Психология

Отфильтрованная реальность

Отфильтрованная реальностьКаков обычный режим деятельности головного мозга? В целом, главная задача мозга – удерживать сознание на «волне» пространства-времени подобно радиоприемнику или телевизору, который настраивается на отдельную полосу частот спектра электромагнитных волн. Агрегат «Мозг — органы восприятия» отсеивает «лишние» волны, пропуская лишь часть гипотетической, неотфильтрованной энергии. Наш глаз передает в мозг менее одной триллионной доли той информации, которая достигает его поверхности. Существует также большая разница между сенсорными данными, которые попадают в наше глазное яблоко и теми данными, которые конструируются мозгом как «реальность».

Известно, что анализаторы (системы, обеспечивающие восприятие) у человека не охватывают всего спектра волн, которые фиксируются приборами. У человека также отсутствуют рецепторы (преобразователи специфической энергии в неспецифический процесс нервного возбуждения), которые есть у представителей животного мира. Например, летучие мыши и дельфины способны к рецепции ультразвука, некоторые насекомые и пресмыкающиеся – к рецепции инфракрасного излучения, многие животные способны к рецепции инфразвука, птицы и рыбы способны воспринимать магнитные силовые линии и т.д. Но с другой стороны, по крайней мере до недавнего времени, в распоряжении человека было столько анализаторов, сколько было необходимо для восприятия биологически значимых сигналов.

Далее отфильтрованная органами чувств энергия подвергается в мозге обработке соответствующими биопрограммами. Все биопрограммы нормального мозга нацелены на одну единственную «космическую» цель – выживание, т.е. сохранение собственного вида, формы за счет:
1. размножения, поглощения других форм и извлечения из них биоэнергии для поддержания своей формы);
2. адаптации к условиям среды обитания, которая стимулирует все большее усложнение форм жизни.

Такой отфильтрованный мир и представляет то, что мы можем назвать «согласованной реальностью». Эту же мысль подтверждает и Роберт Орнштейн в своей классической работе «Психология сознания»: «Сознание индивида ориентировано вовне. Мне кажется, что основной целью, для которой оно развивалось, было гарантирование индивиду биологической сохранности… Из массы достигающей нас информации мы прежде всего выбираем ту, которая соответствует сенсорной модальности нашего сознания. Это происходит посредством многоуровневого процесса фильтрации, который в первую очередь отбирает раздражители, необходимые для нашего выживания. Затем из данных, которые прошли процесс фильтрации, мы можем конструировать стабильное сознание».

То, что мы в нашей обычной, будничной реальности имеем дело именно с конструкциями нашего мозга подтверждают исследования выдающегося нейрохирурга и нейролога из Йельского университета Карла Прибрама. Прибрам за несколько десятилетий экспериментальной работы в области нейрохирургии и электрофизиологии завоевал репутацию ведущего исследователя мозга. Имея богатый опыт операций на человеческом мозге, Прибрам провел также огромное количество экспериментов на обезьянах. В ходе исследований Прибрам пришел к выводу, что информация, прежде чем достичь зрительного центра коры головного мозга, уже подвергается радикальной модификации. Входящая информация в определенной степени «противоречит» той информации, которая содержится в памяти, от чего создается своеобразный «голографический образ» воспринимаемого мира. Поэтому мы видим не столько то, что происходит непосредственно в «данный момент» (отметим, что само существование «данного момента» в свете данных нейробиологии кажется весьма относительным), сколько ассоциированный комплекс этого «момента» с данными нашего прошлого опыта, включая наши ожидания, переживания и т.д.

Выдающийся физик Дэвид Бом, коллега Эйнштейна и автор классических работ по теории относительности и квантовой механики считал, что вселенная на фундаментальном уровне является «однородной целостностью», «тем-что-есть», экзистенцией, или «свернутым порядком». Все феномены в пространстве-времени представляют собой лишь некое проявление, «разворачивание» этого «свернутого порядка». Мы же, имея дело с «развернутым порядком», упускаем из виду, что имеем дело с однородной целостностью, а не с дискретными явлениями. От того мы и выдаем узкий аспект проявленной вселенной за вселенную «как она есть на самом деле».

Карл Прибрам, на взгляды которого повлияла концепция Бома отмечает: «Значение холономной реальности состоит в том, что она создает то, что Дэвид Бом называет «свернутым», или «скрытым», порядком, который… одновременно является всеобщим порядком. Все содержится во всем и распространено по всей системе. Посредством наших органов чувств и телескопов – линз вообще – мы открываем, разворачиваем этот свернутый порядок. Наши телескопы и микроскопы даже называются «объективами». Так мы и познаем суть вещей: с помощью линз в наших органах чувств делаем из них объекты. Не только глаза, но также кожа и уши являются структурами, состоящими из линз. Дэвиду Бому мы обязаны пониманием того, что во вселенной существует некий скрытый порядок, который является внепространственным и вневременным в том смысле, что пространство и время находятся в нем в свернутом виде. Сейчас мы можем утверждать, что мозг также функционирует в холономной сфере… Однако этот холономный порядок не является пустотой; это наполненное и текучее пространство. Открытие этих свойств холономного порядка в физике и в области исследований мозга заинтересовало мистиков и ученых, знакомых с эзотерическими традициями Востока и Запада, и заставило задаться вопросом: не это ли было содержанием всего нашего опыта?».

Прибрам также провел интересный эксперимент с использованием «белого хаоса» на телеэкране. Этот хаос представлял собой всевозможные формы точек. Оказалось, что клетки мозга реагируют на поле этих точек и «накладывают» на них определенные структуры, таким образом внося порядок в хаос. «Мы все время конструируем собственную реальность из массы того, что, как правило, кажется хаосом. Однако этот хаос имеет свою структуру: наши уши подобны радиоприемникам, а глаза – телеприемникам, которые выбирают соответствующие программы. Имея другие системы настройки, мы могли бы принимать другие программы». В другом месте Прибрам развивает мысль о мозге-приемнике: «Волны являются колебаниями, и все свидетельствует о том, что отдельные клетки в коре головного мозга считывают частоту волн в определенном диапазоне. Так же, как струны музыкального инструмента дают резонанс в определенном пределе частот, так резонируют и клетки коры головного мозга».

Отрывок из текста
Берснев Павел «Мозг и религиозный опыт»

Нет комментариев

Развитие критического мышления

Критическое мышление зачастую воспринимается нами как что-то будничное. При ответе на вопрос о том, что это, мы в лучшем случае вспоминаем обрывочные характеристики и требования к процессу построения суждений по типу «подвергать всё сомнению», «использовать логику», «перепроверять информацию» и другие. Отчасти это правильно, но без комплексного понимания того, что такое «критическое мышление», мыслить критически человек не может. Точно так же как не может использовать с максимальной выгодой для себя компьютер, если не понимает его предназначения и возможностей. Поэтому сегодня мы обратимся к одной из лучших книг на данную тему – «Психологии критического мышления» Дайаны Халперн – и на основе её анализа постараемся составить небольшую программу тренировки способности мыслить критически.

Развитие критического мышления

Что такое критическое мышление?

Но сначала немного об авторе. Дайана Халперн – американский психолог, преподаватель, в одно время президент Американской психологической ассоциации. Автор и соавтор нескольких успешных книг, среди которых «Психология критического мышления» и «Интеллект: знания и незнания».

В интересующем нас труде Д. Халперн обращается к механизмам функционирования критического мышления. Под ним она понимает тип мышления, основанный на когнитивных навыках и стратегиях и позволяющий приходить к результатам, которые отличаются своей взвешенностью, логичностью и целенаправленностью. Что важно – автор заверяет, что критическое мышление не является врождённой способностью, а значит, его можно развивать. И не просто можно, но и нужно, поскольку способность мыслить критически позволяет человеку выявлять и противостоять попыткам манипулирования, приучает к чёткости мысли, структурированности, корректной интерпретации информации.

Как развить способность мыслить критически: с чего начать?

Отправная точка тренировки – метапознание. Чтобы не пугать вас сложной научной терминологией, сразу оговоримся, что под этим термином понимается знание человека о его собственных мыслительных процессах или знаниях более глобально. Как их получить? Путём самопознания – нужно стараться наблюдать за собой со стороны, оценивать и анализировать свои решения, выявлять ментальные ошибки. Для начала достаточно просто «прокручивать» свой день в воображении перед сном, пытаясь не просто вспомнить происходящее, но и характер ваших мыслей, влияние эмоций на сказанное и подуманное, логичность доводов и рассуждений. Именно так можно оценить их по достоинству (не зря же самые лучшие решения приходит уже после того, как что-то случилось).

Очевидно, что данная склонность развивается в совокупности с памятью. Д. Халперн пишет: «Наша память – это не точная «копия» произошедших событий. На то, что мы запомним, влияют предварительные знания, то, что мы узнали впоследствии, стереотипы и содержательность материала». Таким образом, без памяти метапознание напоминает гвоздь без молотка. Память даёт вам совокупность материалов, необходимых для работы над собой, позволяет оперировать доступной информацией, перенося известные данные и сравнивая их со своим опытом. Так вы можете избежать распространённых ошибок и не попасться на крючок того, что может казаться правдивым в силу своей общепринятости.

Станьте Шерлоком

Д. Халперн не пишет о мистере Холмсе, но одним из главных требований и краеугольным камнем, на котором зиждется критическое мышление, она называет дедуктивное мышление – «вывод валидных заключений на основе посылок, т.е. суждений, которые мы считаем истинными». В книге вы не найдете отсылок к разнообразным детективным историям, мастером составления которых был А. Конан Дойл. Даже наоборот – раскрытие темы через призму требований формальной логики возвращает нас к академичности университетских лекций. Но прочитаны они мастерски.

Два требования, которые каждый человек, стремящийся к развитию критического мышления, должен себе предъявлять: проверка следствия заключения из посылок и аргументированность суждений. В первом случае мы говорим о неизменности посылок (начала размышления) на протяжении всего процесса построения суждения. Другими словами, понятия не должны подменяться, изменяться под влиянием эмоций и ситуаций. Для того же чтобы наше мышление было аргументированным, следует придерживаться следующих правил: 1) посылки должны быть непротиворечивы; 2) посылки достаточно связаны с заключением и подтверждают его; 3) в рассуждении учтены недостающие компоненты аргументации (противоположные мнения, контраргументы).

Сомневайтесь

Для того чтобы научиться доказывать и опровергать гипотезы не нужно корпеть над учебниками с логическими задачами. Жизнь предоставляет и так достаточно шансов, поскольку даже бытовое мышление имеет ту же основу, что и научный метод проверки гипотез. Формируя представление о мире, мы собираем факты и ведём наблюдения, что позволяет получать актуальные знания. Но, когда дело доходит до таких менее очевидных истин, как например, то, что горячей водой можно обжечься, многие забывают о критическом подходе. Отсюда слепая вера телевизионным новостям и сплетням, подмена фактов в процессе рассуждения, поиск примеров под выводы, а не выводы, основанные на примерах. В таких ловушках оказывался каждый человек. Поэтому, подвергайте здоровому сомнению любую входящую информацию, с какого бы надёжного источника вы её не получили.

Проверяйте факты

По сути, описанное выше сомнение является не чем иным, как простейшим требованием проверять факты. Для того чтобы это сделать, вы можете пользоваться алгоритмом, предложенным Д. Халперн:
— Избегайте выборочной аргументации. Нельзя получить истинное знание, отбирая только те факты, которые подтверждают ваши догадки. Причинно-следственная связь должна быть установлена полностью.
— Что вам уже известно? Достаточно ли этой информации, чтобы с уверенностью сказать, что ваша гипотеза верна? Здесь важно быть честным с собой и оперировать не только имеющимися знаниями и фактами, которые их подтверждают, но и работать с противоположным взглядом и фактами, его подтверждающими.
— Используйте весь арсенал доступных инструментов. Если это необходимо – проведите формальную проверку фактов, обратившись напрямую к источнику, так как имеющиеся у вас данные могут быть лишь чьей-то интерпретацией. Принимать её как истинную – неправильно.
— Точность – последний критерий, который нужно предъявить к полученным выводам. Удалось ли уменьшить неопределённость? Качественным ли получился вывод или по-прежнему остаются слабые места? Без ответа на эти вопросы построить валидное умозаключение невозможно.

Принимайте решения взвешенно

Мы уже писали несколько материалов на тему, каким должен быть процесс принятия решений и как избежать распространённых ошибок. Вот ещё несколько советов от Д. Халперн:
— Сформулируйте задачу разными способами. Это позволит взглянуть на проблему под разными углами, тем самым исключив влияние эвристики доступности на характер принимаемых вами решений.
— Обдумайте даже рискованные и невероятные сценарии. У людей есть свойство не видеть негативные стороны, поэтому нужно стараться учесть и их для того, чтобы знать, как поступить, когда всё пойдёт не так.
— Составьте список возможных вариантов решений и постепенно отберите то, которое будет максимально подходить, учитывая все за и против.

Структурируйте задачи

Процесс решения задачи должен проходить 4 стадии:
— подготовка и ознакомление,
— выработка решения,
— принятие решения,
— оценка его эффективности.
Такая простая последовательность приучит ваш ум к структурированности и позволит мыслить эффективнее.

Развивайте творчество

Автор «Психологии критического мышления» рассматривает «творчество как когнитивный процесс, в котором используется информация, хранящаяся в памяти и выходящая за рамки личного опыта». Именно креативность научит вас смотреть на проблему под разными углами и генерировать больше, в сравнении с человеком нетворческим, идей для её решения.

Источник:
4brain

Нет комментариев

Бертран Рассел «Внесла ли религия полезный вклад в цивилизацию?»

Работа издана отдельной брошюрой в 1930 г.: Russell в.
Has Religion Made Useful Contribution to Civilization? An Examination and a Criticism.
London: Watts & Co., 1930.
Фрагменты ранее были переведены на русский язык (Наука и религия, 1959, э 1).
Перевод данного текста выполнен А. А. Яковлевым, с использованием фрагментов перевода 1959 г.

Бертран Рассел «Внесла ли религия полезный вклад в цивилизацию?»Я держусь того же взгляда на религию, что и Лукреций 1. Я считаю ее болезнью, порожденной страхом, и источником неисчислимых страданий для человечества. Правда, я не могу отрицать, что религия внесла определенный вклад в цивилизацию. Она помогла на заре существования человеческого общества изобрести календарь, и она же заставила египетских жрецов так тщательно устанавливать время затмений, что впоследствии они оказались способны их предсказывать. Эти два добрых дела я готов признать, но никаких других за религией не знаю.

Слово «религия» используют в наши дни в весьма расплывчатом смысле. Некоторые, находясь под влиянием крайнего протестантизма, употребляют его для обозначения любого серьезного убеждения личного характера, касающегося нравственных вопросов или природы Вселенной. Такое словоупотребление совершенно неисторично. Религия — это прежде всего социальный феномен. Церкви, возможно, обязаны своим происхождением учителям, обладавшим сильными индивидуальными убеждениями. Но влияние учителей на основанные ими церкви было, как правило, слабым, в то время как церкви оказывали огромное влияние на общество, в рамках которого расцветали. Возьмем случай, который особенно интересен людям, принадлежащим к западной цивилизации: учение Христа, как оно изложено в евангелиях, имеет очень мало общего с этикой христиан.

Самым важным в христианстве с социальной и исторической точек зрения является не Христос, а церковь, и, если мы хотим судить о христианстве как о социальном движении, нам незачем обращаться к евангелиям. Христос учил, что следует отдавать все, что у вас есть, бедным и что не следует воевать, ходить в церковь и наказывать за прелюбодеяние. Ни католики, ни протестанты не изъявили никакого желания последовать этому учению. Некоторые францисканцы, правда, пытались проповедовать доктрину апостольской бедности, но папа осудил их, и доктрина была объявлена еретической. Или возьмем, например, евангельские слова: «Не судите, да не судимы будете» — и спросим себя, какое влияние они оказали на инквизицию и ку-клукс-клан.

То же самое относится и к буддизму. Будда был милым и образованным человеком; на смертном одре он смеялся над учениками, полагавшими, что он бессмертен. Но буддийские жрецы, живущие, например, на Тибете, — это невежественные и в высшей степени жестокие тираны.

Нет ничего странного в этом различии между церковью и ее основателем. Стоит только предположить, будто в речах определенного человека заключена абсолютная истина, как тут же появляется когорта специалистов по истолкованию его речей. А так как специалисты эти держат в своих руках ключ к истине, то они неминуемо приобретают власть, которой пользуются, как и всякая другая привилегированная каста, ради собственной выгоды. В одном отношении, однако, они хуже всякой другой привилегированной касты, ибо миссия их заключается в разъяснении неизменной истины, возвещенной раз и навсегда в совершенной и законченной форме, так что они неизбежно становятся врагами всякого умственного и нравственного прогресса. Церковь выступала против Галилея и Дарвина; в наши дни она выступает против Фрейда 2

Во времена наибольшего могущества церковь заходила еще дальше в своей враждебности к разуму. Папа Григорий Великий 3 обратился к одному епископу с письмом, начинавшимся следующими словами: «Слуха нашего достигло, о чем мы и выговорить не можем без стыда, что ты растолковываешь грамматику кое-кому из своих друзей». Своей святейшей властью папа заставил епископа бросить это «мерзкое» занятие. Неудивительно, что знание классической латыни возродилось только с наступлением эпохи Ренессанса.

Религия пагубна не только в умственном, но и в нравственном отношении. Под этим я имею в виду, что она проповедует этический кодекс, целью которого не является человеческое счастье. Когда несколько лет назад в Германии был проведен плебисцит по вопросу о том, можно ли разрешить свергнутым монархическим династиям сохранить свою частную собственность, немецкие церкви официально заявили, что лишать их этой собственности противно учению христианства. Церкви, как известно, выступали против отмены рабства, пока у них хватало на это смелости, а в наше время, за малыми, раздутыми крикливой рекламой исключениями, они выступают против любого движения за экономическую справедливость. Папа официально осудил социализм.

ХРИСТИАНСТВО И ВОПРОС О ВЗАИМООТНОШЕНИИ ПОЛОВ

Худшей чертой христианской религии является, Однако, ее позиция по вопросу о взаимоотношении полов — позиция настолько болезненная и противоестественная, что понять ее можно, только поставив в связь с тем недугом, которым был поражен цивилизованный мир в эпоху упадка Римской империи. Приходится иногда слышать, что христианство улучшило положение женщин. Это — одно из грубейших извращений истории, какие только возможно измыслить. Женщины не могут занимать сносного положения в обществе, которое считает в высшей степени важным, чтобы они не нарушали строгого морального кодекса.

Монахи всегда видели в женщине прежде всего искусительницу; они считали, что она вызывает главным образом отвратительную похоть. Церковь проповедовала — и все еще продолжает это делать, — что женщине лучше всего оставаться девственной, но если для кого-то это невозможно, то позволительно выйти замуж. «Лучше вступить в брак, нежели разжигаться» — такова зверская формулировка св. Павла (1 Кор 7:9). Установив нерасторжимость брака и вытравив всякое знание ars amandi 4 церковь делала все, что было в ее силах, чтобы единственная разрешенная форма половой жизни приносила как можно меньше радости и как можно больше страдания. Запрет на средства контроля над рождаемостью опирается, по сути дела, на тот же мотив: ведь если женщина каждый год рожает по ребенку, пока не умирает от изнурения, то вряд ли можно предположить, что она получает большое удовольствие от супружеской жизни.

Концепция греха, неразрывно связанная с христианской этикой, необычайно вредна, ибо дает выход садизму, который люди начинают считать законным и даже благородным делом. Возьмем, например, вопрос о предупреждении сифилиса. Известно, что если принять заранее меры предосторожности, то опасность заразиться этой болезнью может быть сведена до минимума. Христиане, однако, возражают против распространения этих знаний, ибо считают за благо, чтобы грешники понесли наказание. В наше время в мире много тысяч детей страдают от врожденного сифилиса — они никогда не появились бы на свет, если бы не желание христиан увидеть грешников наказанными. Невозможно понять, как доктрины, требующие такой дьявольской жестокости, могут считаться хоть в какой-то степени благотворными для морали.

Позиция христиан опасна для человечества не только в том, что касается поведения, но и в отношении к знаниям о взаимоотношениях полов. Всякий, кто потрудился изучить вопрос беспристрастно, знает, что искусственно навязываемое невежество крайне опасно для душевного и физического здоровья. У тех, кто получает знания в «неприличных» беседах — как это случается с большинством детей, — оно рождает взгляд, что отношения полов — сфера непристойная и смехотворная. Не думаю, что можно как-либо защитить точку зрения, что знание всегда нежелательно. Я бы не возводил барьеров на пути людей, стремящихся к знанию, а в случае знания о взаимоотношениях полов имеются гораздо более весомые аргументы в его пользу, чем в случае любого другого знания. Человек осведомленный, скорее всего, будет поступать более мудро, чем человек невежественный. Нелепо воспитывать в молодых людях чувство греха по той причине, что они обладают природным любопытством в отношении важных вещей.

Каждый мальчик интересуется поездами. Предположим, мы говорим ему, что его интерес порочен, предположим, мы завязываем ему глаза, когда он находится в поезде или на железнодорожной станции; предположим, мы никогда не позволяем себе произносить слово «поезд» в его присутствии и держим в глубокой тайне все, что касается железных дорог. В результате он вовсе не перестанет интересоваться поездами, наоборот, заинтересуется ими вдвойне, но будет испытывать при этом нездоровое чувство греха, потому что ему внушили, что сам этот интерес недостоин. Каждый мальчик, наделенный живым умом, может быть таким способом превращен в неврастеника.

Именно это и делают с вопросом о взаимоотношениях полов; но поскольку он интереснее, чем вопрос о поездах, результаты оказываются более пагубными. Почти все взрослые, исповедующие христианство, являются в той или иной степени нервнобольными из-за табу, которое налагалось на знание о половых отношениях в то время, когда они были молоды. Искусственно насаждаемое таким образом чувство греха является одной из причин их жестокости, забитости и тупости в дальнейшей жизни. Нет никакого рационального основания для того, чтобы держать ребенка в невежестве, если он хочет знать о чем-либо, будь то вопросы пола или какие- -то другие вопросы. И мы никогда не будем иметь здорового населения, если не признаем этого факта. Но до тех пор, пока церкви контролируют политику в области образования, на перемены надеяться не приходится.

Даже если отставить в сторону эти сравнительно мелкие возражения, ясно, что фундаментальные доктрины христианства требуют изрядной доли этической извращенности, прежде чем могут быть приняты. Нам твердят, что мир сотворен богом — благим и всемогущим. Если еще до сотворения мира он провидел все несчастья и страдания, которые в нем будут заключены, то он и несет за все ответственность. Довод, будто существующие в мире несчастья порождены грехом, является просто уверткой. Во-первых, это вообще неверно; не грех же вызывает разливы рек или извержения вулканов. Но даже если бы это было верно, дело нисколько не менялось бы. Если бы я задумал произвести на свет ребенка, заранее зная, что он будет маньяком, одержимым мыслью об убийстве, то я нес бы ответственность за его преступления.

Раз бог знал наперед те грехи, в которых будет повинен человек, но решил все же его сотворить, он, несомненно, ответствен за все последствия этих грехов. Обычный христианский аргумент сводится к тому, что мирское страдание служит очищению от грехов и потому является благом. Аргумент этот, очевидно, является лишь рационализацией садизма: но в любом случае это очень слабый аргумент. Мне хотелось бы пригласить какого-нибудь христианина в детское отделение больницы, чтобы он своими глазами увидел страдания, которые выносят здесь дети. Стал бы он после этого упорствовать, будто дети эти настолько пали в нравственном отношении, что заслуживают своей участи? Чтобы дойти до подобных заявлений, человек должен убить в себе всякое милосердие и сострадание. Он должен, одним словом, стать таким же жестоким, как и бог, в которого верует. Ни один человек, верящий, что все в этом страждущем мире происходит к лучшему, не может сохранить своих этических идеалов, ибо ему всегда приходится выискивать оправдания для несчастий и страданий.

ВОЗРАЖЕНИЯ ПРОТИВ РЕЛИГИИ

Существуют возражения против религии двоякого рода: интеллектуальные и моральные. Интеллектуальные возражения сводятся к тому, что нет оснований считать какую-либо религию истинной; моральные возражения — к тому, что религиозные предписания, восходящие к временам, когда люди были более жестокими, чем сегодня, стремятся увековечить бесчеловечные законы, которые в противном случае были бы преодолены моральным сознанием.

Рассмотрим вначале интеллектуальные аргументы. В наш практический век есть тенденция считать, что вопрос об истинности религиозного учения не имеет значения — гораздо важнее вопрос о его полезности. На эти вопросы, однако, нельзя отвечать по отдельности. Если мы придерживаемся христианской религии, наши представления о том, что является благом, будут отличаться от представлений, которые у нас были бы, если бы мы не верили. Поэтому для верующих практические выводы христианства представлялись бы благими, а для неверующих — злыми. Кроме того, точка зрения, что следует верить определенным суждениям, независимо от того, есть ли свидетельства в их пользу, порождает враждебное отношение к фактам и заставляет закрывать глаза на все, что противоречит этим предрассудкам.

Научная искренность — очень важное качество; и вряд ли она присуща человеку, воображающему, что есть вещи, верить в которые — его долг. Мы не можем, следовательно, решить, приносит ли религия благо, не изучив вопроса о ее истинности. Для христиан, магометан и иудеев наиболее фундаментальной проблемой является существование бога. В дни, когда религия еще была на подъеме, слово «бог» имело вполне определенный смысл; но в результате нападок рационалистов этот смысл постепенно истончался, пока не дошло до того, что стало очень трудно понять, что же имеют в виду люди, утверждающие, что веруют в бога. Возьмем в качестве примера определение Мэтью Арнолда 5: «Сила, отличающаяся от нас и способствующая праведности». Пожалуй, формулировка могла бы стать еще более расплывчатой, если бы мы спросили себя, знаем ли мы хоть что-нибудь о цели Вселенной, которая отличается от целей живых существ, обитающих на поверхности нашей планеты.

Обычно религиозные люди говорят в ответ на это примерно следующее: «Я и мои друзья — мы люди удивительно умные и добродетельные. Очень трудно представить себе, что так много ума и добродетели могло возникнуть случайно. Следовательно, должен быть кто-то равный нам по уму и доброте, кто и привел машину космоса в действие с той целью, чтобы она произвела нас». Сожалею, но на меня этот аргумент не производит должного впечатления. Вселенная велика, и, если верить Эддингтону 6 нигде больше нет существ, равных нам по разуму. Если прикинуть количество вещества в мире и сравнить его с тем количеством, которое составляют тела разумных существ, мы увидим, что последнее образует бесконечно малую величину.

Поэтому, даже если совершенно невероятно, чтобы из случайного подбора атомов родился способный к мышлению организм, мы все же можем допустить, что во Вселенной существуют только те организмы, которые мы обнаруживаем. Кроме того, не настолько уж мы замечательные существа, чтобы считать себя вершиной этого великого процесса. Конечно, я сознаю, что многие божества — гораздо более замечательные существа, чем я, и что я не способен полностью оценить достоинства, которые многократно превосходят мои собственные. Тем не менее, даже с этими оговорками, мне остается только заключить, что всемогущество, действующее в масштабах вечности, могло бы произвести что-нибудь и получше.

Мы должны поэтому считать этот результат просто неудачной попыткой. Земля не всегда будет обитаемой, человечество вымрет, и если космический процесс захочет потом себя оправдать, он должен будет сделать это не на нашей планете, а где-нибудь еще. Но и этому рано или поздно придет конец. Второй закон термодинамики не оставляет сомнений, что Вселенная погибает. Конечно, мы можем сказать, что к тому времени бог снова заведет свою машину; но такое утверждение может основываться только на вере, а не на научных данных. По данным науки, Вселенная медленно приползла к весьма жалким результатам на этой земле и собирается плестись дальше к еще более жалким ступеням развития, вплоть до состояния всеобщей смерти. Если это и следует считать свидетельством цели, то могу сказать, что она мне не очень нравится. Поэтому я не вижу оснований верить в какого-либо бога, пусть даже он будет расплывчатым и разжиженным. Я оставляю в стороне старые метафизические аргументы, поскольку апологеты религии отбросили их сами.

ДУША И БЕССМЕРТИЕ

Внимание, которое христианство уделяет индивидуальной душе, оказало глубокое влияние на этику христианских общин. Эта доктрина очень близка стоическому учению и, подобно стоицизму 7 возникла в обществе, лишенном политических надежд. Естественным побуждением человека энергичного и порядочного является желание делать добро, но, если у него нет политической власти и какой-либо возможности влиять на события, ему остается лишь свернуть с этого естественного пути и заняться самим собой. Именно это и случилось с ранними христианами; они пришли к представлению о личной святости как о чем-то совершенно независимом от деяния блага, поскольку святость — это то, чего могут достигнуть люди, беспомощные в практическом отношении. Тем самым социальная добродетель была исключена из христианской этики. Благочестивые христиане до сих пор считают, что прелюбодей более порочен, чем политический деятель, берущий взятки, хотя последний, вероятно, в тысячу раз вреднее для общества.

Средневековая концепция добродетели, как можно заключить из картин того времени, была хлипкой, невыразительной и сентиментальной. Самым добродетельным считался ушедший от мира человек; единственными из практиков, считавшихся святыми, были те, кто, подобно св. Людовику 8 не жалели жизни и имущества подвластных им людей в борьбе против турок. Церковь никогда не причислила бы к лику святых человека, который провел реформу в финансовой системе, уголовном или судебном праве. Такие очевидные вклады в благосостояние людей не считались важными. Думаю, что в церковном календаре нет ни одного персонажа, который стал святым, трудясь на благо общества.

Вместе с этим разделением между социальной и моральной личностью существовало разделение между душой и телом, которое сохранилось в христианской метафизике и в философских системах, идущих от Декарта 9 Можно сказать, что в широком смысле тело — это социальная и публичная часть человека, в то время как душа — часть личная. Подчеркивая значение души, христианская этика приобрела индивидуалистический характер. Думаю, что в результате многовекового господства христианства люди стали более эгоистичными, более сосредоточенными на себе, чем они являются по своей природе; ибо побуждения, которые естественным образом выводят человека за пределы его «я», — это побуждения пола, родительский инстинкт и патриотизм, или инстинкт племени. В отношении полового инстинкта церковь сделала все возможное, чтобы его осудить и принизить; родительскую привязанность осудил сам Христос, а за ним толпа его последователей; а патриотизм был неуместен среди угнетенных народов, населявших Римскую империю. Нападки на семью в евангелиях до сих пор не привлекли того внимания, которого заслуживают.

Церковь почитает мать Христа, но сам Христос был не слишком почтительным сыном: «Что мне и тебе, жено?» — так он обычно разговаривал с матерью (Ин 2:4). Он говорил также, что пришел разделить человека с отцом его, и дочь с матерью ее, и невестку со свекровью ее и что тот, кто любит отца или мать более, чем его, недостоин его (Мф 10:35-37). Все это означает ломку биологической семейной связи ради веры — учение, которое в значительной мере и вызвало нетерпимость, охватившую мир с распространением христианства.

Этот индивидуализм достигает кульминации в учении о бессмертии индивидуальной души, которая обречена испытывать или бесконечное блаженство, или бесконечное страдание — в зависимости от обстоятельств. Если, например, вы умерли сразу после того, как священник окропил вас водой, произнося при этом какие-то слова, то вы унаследуете вечное блаженство; в то же время, если после долгой и добродетельной жизни в вас ударила молния, как раз в тот момент, когда вы ругались нехорошими словами, оборвав шнурок на ботинке, то вы унаследуете вечные мучения. Нельзя сказать, что современный протестант в это верит; в это не верит даже современный католик, но такова ортодоксальная доктрина. Испанцы в Мексике и Перу имели обыкновение крестить индейских младенцев и сразу же после этого вышибать из них мозги; тогда они могли быть уверены, что эти младенцы попадут в рай. Ни один ортодоксальный христианин не найдет логического основания для того, чтобы осудить их действия, хотя ныне все осуждают их. Христианская версия учения о личном бессмертии имела великое множество самых катастрофических последствий для морали, а метафизическое разделение души и тела привело к пагубным следствиям в сфере философии.

ИСТОЧНИКИ НЕТЕРПИМОСТИ

Одной из самых удивительных черт христианства является нетерпимость, распространившаяся в мире с его появлением. Обязана она, мне думается, иудейской вере в праведность и исключительность бога. Зачем евреям понадобились эти странные верования, я не знаю. Видимо, они возникли в период плена, как реакция на попытку ассимилировать евреев в состав чужеземного населения. Но как бы то ни было, евреи, и в особенности пророки, первыми стали подчеркивать значение личной праведности и высказали идею, что проявлять терпимость к какой-либо религии, кроме своей собственной, — это порок. Обе эти идеи оказали чрезвычайно пагубное влияние на историю Востока.

Представители церкви любят рассказывать о преследованиях, которым христиане подвергались со стороны римского государства до правления Константина. Между тем преследования эти были слабыми, эпизодическими и носили чисто политический характер. Во все времена, начиная с правления Константина и вплоть до конца XVII столетия, христиане подвергались куда более лютым преследованиям со стороны других христиан, чем некогда со стороны римских императоров. А до распространения христианства такие гонения были совершенно неведомы древнему миру (если не считать евреев). У Геродота 10, например, мы находим описание обычаев чужих стран, проникнутое духом добросердечия и терпимости. Иногда, правда, Геродота может ужаснуть какой-нибудь особенно варварский обычай, но в общем и целом он не питает злобы к чужеземным богам и нравам. Он не старается доказать, что люди, называющие Зевса каким-нибудь другим именем, обречены на вечную погибель и должны быть преданы смерти, чтобы наказание могло начаться как можно скорее.

Такую позицию впервые заняли только христиане. Правда, современный христианин менее злобен, но этим он обязан не христианству, а поколениям вольнодумцев, которые с эпохи Ренессанса и вплоть до наших дней заставляли христиан устыдиться многих своих традиционных верований. Иной раз просто смешно слушать, как христианин распинается перед вами, доказывая, какой мягкой и рационалистической религией является в действительности христианство, закрывая глаза на тот факт, что всей своей мягкостью и рационализмом оно обязано людям, которые в свое время подвергались преследованиям. Ныне никто не верит, будто мир был сотворен в 4004 году до н. э.; но еще совсем недавно всякое сомнение на этот счет считалось ужасным преступлением.

Мой прапрадед, определив толщину слоя лавы на склонах вулкана Этны, пришел к заключению, что мир, должно быть, древнее, чем полагают ортодоксы, и высказал это мнение публично. За это оскорбление он был лишен графского титула и предан остракизму в свете. Если бы он стоял пониже на социальной лестнице, то, несомненно, подвергся бы более суровому наказанию. Правоверным христианам нисколько не делает чести, что они не верят сегодня во всю ту несусветную чушь, в которую верили 150 лет назад. Постепенное смягчение христианской доктрины произошло вопреки самому отчаянному сопротивлению и исключительно благодаря нападкам вольнодумцев.

УЧЕНИЕ О СВОБОДЕ ВОЛИ

Отношение христиан к природным законам было неопределенным и до странности неустойчивым. С одной стороны, существовало учение о свободе воли, в которое верило подавляющее большинство христиан. Согласно этому учению, поступки человеческих существ никоим образом неподвластны природному закону. С другой стороны, особенно в восемнадцатом — девятнадцатом веках, существовала вера в бога-законодателя и в природный закон как в одно из главных свидетельств существования творца. В более позднее время возражения против власти законов, учитывающие интересы свободы воли, стали играть большую роль, чем вера в природный закон как в свидетельство существования законодателя.

Материалисты, устанавливая законы физики, доказывали или, лучше сказать, пытались доказать, что движение человеческого тела обусловлено механическими причинами и что, следовательно, все, что мы говорим, и всякие вызываемые нами изменения не могут быть отнесены к действию свободной воли. Если это правда, то любые испытываемые нами чувства имеют весьма малую ценность. Если необходимые для поступков телесные движения вызываются одними только физическими причинами, например когда человек пишет поэму или же совершает убийство, — сущим абсурдом было бы воздвигать в его честь памятник или отправлять его на виселицу. Некоторые метафизические системы оставляли для свободы воли область чистого мышления, но, поскольку проводником мышления может быть только телесное движение, приходится считать, что о царстве свободы никогда нельзя ничего рассказать, поэтому оно не может быть социально значимым.

Кроме того, на христиан очень значительно повлияло эволюционное учение. Они столкнулись с необходимостью приписывать человеку притязания, совершенно отличные от притязаний других видов. Чтобы защитить свободу воли человека, христиане возражали против всякой попытки объяснить поведение живой материи с помощью физических и химических законов. Позиция Декарта, заключавшаяся в том, что низшие животные являются автоматами, более не встречает одобрения у либеральных теологов. Учение о непрерывности заставляет их сделать еще один шаг и считать, что даже мертвая материя не управляется жесткими и неизменными законами. Они, видимо, не замечают, что, отменив царство закона, придется отменить также и возможность чудес, поскольку чудеса — это действия бога, которые нарушают законы, управляющие ходом повседневных явлений. Можно, однако, вообразить себе современного либерального теолога, который утверждает с умным видом, что все сотворенное есть чудо, так что нет необходимости трактовать отдельные происшествия как свидетельства божественного вмешательства.

Под влиянием этих нападок на природный закон некоторые христианские апологеты ухватились за последние научные данные о строении атома. Эти данные, видимо, показывают, что физические законы, в которые мы до сих пор верили, применимы лишь к большим скоплениям атомов, в то время как отдельный электрон ведет себя, как ему вздумается. На мой взгляд, это только промежуточная фаза исследований, и физики со временем обнаружат законы, управляющие микроявлениями, хотя эти законы могут весьма значительно отличаться от законов традиционной физики. Как бы то ни было, стоит заметить, что современные учения о микроявлениях не имеют существенного практического значения. Наблюдаемые движения, да и все движения, которые что-либо значат для человека, включают большое число атомов и подчиняются старым законам. Чтобы написать поэму или совершить убийство (если вернуться к нашей предыдущей иллюстрации), необходимо привести в движение значительную массу чернил или свинца. Входящие в состав чернил электроны могут танцевать в своей маленькой зале, но сама зала движется в согласии со старыми законами физики, а поэта и издателя только это и заботит. Современные физические учения, таким образом, не влияют сколько-нибудь значительно на человеческие проблемы, занимающие теологов.

Вопрос о свободе воли, следовательно, остается прежним. Что бы ни придумывали метафизики, совершенно очевидно, что в практической жизни в свободу воли не верит никто. Все и всегда знали, что можно выработать характер, все и всегда знали также, что алкоголь и опиум определенным образом влияют на поведение. Защитники свободной воли считают, что усилием воли можно избежать опьянения, но они не считают, что в пьяном виде можно сказать «британская конституция» так же ясно, как в трезвом. Каждый, кто хоть немного занимается воспитанием детей, знает, что правильная диета важнее для их добродетели, чем самая красноречивая проповедь. Единственным реальным результатом учения о свободе воли является то, что оно препятствует людям вывести из всех этих фактов правильное заключение. Когда поступки какого-нибудь человека нас раздражают, мы считаем его порочным и отказываемся признавать, что раздражающее нас поведение является результатом причин, восходящих к тому времени, когда этого человека еще не было на свете, и, следовательно, к событиям, за которые он не может нести никакой мыслимой ответственности.

Люди обращаются с другими людьми так глупо, как не обращаются с автомобилями. Когда автомобиль не трогается с места, смешно было бы приписывать это его греховности и говорить: «Ты погрязшая в пороках машина, и я не дам тебе бензина до тех пор, пока ты не поедешь». Надо найти поломку и исправить ее. Но такой подход применим и в обращении с малыми детьми. Многие дети имеют дурные привычки, которые закрепляются наказанием, хотя, вероятно, прошли бы сами собой, не обращай мы на них внимания. Тем не менее няньки, за немногими исключениями, считают правильным наказывать, хотя и рискуют вызвать этим сумасшествие. Когда ребенок сходит с ума, это объясняют воздействием дурной привычки, а не следствием наказания. (Я имею в виду недавнее разбирательство по вопросу о непристойности в нью-йоркском суде.)

Реформы в сфере образования опирались в немалой степени на наблюдение за безумными и слабоумными детьми, которым перестали внушать, что они морально ответственны за свои ошибки, и в обращении с которыми применялось больше научных знаний, чем в воспитании нормальных детей. До недавнего времени считалось, что, если мальчик не может выучить уроков, его излечит от этого палка или ремень. Этот взгляд почти исчез из сферы воспитания, но продолжает свое существование в уголовном праве. Очевидно, что человек, намеревающийся совершить преступление, должен быть остановлен, но остановить нужно также и человека, заболевшего бешенством и имеющего намерение кусать людей, хотя никто не считает его морально ответственным за свои действия. Человек, заболевший чумой, должен быть изолирован, пока его не вылечат, хотя никто не считает его порочным. То же самое следует сделать с человеком, который испытывает болезненное желание подделывать подписи; но ни в том, ни в другом случае человеческой вины тут нет. И чтобы понять это, нужен всего лишь здравый смысл, хотя против него в данном случае выступают христианская этика и метафизика.

Чтобы судить о моральном влиянии какого-нибудь учреждения на общество, мы должны учесть, какого рода импульс воплощен в этом учреждении и в какой степени оно способствует высвобождению этого импульса. Иногда побуждение вполне очевидно, иногда скрыто. Альпинистский клуб, например, является воплощением импульса к приключениям, а какое-нибудь научное общество воплощает импульс к знанию. Семья как социальный институт является воплощением ревности и родительского чувства; футбольный клуб и политическая партия воплощают импульс, направленный на соревнование и игру. Церковь и государство более сложны по психологической мотивации.

Разумеется, первой задачей государства является защита от преступников и внешних врагов. Это аналогично стремлению детей держаться вместе, когда они напуганы, и искать взрослого человека, который дал бы им чувство безопасности. У церкви более сложное происхождение. Наиболее важным источником религии, очевидно, является страх; все, что вызывает беспокойство, способно повернуть мысли людей к богу. Война, эпидемия и кораблекрушение — все это может сделать людей религиозными. Религия, однако, взывает не только к ужасу, но и к нашему человеческому самоуважению. Если христианство истинно, то люди не такие уж жалкие червяки, какими кажутся; они интересуют творца Вселенной, который берет на себя обязательство радоваться их хорошему поведению и выражать неудовольствие по поводу поведения плохого.

Это весьма приятно. Мы и не подумали бы изучать муравейник, чтобы выяснить, какие из муравьев выполняют свой муравьиный долг, и нам, конечно, в голову бы не пришло вытаскивать из общей кучи отдельных заблуждавшихся муравьев и бросать их в костер. Если бог этим занимается в отношении нас, то тем самым делает нам приятное и подчеркивает нашу значимость; еще приятнее, когда он награждает самых добродетельных из нас вечным счастьем на небесах. Кроме того, есть одна новейшая идея — что космическая эволюция в результате даст нам то, что называется благом, то есть то, что послужит для нашего удовольствия. Весьма лестно, что Вселенная управляется существом, которое разделяет наши вкусы и наши предрассудки.

ИДЕЯ ПРАВЕДНОСТИ

Третий психологический импульс, воплощенный в религии, привел к концепции праведности. Известно, что многие свободомыслящие люди относятся к этой концепции с величайшим уважением и считают нужным ее сохранить, несмотря на то, что догматическая религия приходит в упадок. Я не могу с ними согласиться. Психологический анализ идеи праведности показывает, что она основана на нежелательных страстях, и ее не следовало бы скреплять печатью разума. Праведность и неправедность должны быть рассмотрены вместе; нельзя говорить об одном, не говоря о другом. Итак, что же такое «неправедность» на практике? На практике это поведение, которое не нравится племени. Называя его неправедным и выстраивая сложную этическую систему, племя оправдывает себя через наказание тех, кого оно невзлюбило. В то же время, поскольку племя праведно по определению, оно начинает уважать себя еще больше в тот самый момент, когда высвобождает импульс к жестокости. Такова психология линчевания и других способов наказания преступников. Сущность концепции праведности, следовательно, в том, чтобы дать выход садизму, рядя жестокость в одежды справедливости.

На это можно возразить, что такое объяснение праведности не подходит к еврейским пророкам, которые, как мы видели, стоят у истоков самой этой идеи. Это верно: праведность в устах еврейских пророков означала то, что одобрялось ими и богом Яхве. Тот же подход можно найти и у апостолов, которые пишут в послании: «Ибо угодно святому духу и нам» (Деян 15:28). Однако на индивидуальном знакомстве со вкусами и мнениями бога нельзя построить учреждения. В этом всегда была трудность протестантизма: каждый новый пророк мог настаивать, что его откровение более подлинно, чем откровения его предшественников; и в протестантской концепции не было ничего, что могло бы доказать несправедливость таких утверждений. Вследствие этого протестантизм раскололся на бесчисленные, ослаблявшие его секты. Есть основания предполагать, что лет через сто единственным истинным оплотом христианской веры останется католицизм. В католической церкви еще встречается вдохновение, приходившее к пророкам, однако всегда есть опасность, что феномены, которые кажутся божественными, на самом деле вдохновлены дьяволом, — дело церкви выяснять это, подобно тому как делом эксперта является отличать подлинного Леонардо от поддельного. Как только на кого-либо нисходит откровение, оно становится делом учреждения, ибо праведность — это то, что одобряется церковью, а неправедность — то, что не одобряется. Таким образом, важной частью концепции праведности является оправдание племенной антипатии.

Итак, три человеческих импульса, воплощенные в религии, — это, по-видимому, страх, тщеславие и ненависть. Можно сказать, что цель религии в том и заключается, чтобы, направляя эти страсти по определенным каналам, придать им вид благопристойности. Именно потому, что эти страсти в общем и целом служат источником человеческих страданий, религия является силой зла, ибо позволяет людям безудержно предаваться своим страстям. Не благословляй их религия, они могли бы, по крайней мере в известной степени, их обуздывать.

В этом пункте я могу представить себе возражение, которое едва ли будет выдвинуто большинством правоверных христиан, но тем не менее заслуживает внимательного разбора. Ненависть и страх, могут нам заявить, являются неотъемлемыми чертами человека, люди всегда испытывали эти чувства и всегда будут их испытывать. Самое большее, что вы можете сделать с ненавистью и страхом, это направить их по определенным каналам, где они оказываются менее пагубными. Христианский богослов мог бы заявить, что отношение церкви к ненависти и страху подобно ее отношению к осуждаемому ею половому импульсу. Она пытается обезвредить похоть, ограничив ее рамками брака. Словом, нам могут возразить, что раз уж ненависть — неизбежный удел человека, то лучше направить ее против тех, кто действительно опасен, и именно это и делает церковь с помощью своей концепции праведности.

На это утверждение можно ответить двояко, причем один ответ является сравнительно поверхностным, а другой обнажает самую суть дела. Поверхностный ответ сводится к тому, что церковная концепция праведности — не лучшая из возможных; кардинальный же ответ состоит в том, что при наших нынешних познаниях в области психологии и при нынешней промышленной технике ненависть и страх вообще могут быть устранены из человеческой жизни.

Начнем с первого пункта. Церковная концепция праведности нежелательна в социальном плане по многим причинам — прежде всего и главным образом из-за того, что она принижает разум и науку. Изъян этот унаследован от евангелий. Христос велит, чтобы мы стали малыми детьми, но малые дети не могут постигнуть дифференциального исчисления, принципов денежного обращения или современных методов борьбы с болезнями. Церковь учит, что приобретение таких познаний не входит в наши обязанности.

Правда, церковь больше не утверждает, что знание само по себе греховно, как она утверждала в пору своего расцвета; но приобретение знаний все-таки считается делом опасным, ибо может привести к гордыне разума, а значит, и к оспариванию христианской догмы. Возьмите, например, двух людей, из которых один искоренил желтую лихорадку на территории огромного тропического района, но по ходу своих трудов имел случайные связи с женщинами; другой же был ленив и бездеятелен, производил на свет по ребенку в год, пока его жена не умерла от изнурения, и проявлял так мало заботы о своих детях, что половина из них умерла. Но зато он никогда не имел недозволенных половых связей. Всякий добрый христианин обязан считать, что второй из этих людей добродетельнее первого. Нет нужды говорить, что такая позиция является религиозным предрассудком и совершенно противна разуму. И все же в чем-то этот абсурд неизбежен — пока несовершение греха считается важнее конкретной заслуги в каком-нибудь деле, и пока не признается значение знания как помощника в жизни, нацеленной на человеческое благо.

Второе — и более фундаментальное — возражение против использования страха и ненависти в церковной практике состоит в том, что в наше время эти эмоции могут быть почти полностью устранены из человеческой природы при помощи реформ в области воспитания, экономики и политики. Основу должны составить реформы в сфере образования, ибо люди, испытывающие ненависть и страх, будут восхищаться этими эмоциями и захотят их увековечить, хотя это стремление будет, вероятно, бессознательным, как это имеет место у рядового христианина. Создать систему воспитания, нацеленную на устранение страха, вовсе нетрудно. Необходимо только относиться к ребенку с добротой, поставить его в такое окружение, в котором детская инициатива может проявиться и не принести при этом плачевных результатов, и оградить его от соприкосновения со взрослыми, одержимыми неразумными страхами, — перед темнотой, мышами или социальной революцией.

Ребенок не должен также подвергаться тяжким наказаниям, ему не надо угрожать и делать чрезмерно суровые выговоры. Несколько сложнее избавить детей от ненависти. Для этого нужно самым тщательным образом избегать ситуаций, возбуждающих ревность или зависть, и всячески поддерживать справедливость в отношениях между детьми. Ребенок должен ощущать теплое чувство любви со стороны по крайней мере некоторых из тех взрослых, с которыми ему приходится иметь дело; не следует мешать проявлению его естественной активности и любознательности, за исключением тех случаев, когда возникает опасность для его жизни или здоровья. В особенности же не должно быть табу на знание о взаимоотношении полов или на обсуждение проблем, которые люди, опутанные условностями, считают неприличными. Если с самого начала соблюдать эти простые правила, ребенок вырастет бесстрашным и дружелюбным человеком.

Однако, когда воспитанное таким образом юное существо вступит во взрослую жизнь, он (или она) окунется в мир, полный несправедливости, жестокости и ненужных страданий. Несправедливость, жестокость и страдания, существующие в современном мире, являются наследием прошлого и имеют своим конечным источником экономические причины, поскольку в былые времена беспощадная борьба за средства к существованию была неизбежна.

В нашу эпоху она не является неизбежной. При нынешней промышленной технике мы можем, если только захотим, обеспечить каждому человеку сносное существование. Мир располагает знанием, способным обеспечить счастье всем людям; главной преградой на пути использования этого знания является религиозное учение. Религия не позволяет нашим детям получить рациональное образование; религия препятствует нам в устранении коренных причин войны; религия запрещает нам проповедовать этику научного сотрудничества вместо старых и жестоких доктрин греха и наказания. Возможно, что человечество уже стоит на пороге золотого века; но если это так, то сначала необходимо будет убить дракона, охраняющего вход, и дракон этот — религия.

Примечания:

1. Лукреций, Тит Лукреций Кар (1 в. до н.э.) — римский философ и поэт, автор поэмы «О природе вещей». Его идеи близки материалистическим взглядам Эпикура.

2. Фрейд, Зигмунд (1856-1939) — австрийский психолог, основоположник психоанализа. Автор работ «Толкование сновидений» (1900), «Психопатология обыденной жизни» (1904), «Тотем и табу» (1913), «Психология масс и анализ человеческого Я» (1921), «Моисей и монотеизм» (1939) и др. Идеи Фрейда оказали большое влияние на развитие психологии и философии XX в.

3. Григорий Великий (ок. 540-604) — папа римский с 590 по 604 г., один из первых заявил о претензиях церкви на мировое господство. Уничтожил многие античные литературные памятники. При этом сам являлся автором многочисленных произведений по теологии.

4. Ars amandi (лат.) — любовное искусство.

5. Арнолд, Мэтью (1822-1888) — английский поэт и критик. Автор стихотворных сборников «Эмпедокл на Этне» (1852), «Новые поэмы» (1867) и др. Один из виднейших литературных критиков своего времени, автор работ «Критические опыты» (1865, второе изд. 1888), «Культура и анархия» (1869). Считал, что на смену пришедшей в упадок религии должна прийти поэзия. Человечество, говорил он, «обратится к поэзии, чтобы осмыслить для нас жизнь, утешить нас и поддержать». Арнолд написал также несколько книг на темы религии, в которых подверг критике существующие моральные установления.

6. Эддингтон, Артур Стэнли (1882-1944) — английский астроном, известен исследованиями в области движения и строения звезд. Автор работ «Звездные движения и структура вселенной» (1914), «Внутреннее строение звезд» (1926), «Пространство, время и тяготение» (1920), «Теория относительности и квантовая теория» (1943) и др. Написал несколько философских произведений: «Природа физического мира» (1928), «Философия физики» (1939). Эддингтон — замечательный популяризатор науки, много сделавший для пропаганды научного мировоззрения.

7. Стоицизм — школа в древнегреческой философии, основана Зеноном из Китиона в 3-2 в. до и. э. Главные представители: Клеанф, Хрисипп, Посидоний, Сенека, Эпиктет, Марк Аврелий. При невозможности жить и действовать разумно и морально стоики считали оправданным самоубийство. Этический идеал стоиков — мудрец, достигший апатии (бесстрастия) и автаркии (независимости). Стоицизм оказал значительное влияние на последующие системы философской мысли, в частности на неоплатонизм и христианскую философию.

8. Св. Людовик (Людовик IX) — король Франции, канонизирован папой Бонифацием VIII в 1297 г.

9. Декарт, Рене (1596-1650) — французский философ, выдвинул идею о новом методе познания, получившем впоследствии название «картезианского», а также изобрел метод координат в математике. Главные сочинения: «Рассуждение о методе…» (1637), «Начала философии» (1644). Родоначальник рационализма в философии, развивал концепцию «врожденных» идей как основы познания. «Геометрия» (1637) Декарта оказала огромное влияние на развитие математики, в особенности аналитической геометрии. Декарт полагал, что в действительности существуют две субстанции: мыслящая и протяженная (= дух и материя). Это учение получило название дуализма.

10. Геродот (между 490 и 480 — ок. 425 до н.э.) — греческий историк. Главный труд Геродота — «История» — посвящен греко-персидским войнам и является первым историческим произведением в собственном смысле слова.

Нет комментариев

Психология одиночества

Психология одиночестваВ наше время одиночество не просто слово, это повсеместное состояние. Мы живем, глядя себе под ноги. Мы работаем, глядя в монитор. Мы встречаемся с друзьями, но вместо того, чтобы делить переживаниями, мы делимся фотографиями, приложениями и смешными роликами. А потом, приходя в пустую квартиру, включаем телевизор, потому что в тишине чувство тотального одиночества невыносимо. И только засыпая, в полной тишине, мы тонем в чувстве одиночества и задаемся вопросом: Что со мной не так?

Многие из нас в глубине души считают, что нам не хватает чего-то, чтобы нас любили и берегли, что мы упустили что-то важное, что есть какой-то секрет, который все, кроме нас, знают, и потому живут намного счастливее. Мы виним себя. Но так ли мы виноваты?

Давайте вернемся в прошлое, во времена племен и больших семей. Их жизнь не была проста, но не была так одинока. Одиночество пришло в нашу жизнь с понятием собственности. Пока все было общее, тарелки, ложки, животные и земля, не было смысла разделять вещи на свои и чужие. Все было наше. Больная лошадь соседа была и моей больной лошадью, моя забота и переживание о ней были искренними, а предложение помощи настоящим. Дети, бегающие по двору, были моими, в независимости от кровного родства. Мне было важно кормить их и обучать. Но понятие собственности координально изменило мой взгляд на мир и мироощущение.

Забор отгородил меня от соседа, и теперь мне стало крайне важно, где мои дети, а где чужие, потому что моя земля перейдет к ним. И моя лошадь. И мне приятно, что дети соседа не умеют столько, сколько мои, потому что это значит, что моя собственность в безопасности. Мы стали строить дома с толстыми стенами, запирать железные двери. Мы стали ездить на машинах, запертых изнутри. До недавнего времени у нас оставалось лишь детство, мы ходили гулять во двор и там учились общаться, дружить и взаимодействовать, мы учились верить, доверять и поддерживать. Но тут технологический бум предложил нам онлайн друзей. И мы за несколько лет променяли наши реальные отношения на лайки и комменты. Никто не заставлял нас. Мы выбрали это сами. Потому что общаться страшно. Потому что люди могут причинить боль. Предать. Бросить. Разбить сердце. А в виртуальной реальности можно выложить пару счастливых фоток, и все будут думать, что ваша жизнь просто прекрасна.

И вроде все хорошо, но мы все меньше смотрим друг друга у глаза. Мы работаем, глядя в монитор. Мы встречаемся с друзьями, но вместо того, чтобы делить переживаниями, мы делимся фотографиями, приложениями и смешными роликами. А потом, приходя в пустую квартиру, включаем телевизор, потому что в тишине чувство тотального одиночества невыносимо. И только засыпая, в полной тишине, мы тонем в чувстве одиночества и задаемся вопросом: Что со мной не так?

Мы все одиноки. Мы все жаждем общения, поддержки, понимания, сопереживания, тепла и искренности. И мы все притворяемся, что у нас все это есть. И только в наших руках, станем ли мы более одинокими, или же шагнем друг к другу навстречу. Наше одиночество, сомнения и страхи не делают нас недостойными любви. Наша демонстрация своего успеха и счастья делает нас теми, кто может любить, поддерживать и оберегать, потому что делиться может только тот, у кого чего-то с избытком. И если нам нечего отдавать, если в глубине души мы не соответствуем нашим образам, можно попросить о помощи.

И тут мы натыкаемся на другую проблему – просить страшно. Просить стыдно. Просить – значит быть слабым. И просить – уж точно не значит получить. Мы все помним, как заканчивались наши просьбы о новой машинке, кукле, одежде или шоколадке. Нам быстро объяснили, что у всего своя цена. Что просить – не значит получить. Что получить — значит пожертвовать чем-то, сделать что-то для другого, что-то потерять.

И тут мы оказываемся в тупике: одиночество порождает страдание, но идея жертвовать еще чем-то еще, чтобы получить помочь есть страдание, т.е. страдание неизбежно. А значит нет смысла пытаться. Но это всего лишь ловушка. Нам кажется, что никто не поможет, никому нет дела. Но мы забываем очень важную вещь – люди любят помогать. Помогать приятно. Помощь кому-то помогает тебе чувствовать себя нужным и важным. Ирония в том, что каждый день мы проходим мимо людей, чья жизнь им кажется пустой и грустной, потому что никто не обращается к ним за помощью. Мы проходим их, думая о том, что на этом свете не осталось ни одного человека, кто хотел бы помочь, и постим еще одну грустную цитату или нелепую шутку. Пора выбираться из этого тупика.

Нет комментариев

Владимир Серкин: «Шаман – собирательный образ»

Владимир Серкин: «Шаман – собирательный образ»Сборник вопросов к Владимиру Серкину, автору серии книг про Шамана

В: говорят, что у Вас иногда есть такая манера — встать ночью от костра и сказать: «Ну, ладно, я пошел по своим делам». А потом студенты добираются до города сами как могут.

О: это бывшая практика одного из прототипов. Он ее применял в 70-х, когда обучал студентов-геологов. Это может быть одной из методик «освобождения» учеников от себя, практика привития самостоятельности (при этом он говорил, что следил за студентами, чтобы чего не случилось).
Я только рассказывал студентам в походах о такой практике и «грозился» ее применить, но не пришлось, и бездумно ее применять не рекомендую. Как-то само получается, что со временем студенты сами собираются и идут в наши маршруты без меня, и этого в отношении походов мне достаточно.

В: о долголетии.

О: этот вопрос задают наиболее часто. Мое мнение сегодня таково: само по себе запредельное долголетие не имеет смысла. Более того, у некоторых прототипов Шамана стремление к просто биологическому долголетию вызвало бы, наверное, некоторое презрение или жалость. Я думаю, что долголетие имеет смысл в контексте эволюции (не только личной) и развития.

В: почему Вы сменили место жизни и работы? Поехали за «длинным рублем»?

О: 1. Шаман советовал «не застаиваться», а я на предыдущем месте работы «просидел» 23 года.
2. Сегодня в Магадане для меня нет работы, соответствующей моей квалификации. На этом сайте в одном из интервью есть информация о конфликте с ректором, который реально больше является главарем областной «Единой России», чем ректором. Сегодня в Магадане нет ни одного профессора, доктора наук по психологии, нет возможности открыть магистратуру, не защищаются аспиранты и пр. Но руководство университета это не волнует. За последние 6 лет прием на бюджетные места уменьшился постепенно более, чем в два раза… Вполне понятен курс на ликвидацию университета.
3. Я – действующий преподаватель, работаю «горлом» и головой на полную ставку по нагрузке и даже перерабатываю (пока бесплатно) примерно на 1/6 больше ставки по итогам последнего учебного года. Учитывая, что в Москве я снимаю квартиру, рубль вовсе не длиннее магаданского.

В: в чем практика соответствия идее самого себя?

О: хочется написать алгоритм, но я алгоритмы таких практик не даю. Тем более для публичного прочтения. Уже писал, что не хочу своими рекомендациями увеличивать количество клиентов психологов и психиатров. То есть напишу Вам, а прочтет кто-то и начнет бездумно практиковать… Лично Вам могу посоветовать, например, по методике Штайнера задавать вопросы перед сном. Только начните не с практики, а с понятия о Вашей идее самого себя.

В: Шаман – проект Вашей жизни?

О: Нет. Я не настолько безумен (или смел), чтобы публично излагать свой проект. Но это часть такого проекта. Иначе у меня не нашлось бы энергии, которую иногда чувствуют читатели, так писать о Шамане.

В: скажите, наконец, определенно – есть Шаман или нет?

О: 1. Уже несколько лет определенно и четко пишу, что Шаман – собирательный образ, литературный герой.
2. Мне надоело отвечать на этот вопрос, но стараюсь отнестись без раздражения. Во многих письмах вижу надежду людей на встречу с Шаманом и их предположения о том, что я скрываю Шамана по его просьбе, по своей вредности, что он прячется от ФСБ, что он не хочет вмешиваться в жизнь людей и пр. Подобные предположения приводят к пониманию, что этот вопрос неизбежен, и я буду терпеливо на него отвечать все также.
3. Для учеников-засранцев (извиняюсь, но, похоже, здесь это необходимо), ищущих возможности переложить ответственность за свои решения и свое развитие на какого-нибудь гуру: нет и не будет никакого Шамана, которому Вы бы поклонялись и слушались, снимая с себя ответственность. Никто не может подарить Вам умений или уровня развития. Умения или уровень развития Вы можете приобрести только упорными тренировками и упорным саморазвитием.
Если бы Шаман существовал реально, он бы Серкину сказал «спасибо» за эти слова. Потому что Шаману не нужны поклонники, последователи и верующие в него. Ему нужны соратники, а соратником такого человека можно стать, только, пройдя свой путь развития и труд саморазвития не менее сложный, чем прошел он. Без такого пути Вы никогда не сможете стать в ряд с такими, никогда не встретитесь с людьми и другими, подобными Шаману, так как не попадете в соответствующие туннели.
Пока Вы ищете, на кого бы переложить ответственность за свои решения и свое развитие, никто не откроет Вам никаких знаний, потому что Вы пока безответственны.
4. Не написал о главной категории возможных учеников, потому что казалось, что это «само собой разумеется». Но нужно написать – конечно, учениками могут быть люди почти любого статуса, характеризуемые бескорыстной тягой к познанию или, что тоже самое, к постижению реальности.
Постижение реальности имеет общие черты с научным познанием, но не равно ему. Постижение включает в себя не только словесные описания, но и обязательно действия (практики) самого познающего по использованию полученных знаний.
Здесь есть «ловушка» — постигший какую-нибудь «полезную практику» имеет преимущества, начинает их использовать сразу в социуме и почти автоматически перестает развиваться (ему и так хорошо). Настоящего ученика полезные практики не останавливают в развитии.
Настоящему ученику (скорее – учащемуся – выделяю аспект собственной активности) учитель не обязателен. Если повезет встретить, это ускорит прохождение отдельных отрезков пути познания, но не более. Свой путь познания проходят сами.
5. В одном из интервью, в начале 2000-х я говорил, что Шаман существует. Имел в виду одного из прототипов, но прозвучало как о целостном Шамане. Сожалею об этом и проношу публично извинения. Карма важнее возможной социальной обструкции или агрессии.
6. Рецепты в приложениях верны, я их либо пробовал сам, либо видел или узнал от надежных прототипов Шамана. Несколько литературелизированы остальные приложения, например, о браконьерах, так как им еще работать и работать, и о домике друга, по понятным причинам всех «разборок», и т.д.
7. Главное – о «реальности». Не только как писатель, но и как официально работающий ученый утверждаю: «никто не живет в реальности, каждый живет в своем образе мира, который «предшествует» реальности и накладывает отпечаток на ее описание». В противовес классической схеме «реальный предмет – стимуляция –ощущение –восприятие» я, постепенно конечно, ввожу в психологию схему: «образ мира (и предмета) – восприятие – уточнение (изменение) образа предмета (ситуации) – изменение образа мира». Эту мысль до и сегодня высказывают многие, но никто не предлагает такой «прямой схемы».
Пример (цитирую): «В предыдущей главе мы уже определяли понятие «образ мира» как индивидуальную прогностическую модель будущего, на основе которой субъект строит свои действия в настоящем. Согласно этой концепции образ мира в функциональном плане предшествует восприятию, то есть образ мира (и предмета) не строится в процессе восприятия, а лишь корректируется. Следовательно, в функциональном плане образ любого воспринимаемого испытуемым стимула предопределен изначально его индивидуальным образом мира (предметная гипотеза) и корректируется в процессе деятельности восприятия или другой деятельности» (Серкин В.П. Методы психологии субъективной семантики и психосемантики. Учебное пособие. «Рекомендовано УМО университетов РФ…». М.: Пчела, 2008. – С. 226 – 227. В эл. варианте на одну стр. сдвинуто).
Как же «прорваться к реальности»? Думаю, что можно только «приближаться» путем познания (см. выше смысл термина), но, очень не торопясь (техника безопасности), – новая территория = новые хищники. Конкретных упражнений не пишу, так как (уже не раз писал), не знаю, кто прочтет и как использует. Число клиентов психиатров своими текстами увеличивать не хочу.
Раз уж дописал дополнение, отвечу и на вопрос Ивана (здесь выше) об ускорении:
почти все люди хоть раз это испытывали сами (в драке, в спорте, при решении задачи, в экстремальной ситуации и пр.). «Вдруг» время и все люди, предметы «как бы» замедляются или останавливаются, и Вы действуете почти автоматически безупречно правильно, изменяя ситуацию в свою пользу (уклоняетесь и наносите удар, решаете задачу и пр.). После этого возвращаетесь в обычный ритм или даже на время чуть замедляетесь. Используйте этот опыт для «практики своего опыта». Если у Вас этого не было (мало лет) спросите об это у знакомых.

В: сколько денег Вы получаете за книги о Шамане?

О: В 2009-2012-м примерно по 30 — 50 000 (тридцать — пятьдесят тысяч) РУБЛЕЙ В ГОД. В 2013-м уже вышло два тиража (официально по 5000 экз.), «Свободы Шамана» (384 с.), но я в этом году пока не получил ни копейки. Отчасти, поэтому я недоволен отношениями с издательством и с литагентом.

В: можете указать какую-нибудь ситуацию, где можно четко различить «доноров» и «паразитов»?

О: почти любая ситуация сотрудничества. Например – оборудование стоянки в походе. Часть людей (доноры) совершенно естественно собирают дрова, приносят воду, оборудуют, готовят еду и пр. А другая часть (паразиты) в это время также естественно занимают лучшие места у костра, в палатках, проявляют «творческость натуры» (например, фотографируя пейзажи всегда, когда другие делают общее дело), и пр., не делая ничего для группы. Конечно, можно им приказать что-то делать, но кто будет тратить энергию на перевоспитание взрослых. Паразитов просто прекращают звать в походы, да и в другие «проекты».
Также и во всех других ситуациях сотрудничества. Это один их параметров успеха реализации проектов – сотрудничайте с «донорами», избавляйтесь от «паразитов».

В: не призывает ли Шаман людей к асоциальности?

О: 1.Я не знаю ни одного человека, который бы, прочитав книгу, поселился хотя бы на год в одиночестве на северном побережье Охотского моря.
2. Шаман часть времени вполне успешно живет в городах С ЛЮДЬМИ ПО-ЧЕЛОВЕЧЕСКИ. Без этого умения было бы только полшамана, то есть уродство какое-то.

В: вы писали, что большинство стремящихся в ученики – беглецы от реальности. А как узнать, кто не «беглец»?

О: проблема ученика (из моего авторского курса «Эзотерика и парапсихология», который я читал более 10 лет в СВГУ в Магадане и буду читать в 2013/14 учебном году на факультете психологии НИУ ВШЭ в Москве).
Если человек не может справиться с проблемами обустроенной социальной жизни, то ему не нужно пока решать более сложные проблемы в более жесткой реальности. Тем более, что на границе полно «хищников» — псевдогуру, которые просто будут цинично тянуть из таких беглецов ресурсы (деньги, энергию, услуги, тело и пр.).
Если человек не может просто решить своих проблем и думает, что с помощью эзотерических знаний и умений он без борьбы и конкуренции получит социальные блага (благосостояние, признание, секс и пр.), то это просто засранец, с которым ни один настоящий не будет общаться.
Если человек успешно решил свои социальные проблемы и не стал дауншифтером, то многие из таких могут развиваться (но не многие хотят, им и так хорошо).

В: уж слишком Вы правдоподобно пишите. А потом, когда заявляете, что Шаман – собирательный образ, из-за этого наступает разочарование.

О: 1. Слышал, что когда в 30-е годы по радио передавали постановку по «Войне миров» Герберта Уэллса, то была массовая паника, слушатели хотели эвакуироваться, спрятаться и пр. Но никто не обвинял Уэллса, наоборот, хвалили за мастерство. То же и с «Затерянным миром» Конан Дойла и с многими другими. Так что воспринимаю это как комплимент.
2. Я вообще-то пишу о развитых людях, которые больше нас живут в реальности (не дольше, а — больше реальности, меньше иллюзий).

В: Как увидеть характерные черты себя и других людей?

О: Ответ прост. По действиям (не по словам) своим или другого человека. Еще древние греки об этом писали (Феофраст (Теофраст) «Характеры»). Например, цитирую: «Дурак – тот, кто вечером пьет много воды или вина, а ночью вынужден вставать во двор». И далее список характеристик действий дурака и их последствий.
При самонаблюдении можно выделить аспект совершаемых (отложенных) за день действий и их результатов или последствий. Думающему и волевому этого достаточно.

В: С какой целью Вы написали книгу?

О: Первый вариант книги «сам написался». Я уже говорил об этом в разных интервью. Конечно, осознанные действия для публикации привели к осознанию работы по продолжению текста и дальнейших публикаций. Зачем? Пока отвечать не буду.
Стараюсь ловить те небольшие периоды времени, когда книга и дальше «сама пишется».

В: Почему происходят самоубийства? Почему мы враги сами себе?

О: Задавший вопрос почти ответил на него во второй части вопроса. Большинство осознанных самоубийств происходит тогда, когда человек что-то (другого, предмет, ситуацию, отношения, мнения и пр.) поставил выше своей связи с Духом (Творцом, Вселенной). Естественно, при разрушении (невозможности) этого… А Духу, наверное, такая подмена его на вещь, ситуацию, отношение или мнение тоже не очень нужны. Здесь обвинять всех самоубийц не нужно сразу. Есть, например, в экстремальных ситуациях «невозможность вынести» и многое другое.

В:Откуда изначально берется образ мира?

О: В младенчестве мир не оформлен (неоформлен). Но человеческий младенец – самое обучаемое существо из нам известных. Младенец физически отделен, но он пока не является самостоятельным существом, он физически не выживет без мамы или другого взрослого.
В этот период младенец является дозревающей частью системы (родителей и социума), и деться ему некуда. В этот период система доформировывает его так, чтобы в дальнейшем он был полезен (функционален) для этой системы. Важнейшей частью функциональности является формирование (трансляция) соответствующего образа мира. Это как «описание» у К. Кастанеды. Но там не сказано, для чего именно транслируется описание, и как оно транслируется. Результатом трансляции описания (не только словами, но и отношениями, действиями) является определенный образ мира (уже как саморазвивающаяся по определенным законам система).

В: Стоят ли «высшие силы» за сохранение семьи против любви вне семьи?

О: Я умышленно переформулировал вопрос кратко и резко. В самом вопросе есть предположение о существовании разных «высших сил» и о диалектике (не профанировать до столкновения) их взаимодействия. Еще Энгельс писал об этом «Происхождение семьи …».
Это дискуссия о противопоставлении ценностей семьи и ценностей любви. Люди, конечно, стараются сохранить обе группы ценностей. Это трудно, но люди часто решают этот вопрос по-человечески (человечно).
Нравоучения взрослому в такой ситуации бесполезны, чаще даже вредны.

В: как формировать команды или программы для подключения ресурсов бессознательного?

О: чтобы продуктивно общаться с подсознанием (и с надсознанием?) нужно уметь переходить со словесно-логического (понятийного) мышления на образное (наглядное). Бессознательное работает не словами, а образами, Вы это знаете по сновидениям. Надсознательное может еще работать символами, но все равно в виде образа (чаще визуального или слухового).

В: Вы писали, что во сне не только влияния потребностей по Фрейду. Что еще?

О: Во сне проходит часть жизни. Во сне происходит обучение. Также во сне информация дня сопоставляется с наследственной, филогенетической и другими видами информации.

В: зашел на Вашу личную страничку в Одноклассниках, а там у Вас то-то и то-то, и всякие изменения. МНЕ (!) не понравились изменения на ВАШЕЙ (!) ЛИЧНОЙ (!) страничке. Зачем это?

О: Если Вам что-то не нравится на чужих ЛИЧНЫХ страницах, зачем Вы туда заходите? Вы же не сетевой тролль, лазающий по чужим страничкам и сайтам для скандала? Не заходите и все.
Сетевые тролли – люди, которым очень не хватает общения. Из-за дефицита общения они навязывают отношения в сети. Для них хотя бы скандальные отношения, хотя бы в сети лучше, чем вообще никаких.
Как излечиться от троллизма? Нужно просто ПО-ЧЕЛОВЕЧЕСКИ относиться к окружающим.
Что делать, если к Вам привязался сетевой тролль? Игнорировать его. Если троллю не удается Вас вампирить, он рано или поздно (обычно после вспышки сетевой злобы и нападок) отправится вампирить кого-либо другого.

В: Вы ведете в Высшей школе экономики курс парапсихологии. Зачем это? Как на это смотрит начальство и другие ученые?

О: ВШЭ – большой вуз, много студентов, сотрудников, факультетов и пр. До сих пор не знаю, где находятся многие из них. И не знаком с подавляющим большинством 5-тысячного коллектива сотрудников. Провел небольшой факультатив (8 лекций, 8 семинаров). Сегодня мы отстаем от развитых стран, где есть специальные институты, лаборатории, журналы и пр. в изучении эзотерики и парапсихологии. Как бы не повторилась история с генетикой, кибернетикой и компьютерами.
Мало кто из коллег интересуется, очень много своих забот. Кроме того, я еще веду научно жесткие, почти позитивистские курсы (например, «Теория и методология современной психологии» для магистров, «Судебно-психологическая экспертиза», «Психология катастроф и экстремальная психология»), один факультатив не слишком влияет на имидж.

В: ваши ответы довольно сильно отличаются от ответов Шамана. Почему?

О: Странно было бы, если бы они совпадали. Я не обещал здесь отвечать за Шамана. Это – отдельная работа.

В: Какая психика лучше, крепкая или гибкая?

О: Зачем «или», лучше «и». Смените способ мышления.

В: Так бороться с природой или не бороться?

О: Либо Вы в потоке, либо нет. Если не в потоке (это часто, а иногда и против потока бывает), то приходится бороться. Браконьер в тексте был не в гармонии с окружающим миром и даже не понимал, что это значит. Он и остался, чтобы показать свою «крутизну». Его жизнь (одну зиму), поэтому, становилось постоянной борьбой за выживание, в которой ему нельзя было расслабляться.
Через некоторое время он стал интуитивно чувствовать помогающие (попутные) потоки, как и почти любой человек в его ситуации, и только поэтому выжил. Уехал в город и забыл все как кошмарный сон.

В: Кому и когда нужно помогать, а кому и когда нет?

О: помогайте тем: кто любит работать, кто является донором, кто умеет быть благодарным (не на словах, а на деле), кто Ваш единомышленник, кто Вам симпатичен, кто помог Вам в трудной ситуации. Соответственно, поставьте частицу «не» в предыдущем предложении после слов «кто» и не помогайте им.
Еще можно помогать просто от сердца, но не растите иждивенцев и не мешайте развиваться. Человек развивается, решая проблемы.

В: что есть настройка двигательного динамического стереотипа?

О: настройка ритмов своих движений, иногда дыхания, реже восприятия и мышления (в медитации), еще реже – ритм сознания. Настройка – установление нужного ритма или подстройка под нужный внешний ритм.

В: как освободить сознание от суеты?

О: полное отрешение от повседневных дел или полная концентрация только на нужной цели.

В: Где твоя любимая женщина? — Она со мной. Что имеется в виду?

О: Они самостоятельны, но в единой структуре.

В: Чему нужно учиться, а чему нет?

О: Это каждый решает сам. В школе нас не спрашивают, чему учиться, но стараются показать, что учение – ценность. Но уже вуз Вы выбираете сами, а уж вне вуза – тем более. Вы знаете общий ответ. Учатся тому, что: а) поможет в жизни; б) помогает раскрыть Ваши возможности; в) развивает Вас.

В: мнение Шамана о судьбе.

О: мнение Шамана я еще не написал. Мое таково: преопределенность (кроме неизбежности типа нахождения в эпицентре взрыва и пр.) может изменяться в желаемую для Вас сторону концентрацией на цели, регулярными волевыми усилиями по продвижению к цели и построению соответствующего мира.

В: Насколько Шаман – Вы?

О: Шаман пишется на основе взаимодействия с прототипами (один из них, но не самый объемный – я, когда в нужном потоке мира) либо в особом состоянии сознания, либо краткими озарениями. Тогда записываю мысли или фрагменты на тех лекциях, учебных программах и пр., которые под рукой. У меня и в рюкзаке, и в куртках есть маленькие записные книжки. Для того чтобы обработать эти уже очень многочисленные записи, требуется время и волевые ресурсы, которых не всегда достаточно.

В: Пришло время задать вопрос о предрасположенностях. Ни для кого не секрет, что лучше всего нам удается то, к чему мы предрасположены. А вот как увидеть эту предрасположенность, в частности у ребенка? Я практикую детскую свободу — позволяю ребенку заниматься чем он хочет без ограничений (в вопросе выбора любимого дела, естественно). А есть — ли какие то более совершенные практики?

О: Идеальных практик нет. Для Вас — не только занятия, но и внимание и интерес ребенка (к событиям, искусству, занятиям взрослых и т.д.). Среди полученного перечня будут и «пустые» пункты. Они потом не будут поддержаны активностью ребенка.
Психолог обычно не консультирует, не видя конкретного ребенка, поэтому так можно получить рекомендации только в очень обобщенном виде.

В: Вы или не Вы? (относительно страниц в соцсетях и т.д.)

О: У меня есть странички в Одноклассниках и в ФБ, также есть официальная служебная страничка в разделе «преподаватели и сотрудники» на сайте ВШЭ. Иногда пишу здесь. Все остальное – не знаю, кто пишет под моим именем.

В: Ответов мало.

О: Слов всегда будет мало. Мыслить, чувствовать и действовать.

В: Подскажите, как психолог, как лучше понять проблему другого?

О: Много лет учу студентов: при понимании проблемы клиента задаются вопросы трех типов: а) что думаешь? б) что чувствуешь? в) что делаешь? Этим профессионал отличается от обычного человека, который, чаще всего, выясняет только один или (редко) два аспекта проблемы.
Профессионал работает с состоянием и мыслями другого, а обычный человек очень скоро обращается к своим впечатлениям, мыслям и переживаниям.
Один из прототипов мне «резко не советовал» отвечать на вопросы и цитировал: «Не мечите бисер…».
Когнитивной простоты не будет.

В: Почему Вы другой?

О: Началась трансформация. Я – не идеальный, поэтому болезненно, но терпимо.

В: Защитят ли бункера для элиты в случае глобальной катастрофы?

О: Нет. Несколько дополнительных мучительных часов или суток в герметичной тюрьме. В той реальности они сойдут с ума еще до весьма близкой физической смерти.

В: Как защититься, выжить в случае глобальной катастрофы?

О: А. Эволюция, саморазвитие, трансформация. В новых условиях выживут наиболее развитые психологически и духовно.
Б. Индивидуальное и коллективное (намного сильнее) влияние на реальность с целью гуманизации (любовь) и гармонизации развития (по возможности, без слишком резких скачков). Человек – творящее реальность существо.

В: Является ли «реальность» процессом?

О: Да. Постоянные изменения.

В: Какая же это деятельность, если таблица (новое знание) приснилась Менделееву во сне?

О: Таблица приснилась (если это так) именно Менделееву, то есть человеку, долгое время занимавшемуся (деятельность) проблемой классификации химических элементов. Именно такая деятельность породила новое системное качество (новое знание).

В: Другие своими действиями воздействуют на мою реальность. Это объективно?

О: Это вопрос об уровне активности (см. сноску на первых страницах статьи). Одним из параметров активности является расположение на шкале «адаптация — преобразование». Поэтому тут два аспекта ответа:
1) чем выше уровень Вашей активности, тем более именно Вы влияете на «реальность». Чем ниже — тем более влияют другие;
2) деятельность современного человека всегда совместна — чтобы произвести, например, автомобиль нужны геологи (найти руду), специалисты горной промышленности, сталевары-прокатчики, токаря-электрики-слесаря, инженеры-конструкторы, комплектовщики-сборщики-технологи, организаторы производства и пр. В «новой реальности» существует («сотворен») автомобиль, которого не было раньше …
Еще два замечания:
а) пока возможности изменения реальности человека ограничены возможностями его деятельности, и это хорошо, ибо не развита ответственность за свою деятельность;
б) в «Хохоте» я писал, что ненаправленная активность разумных ОПАСНА. Этого нет в статье, как и многого другого из «Хохота». Потому что научное сообщество не готово пока воспринимать все. И даже эта статья отчасти опасна для меня. Но все же за 10 лет книгу прочитали много людей (в том числе не менее половины научных психологов). Я тоже об этом писал в Предисловиях в книгах — «Хохот Шамана» написан для увеличения зоны ближайшего развития с целью дальнейшего изложения более сложных мыслей. Это часть долгого проекта с учетом реальностей мышления сейчас.

В: Кто прототипы Шамана? (в контексте — кто учителя?)

О: а) люди, оказавшие и оказывающие влияние;
б) животные. В первой книге еще рано было, а в «Свободе Шамана» я уже прямо писал: Практики Ворона, Практики Рака-отшельника и пр.;
в) впервые вчера добавил («настало время») — трансперсональные явления.

Видео: Писатель Владимир Серкин – о творчестве и открытии издательства

Источник:
Форум «Шамнаский Лес»

Нет комментариев