием обычно приводит к тому, что цель поиска ускользает и удаляется от осознавания. Если вам кажется, что вы можете найти цель, разбивайте эту область на более мелкие единицы рассмотрения до тех пор, пока цель не ускользнёт. Например, если вы думаете, что нашли цель где-то в мозге, ищите в каждой области мозга, затем в клетках, затем в молекулах и так далее, пока не испытаете переживание ненаходимости.

В буддизме махаяны медитация на пустотности описывается как утверждающее отрицание — то есть вы отрицаете некую кажущуюся вещественной конструкцию ума, чтобы подтвердить нечто о подлинной природе сознавания, прежде скрытое из-за овеществления. Таким образом, в момент непосредственного переживания ненаходимости практикующий прямо смотрит в само поле сознавания, открывая для себя что-то новое. В случае пустотности «я» практикующий обнаруживает уровень сознавания, более не омрачённый чувством собственного «я». Это «сознавание как таковое» (rang rig) теперь становится базисом оперирования для последующих медитаций — само сознавание, а не «Дэн», направляет последующие медитации.

Что касается пустотности мыслей, эмоций и чувственного восприятия, эти различные медитации на пустотности феноменов очищают склонность к овеществлению мыслей и эмоций, так что мы перестаём теряться в них. Однако, и это более важно, они подтверждают, что всё, предстающее как мысли, эмоции, чувственное восприятие, на самом деле является ничем иным, как динамизмом пробуждённого сознавания изначальной мудрости. Практикующий способен заглянуть за пределы этих кажущихся прочными структур ума в подлинную природу живого сознавания, самопроявляющегося и познающего себя через свои собственные проявления.

В случае конвенционального времени практикующий способен заглянуть за пределы времени в неизменную, беспредельную природу этого подобного океану поля сознавания, которое всегда прямо здесь. Важно помнить, что медитация на пустотности ничего не отбрасывает. Практикующий медитацию на пустотности по-прежнему имеет чувство собственного «я», по-прежнему думает и испытывает эмоции и по-прежнему действует с оглядкой на конвенциональное время. Медитация на пустотности не отбрасывает эти конструкции; она лишь избавляется от их способности заслонять подлинную природу сознавания.

Пустотность тела

Пустотность тела является одним из видов медитации на пустотности явлений. В целом считается, что осознать пустотность тела сложнее в сравнении с пустотностью мыслей, эмоций или чувственного восприятия, поскольку мы привыкли считать тело осязаемым и реальным. Наиболее популярная форма медитации на пустотности тела в буддизме махаяны приписывается Шантидеве. По сути, практикующий берёт тело в качестве цели процесса поиска. С высокоскоростным осознаванием практикующий тщательно исследует различные области тела (как было описано выше), пока не испытает непосредственное переживание ненаходимости «тела». В этот момент практикующий смотрит в поле сознавания и убеждается в том, что тело является аспектом динамизма поля сознавания, по-прежнему существующим в относительном смысле, но в действительности несубстанциональным. Тело становится «динамичным сознаванием», проявляющимся как «тело», несубстанциональным и всё же возникающим как чистая энергия проявления. В практике школы прасангика-мадхьямака акцент делается на том факте, что «тело» — это лишь ярлык или обозначение. Иными словами, практикующий выясняет то, каким образом язык и навешивание ярлыков служат для овеществления конструкций ума. Если мы называем это «телом», тело овеществляется (Hopkins, 1996).

Практика внутреннего огня как вспомогательное средство для ознакомления с пробуждённой природой ума

Суть любых практик пустотности заключается в очищении кажущейся прочности и вещественности всех конструкций ума и прозрении в подлинную природу пробуждённого сознавания. Беспредельный океан пробуждённого сознавания, или любви, всегда прямо здесь. Эта истинная природа является исконно неотъемлемой, подобно солнцу, которое всегда сияет. Практика пустотности, когда она применяется ко всем конструкциям ума, расчищает облака повсюду, так что оказывается возможным заглянуть за их пределы и пережить пробуждённое сознавание напрямую — так мы видим сияние солнца, когда облака рассеялись. Есть два способа распознать пробуждённое сознавание. В какой-то момент практикующий может заметить сдвиг в своём базисе оперирования, так что он или она оперирует уже не из конструкций индивидуального сознания, а является этим беспредельным океаном пробуждённого сознавания, или любви, — местом без места, без локализации, без точки отсчёта; или же в какой-то момент практикующий распознаёт, что в пробуждённом сознавании есть что-то очень особенное по сравнению с обычным сознаванием — в его яркости (dwangs ba), пробуждённости (hrig ge) или сакральности (dam pa). Все эти качества являются вариациями на тему «ясности» (gsal ba) пробуждённого сознавания. Практикующий должен прийти к распознаванию пробуждённого сознавания подлинным образом, а затем стабилизировать и развить пробуждение до того момента, когда пробуждённое сознавание, а не обычное сознавание, станет базисом оперирования в любое время и во всех ситуациях.

Пробуждённое сознавание, а не обычное сознавание, становится базисом оперирования в любое время и во всех ситуациях

«Медитации энергетических каналов и потоков, или ветров» (rtsa lung) часто используются на этом этапе практики для поддержания распознавания ясности пробуждённого сознавания. Эффективные энергетические медитации делают поле сознавания ярче, так что после подобной практики ясность пробуждённого сознавания становится более очевидной. Существует множество типов энергетической практики медитации (Tsong-kha-pa and Mullin, 1996; Thupten Yeshe and Courtin, 1998). Один из распространённых видов медитации дзогчен использует пять основных ветвей энергетических каналов (ru–shan): практика включает пять медитаций в движении, которые выполняются в положении сидя. Каждое отдельное движение предназначено для активизации и регулирования потока тонкой энергии в этих пяти путях: восходящий канал, соотносящийся с горловой чакрой; канал жизненной силы, соотносящийся с сердечной чакрой; огненный канал, соотносящийся с пупочной чакрой; всепроникающие каналы, соотносящиеся с кожей; и нисходящий канал, соотносящийся с тайной чакрой (половые органы). Эти медитации, путём задействования пяти основных ветвей энергетических каналов, косвенно активизируют энергетические потоки в центральном канале: следствием этого является значительное повышение ясности поля сознавания. Цель заключается в том, чтобы многократно практиковать эти медитации в движении и затем смотреть в поле сознавания, чтобы распознать ясность этого сознавания и в конечном счёте узнать пробуждённое сознавание как оно есть. Подробное описание практики рушенов, вместе с CD, можно найти в книге Тензина Вангьяла «Awakening the Sacred Body» (2011).

Практики с использованием центрального канала гораздо более прямолинейны, но они в свою очередь могут быть опасны, поэтому заниматься ими рекомендуется под руководством учителя. Система центрального канала состоит из двух основных боковых каналов диаметром примерно с трубочку для питья. Правый канал — красный, он содержит нечистые элементы тела-ума. Левый — белый, содержит чистые элементы. Центральный канал по диаметру примерно равен указательному пальцу и чуть расширяется кверху, подобно тибетскому медному рожку. Центральный канал тянется от области чуть выше тайной чакры, минует сердце, минует горло, проходит сквозь центр мозга и заканчивается в районе родничка. Он проходит спереди от позвоночника на расстоянии около дюйма. По цвету он синий. Два боковых канала соединяются с центральным в области «вазы» (bum pa) чуть ниже пупка и выше тайной чакры. Эта область вазы похожа на луковицу фенхеля. Боковые каналы тянутся вверх по бокам центрального канала и открываются с каждой стороны родничка. Считается, что центральный энергетический канал в значительной степени неактивен на протяжении всей жизни человека. Большая часть энергии из боковых каналов поступает в центральный канал во время умирания. Единственное исключение — энергия может стать активной в центральном канале в любой момент жизни человека, когда тот входит в глубокое сосредоточение и/или энергетическую медитацию.

Медитация на центральном канале начинается с визуализации трёх основных каналов до тех пор, пока это не начнёт получаться легко. Затем практикующий представляет «капли энергии» (thig le) размером с горошину, расположенные прямо над каждым боковым каналом. Выдохнув застоявшийся воздух, практикующий направляет вдох в область вазы, одновременно визуализируя, как капли энергии опускаются вниз по каждому боковому каналу, смешиваются в области вазы и затем входят в центральный канал, пока практикующий делает вазу. «Делать вазу» означает выпятить живот, опустить диафрагму вниз для создания сдавливания и затем задержать дыхание. Как только капли энергии попадают в центральный канал, энергия начинает бурлить (подобно кипящей воде), и тогда развивается тепло. После небольшой задержки дыхания практикующий медленно выдыхает воздух, одновременно визуализируя, как капли энергии разделяются и вновь располагаются чуть выше верхушки каждого бокового канала по сторонам от родничка. Визуализация повторяется несколько раз для того, чтобы взболтать энергию. Затем практикующий заканчивает тем, что прямо смотрит в поле сознавания, чтобы распознать его ясность. Хотя эта практика обычно развивает много блаженства, блаженство лучше всего рассматривать как побочный эффект и, возможно, даже отвлечение. Главная цель всегда заключается в том, чтобы смотреть в ясную природу поля сознавания. Даже блаженство — это не что иное, как динамизм пробуждённого сознавания изначальной мудрости.

Разные типы практики внутреннего огня различаются по степени применения силы. Чем больше силы, тем быстрее эффект; но чем больше силы, тем выше риск. Крайне важно иметь полный контроль над движением и направлением потока энергии в центральном канале. Если такого полного контроля нет, энергия может подняться слишком резко и неравномерно, что приведёт к серьёзным побочным эффектам. Обычно рекомендуется держать энергию ниже пупочной чакры до тех пор, пока не будет достигнут должный уровень мастерства и контроля; только после этого следует медленно учиться поднимать энергию по центральному каналу. Как уже упоминалось, лучше всего это делать под руководством квалифицированного наставника.

Динамизм и тело ясного света

Когда практикующий развил пробуждённое сознавание как стабильный базис оперирования в медитации, а также в повседневной жизни, акцент естественно переходит к тому, что известно как «аспект проявлений» пробуждения. На этом этапе практикующий рассматривает всё, что возникает мгновение за мгновением — все мысли, эмоции, формы, звуки, вкусы, запахи и телесные ощущения, — как живость, или динамизм, пробуждённого сознавания изначальной мудрости. По мере свыкания практикующий развивает навык распознавать всё, что возникает каждый миг, как непрерывный поток динамизма (Sonam Gurung and Brown, 2017) или как «взлёты и падения дхармакаи» (Palden Sherab and Tsewang Dongyal, 1998). В какой-то момент процесс начинает протекать сам по себе и становится автоматическим.

Как переживается тело на этом уровне практики? Этот уровень практики подразумевает то, что называется Царь Самадхи (Thrangu Rinpoche, 1994). С пробуждённым сознаванием в качестве стабильного базиса оперирования — то есть оперируя из бытия этой беспредельной цельностью пустотного сознавания-пространства — практикующий направляет намерение на созерцание тела. Благодаря одному лишь намерению совершенная, однонаправленная концентрация немедленно возникает на фоне беспредельной цельности. Не возникает никакого противоречия между одновременным удерживанием воззрения беспредельной цельности и точечной фокусировкой. Разница между Царём Самадхи и обычной концентрацией заключается в базисе оперирования — то есть в том, откуда возникает сосредоточение: из пробуждённого пространства дхармакаи или из обыденного ума и обыденного чувства собственного «я». Практика «Царь самадхи» сравнивается с сильной хищной птицей, такой как орёл или мифическая птица — Гаруда. Такая птица летит с огромным, безграничным видом на горизонт и одновременно способна точечно фокусироваться на своей добыче. Для Гаруды-практикующего тело оказывается подвешенным в безграничном пустотном сознавании-пространстве, и оно подобно пустому стеклянному сосуду, наполненному светом, — энергетическое тело ярко сияет, лишённое субстанциональности. По мере освоения практики тело переживается как свет, как проявление энергии мудрости. Постепенно внутри этого тела ясного света ярко высвечиваются все энергетические каналы и потоки. Энергия сама находит свой путь, проносясь по системе каналов с блистательным величием.

В традиции бон в практике «Шесть светочей» (Brown and Sonam Gurung, 2019) говорится, что центральный канал является идеальным местом для непосредственного переживания динамизма изначальной мудрости на его самом тонком уровне. Установив воззрение тела ясного света и энергетических каналов, с позиции Царя Самадхи опытный практикующий формирует намерение локализовать сознание в центральном канале и, с этой позиции, позволяет своему сознанию непосредственно наблюдать разворачивающуюся «игру» (rol ba) возникающих капель энергии, которые затем проявляются как всё более организованные видения. Так практикующий получает прямую реализацию пяти энергий мудрости. Благодаря умелому использованию тайной системы каналов возникают четыре уровня «видений» (snang ba), включая магическое проявление полей и измерений будды, и кульминацией этого процесса становится реализация единой великой сферы энергии, в которой все феномены связаны нитями любящей энергии, и вся сфера проявлений постигается одномоментно. Здесь возникают просветлённые тела будды, и практикующий оказывается со всех сторон окружён самой структурой бытия.

Падмасамбхава. Радужное тело. Фрагмент. Источник: himalayanart​.org

Просветлённое тело

В заключение стоит высказать несколько замечаний о том, каким предстаёт тело на самом высоком уровне реализации. В раннем буддизме махаяны, о чём свидетельствует «Лалитавистара-сутра», глубина просветления описывалась в связи с 32 великими и 80 малыми признаками (Dharmachakra Translation Committee, 2013). Каким бы фантастичным это ни могло показаться западной научной аудитории, велись серьёзные обсуждения изменений в самой структуре тела в результате просветления. Например, уши увеличивались в размере вследствие слушания просветлённой Истины; длина языка увеличивалась благодаря красноречивой передаче учений на благо других. В бонской системе Атри (A Khrid, Sonam Gurung and Brown, 2017) просветлённое тело будды — это тело света, и одним из следствий этого является «отсутствие выделений» (zag med). Иными словами, просветлённым существам не нужно ходить в туалет; они не потеют и не чихают. Однако они способны намеренно вызывать слёзы, бесконечный поток слёз, проливающийся по страданиям других. Как в дзогчен буддийской традиции ньингма, так и в бон высшим достижением в отношении тела является «радужное тело». Посредством специальной практики наиболее продвинутые практикующие могут преобразить элементарные энергии своего тела в свет. В момент смерти тело превращается в радужный свет и исчезает в небе. Остаются лишь безжизненные части тела — волосы и ногти. Нет мёртвого тела, от которого надо избавляться. Достижение «радужного тела» считается окончательным знаком реализации, высшей формой просветления. Иными словами, полное преображение тела является труднейшим и наиболее драгоценным из йогических достижений.

Ещё не так давно западные исследователи считали, что структуры тела остаются относительно неизменными. Однако благодаря открытиям нейронауки сложился новый взгляд на мозг. Согласно теории нейропластичности, области мозга и связанные с ними нейронные сети меняются в объёме и структурно в зависимости от использования. Например, область мозга, отвечающая за концентрацию, передняя поясная кора, увеличивается в размере, а также демонстрирует изменения в белом и сером веществе, после интенсивной тренировки концентрации. Если западная нейронаука показала, что как минимум мозг меняет структуру при определённых условиях, то, быть может, заявления традиций буддизма и бон о том, что тело также может менять структуру в зависимости от степени просветления, не являются такими уж невероятными.

Источники

  1. Brown, D. P., & Sonam Gurung, G. (2019). The Six Lamps: According to the Zhang Zhung Oral Transmission Lineage of Bon Great Completion. Published by Bright Alliance. Translation into English of the root text by Tapihritsa, the ornament of sun-light commentary by Au ri, and the intention and ultimate meaning commentary by Bru sGom rGyal bag Yung Drung.
  2. Gendun Lodro, G. (1998). Calm-abiding and special insight: Achieving spiritual transformation through meditation. Ithaca, NY: Snow Lion.
  3. Hopkins, J. (1996). Meditations on emptiness. Somerville, MA: Wisdom.
  4. Dharmachakra Translation Committee. (2013). The play in full [Lalitavistara Sutra]. Boudhanath, Nepal: Dharmachakra Translation Committee.
  5. Palden Sherab Rinpoche, K., & Tsewang Dongyal Rinpoche, K. (1998). Lion’s gaze (J. Kaye & S. Harding, Trans.). Boca Raton, FL: Sky Dancer Press.
  6. Sonam Gurung, G., & Brown, D. (2017). The Pith Instructions for the Stages of the Practice Sessions of the A Khrid System of Bon rDzogs Chen [Great Completion] Meditation. Published by Bright Alliance.
  7. Tenzin Wangyal Rinpoche. (2011). Awakening the sacred body: The Tibetan Yoga of breath and movement. Carlsbad, CA: Hay House.
  8. Thrangu Rinpoche, K. (1994). Samadhiraja Sutra [King of Samadhi]. Kathmandu, Nepal: Rangjung Yeshe Publications.
  9. Thupten Yeshe, L., & Courtin, R. (1998). The bliss of inner fire: Heart practice of the Six Yogas of Naropa. Somerville, MA: Wisdom.
  10. Tsong-kha-pa & Mullin, G. C. (1996). The six Yogas of Naropa: Tsong Kha pa’a commentary entitled A book of three inspirations: A treatise on the stages of training in the profound path of Naropa’s Six Dharmas. Ithaca, NY: Snow Lion.

Примечания

Let’s block ads! (Why?)