Миры Колина Уилсона

Писательство с какой-то целью: эссе о Колине Уилсоне

Это статья о Колине Уилсоне, британском философе-экзистенциалисте, писателе-фантасте, авторе философско-литературоведческой книги «Посторонний» (The Outsider). «Посторонний» вдохновил Стивена Кинга на написание одноимённого романа, экранизированного каналом HBO в виде минисериала, вышедшего в 2020 году (русскоговорящему зрителю он известен как «Чужак»). Важно отметить, что, как и роман, сериал отражает, скорее, не философские, а криминологические и фантастические грани уилсоновских произведений.

Автор статьи — выдающийся психолог и исследователь изменённых состояний сознания Стэнли Криппнер. Перевод выполнен с его разрешения специально для онлайн-журнала «Эрос и Космос». Эссе представляет собою текст доклада, прочитанного автором на II Международной конференции им. Колина Уилсона, проходившей в Ноттингемском университете (6 – 8 июля 2018).1

Приглашаем вас поучаствовать в сборе средств в поддержку автора.

Колин Уилсон (фото © Simon Brighton, 2002)

Я читал «Постороннего» (The Outsider)2 Колина Уилсона в бытность свою ещё студентом и чувствовал, будто я был знаком с автором задолго до того, как мы на самом деле встретились. Я был знаком с его многообразными трудами, в особенности посвящёнными кругу моих собственных профессиональный интересов.

Будучи давним другом Абрахама Маслоу, я очень обрадовался, когда Колин стал писать о пиковых переживаниях — тех эпизодах благоговения, экстаза или озарения, которые могут преобразить ваше мировоззрение, вашу идеологию или попросту то, насколько вы цените жизнь.

Пиковые переживания — те эпизоды благоговения, экстаза или озарения, которые могут преобразить ваше мировоззрение, вашу идеологию или попросту то, насколько вы цените жизнь

Колин различает три уровня пикового опыта. Первый уровень эйфоричен по своей природе, как когда кто-то сообщает, что он преисполнен радости, оптимизма и ясности. Второй уровень — когда кто-то сообщает, что повседневное существование обрело для него новый смысл. Это становится особенно наглядным в случаях, когда сомнения такого человека развеиваются или угасает его тревога. Третий же уровень встречается не столь часто, однако ему, по природе этого переживания, присуще чувство единства, как когда некто сообщает о переживании взаимосвязи с жизнью и вселенной, в котором всё встаёт на свои места.

Сам Колин приводил весьма красочный пример этого третьего уровня: «Я вёл машину обратно из Озёрного края и чувствовал ощущение интенсивного сознавания, словно я мог видеть сквозь горы по ту сторону». Для Колина эти переживания укрепляли его идею «свободной воли» и легли в сердцевину всего корпуса его мысли, благодаря которому он обрёл статус экзистенциального философа.

Стэнли Криппнер выступает с докладом о Колине Уилсоне на международной конференции по уилсоноведению в Ноттингемском университете (2018)

Так получилось, что я присутствовал на том неформальном собрании, когда Маслоу впервые описал свою концепцию «плато-переживания» (plateau experience) — такого переживания, которое длится значительно дольше, чем пиковый опыт, является более глубоким. И вправду, оно напоминает третий уровень пикового переживания, описанный Колином. Маслоу поведал нам, как его плато-переживание преобразило в ином случае довольно скучную церемонию вручения дипломов, в которой испокон веков участвовало бесчисленное количество академических учёных, делавших всё, что в их силах, чтобы расширить и углубить человеческие познания и понимание.

Однако ни Абрахам Маслоу, ни Колин Уилсон не посвящали особо много времени описанию опыта «надир». Переживание надира — это одна из наинизших точек в жизни, характеризующаяся чувством распада, бессилия и пустоты. Переживание надира более интенсивно, чем обычная депрессия. Оно несёт с собой глубокие философские следствия, одно из которых является прямой противоположностью свободы воли. Человек чувствует себя в ловушке, стеснённым и обездвиженным.3

Переживание надира — это одна из наинизших точек в жизни, характеризующаяся чувством распада, бессилия и пустоты

Некоторые психотерапевты предпринимают попытки преобразовать переживание надира в пиковое переживание или плато-переживание. По словам Станислава и Кристины Гроф, «духовный кризис» (spiritual emergency) можно превратить в «духовную возможность» (spiritual emergence)4. Грофы впервые столкнулись с этим феноменом, когда смогли превратить так называемый «негативный психоделический трип» в «позитивный психоделический трип». Эту разновидность трансформации теперь ассоциируют с трансперсональными психологией и психотерапией. Маслоу, разумеется, был основателем той и другой дисциплины.

В американской психологии гуманистическую психологию, основанную Маслоу, часто называют «третьей силой» — вслед за психоаналитической «первой силой» и бихевиористской «второй силой». Трансперсональная психология, в свою очередь, становится «четвёртой силой». Сам я никогда не пользуюсь такими терминами, потому что они упускают из виду когнитивную психологию, которая оказала более мощное влияние на современную американскую психологию, чем и психоанализ, и бихевиоризм. Как бы то ни было, я согласен со сделанной Колином оценкой Абрахама Маслоу как того, кто казался ему «подлинно хорошим [человеком]».

Быть может, именно эта «хорошесть» и привела как Колина Уилсона, так и Абрахама Маслоу к формулированию предсказания, что человечество находится на пороге эволюции к «более высокой стадии». Лично я вижу довольно мало доказательств этому. Более того, я подозреваю, что, поскольку Homo sapiens возник в ходе эволюции около 200 тыс. лет назад, члены нашего биологического вида всегда имели доступ как к пиковым переживаниям, так и к плато– и надир-переживаниям. Доисторические археологические структуры, равно как и древние шедевры искусства, литературы и философии свидетельствуют о том, что вполне могло быть экстраординарными человеческими переживаниями. В то же время пороки человеческих жертвоприношений, идеологических войн, конфликтов за территорию и геноцидов продолжают путать все карты идеи о кажущемся прогрессе.

Телесериал HBO «Посторонний» («Чужак», The Outsider) снят по роману Стивена Книга, вдохновлённому, помимо всего прочего, одноимённой книгой Колина Уилсона (в качестве эпиграфа к роману служит цитата из первой главы книги)

Когда я впервые лично встретился с Колином Уилсоном, он с большой радостью стремился обсуждать со мной мои эксперименты по изучению феномена телепатии в сновидениях — противоречивой сфере исследований, которая теперь стала частью магистрального потока науки о сне и сновидениях. К тому времени, когда я занимался этими экспериментами, я уже прочитал книгу Колина «Оккультное»5, изданную в 1971 году, и был рад узнать о его интересе к этой поразительной области исследований. Позже я написал обзор его опубликованной в 1978 году книги «Тайны» (Mysteries) для превосходной антологии Колина Стэнли (Stanley, 2011).

Колин был особенно заинтригован выдвинутой Томом Летбриджем теорией паранормальных феноменов. Летбридж практически неизвестен современных парапсихологам, поскольку он пользовался такими терминами, как «размеры вибрации» (rates of vibration), которым недоставало операционных определений или единиц измерения. Однако мне очень импонировало предложенное Летбриджем описание взаимосвязи между человеческой психикой и ритмами природы. В 1989 году мы с канадским нейроучёным Майклом Персингером открыли существование значимой корреляции между точными отчётами о телепатических опытах в сновидении и окружающими геомагнитными полями, наличествовавшими во время эксперимента. Эти поля можно было измерить, а опыту телепатии в сновидении можно было дать операционное определение. Оба этих фактора позволили придать умозрительным конструкциям Летбриджа более жизнестойкий научный каркас.

Даже хотя Колин и не обсуждал переживания надира в своих трудах по гуманистической психологии, он далеко не был несведущим относительно ужасов, приписываемых отрицательным паранормальным силам. Целый раздел его книги «Тайны» посвящён проклятиям и заклинаниям, которые якобы оказывают негативный  эффект на проклинаемых жертв. Множество написанных Колином книг о преступлениях и преступниках, некоторые из которых написаны в соавторстве с членами его семьи, с которыми я познакомился, показывает, что ему не была свойственна наивность относительно лишений, представляющих собою часть человеческой природы. Это ещё более укрепляет его в статусе выдающегося экзистенциального философа.

Третья область наших смежных интересов — это сфера человеческой сексуальности. В 1966 году Колин написал книгу «Секс и разумный тинейджер» (Sex and the Intelligent Teenager). Скандальная для своего времени, эта книга преисполнена здравого смысла; в этой работе автор проявил себя первооткрывателем простого и ясного подхода к сексуальности, которого откровенно не хватало в те времена. Колин писал: «Подобно политике, секс — вопрос сложный и полный интимных мин-ловушек (booby traps)6. Внимательно в него всматривайтесь, изучайте его сложности и нюансы, и вы обнаружите, что он даже более поразителен, чем то, что вы когда-либо могли себе представить. Однако стоит вам воспринять его как данность, то вы уйдёте ни с чем, будто какой-то мошенник украл ваш кошелёк».

Колин Уилсон пришёл к выводу, что вся его жизнь представляла собою целую вереницу «подсказок относительно цели, или смысла, человеческого существования».

В другом месте данной книги Колин пишет: «Из всех человеческих переживаний секс даёт людям наиболее ясное ощущение свободы. Современный тинейджер имеет большее количество свободы, чем какой-либо тинейджер в истории человечества». Опять же, опираясь на свою экзистенциальную перспективу, Колин отмечает, что эта свобода связана с совершением выбора, а также: «Сам я обнаружил, что люблю свою семью слишком сильно, чтобы рисковать своим браком».

Колин завершает свою книгу похвалой современным тинейджерам и утверждает, что, когда те поймут свой потенциал, они обнаружат, что могут изменить мир. Теперь, оглядываясь назад, можно сказать, что Колин был несколько излишне оптимистичен, однако, быть может, его предсказание применимо к сегодняшнему поколению юношей и девушек. Как бы то ни было, я посвятил Колину свою написанную в соавторстве книгу «Секс и любовь в XXI веке», поскольку эта его ранняя книга помогла молодым людям совершать разумный выбор относительно и секса, и любви.

В своей автобиографии «Мечтания с какой-то целью» (Dreaming to Some Purpose) Колин пришёл к выводу, что вся его жизнь представляла собою целую вереницу «подсказок относительно цели, или смысла, человеческого существования». Эти подсказки всё ещё здесь, и они продолжают вызывать прозрения, провоцировать умозрения и порождать радость в сердцах многочисленных читателей Колина Уилсона.

Поучаствуйте в сборе средств в поддержку д-ра Стэнли Криппнера

Приложение. Отзыв Стэнли Криппнера о Колине Уилсоне

Мне очень повезло, что я был лично знаком с Колином Уилсоном в течение последнего десятилетия его жизни. Помню несколько своих знаменательных визитов в его дом и к его семье. В личном общении Колин был радостным и провокационным человеком — такими же были и его многочисленные публикации. Недавно меня пригласили выступить с речью в память о нём на одном из проходящих раз в два года в Великобритании симпозиумов. Познания и интересы Колина охватывали широкое многообразие тем; в его трудах каждый может найти что-то себе по душе! Я был в особенности заинтригован его прозрениями в то, как развивалось воображение у авторов и их читателей в Европе XVIII – XIX вв., включая его наблюдения о Пушкине и Гоголе. Он всегда был автором, вызывавшим противоречивые отклики, однако, в общем, он имеет признание в качестве важного экзистенциального философа, равно как и в качестве эссеиста и романиста мирового уровня.

Стэнли Криппнер, PhD, заслуженный профессор Калифорнийского института интегральных исследований, соавтор книг «Сновидение: иная реальность» (вместе с Фарибой Богзаран и Андре Першиа де Карвальо) и «Шаман по имени Рокочущий Гром» (вместе с Сидианом Джонсом), один из патриархов трансперсональной психологии7

Библиография

Krippner, S., & Iljas, J. (2017). Sex and love in the 21st century.
Persinger, M. A., & Krippner, S. (1989). ‘Dream ESP experiments and geomagnetic activity’. Journal of the American Society for Psychical Research, 83, 101 – 116.
Stanley, C. (ed.) (2011). Around the Outsider: essays presented to Colin Wilson on the occasion of his 80th birthday. Winchester, UK: 0-Books.
Wilson, C. (1966). Sex and the intelligent teenager.
Wilson, C. (1971). The Occult: a history. New York, NY: Random House.
Wilson, C. (1956). The Outsider. Boston, MA: Houghton-Mifflin.
Wilson, C. (1978). Mysteries. London, UK: Putnam.
Wilson, C. (2004). Dreaming to Some Purpose: the autobiography of Colin Wilson. New York, NY: Random House.

Примечания

Let’s block ads! (Why?)

О медитации и понимании наших жизненных сил

Предлагаем вашему вниманию письмо британского писателя и философа-экзистенциалиста Колина Уилсона читательнице, в котором он излагает основные аспекты своей философии оптимизма и экзистенциальной феноменологии. В письме автор говорит о важности культивации позитивных психических состояний. Созидательный, оптимистичный настрой, связанный с интенсивностью присутствия, должен служить основой для практики медитации и, по мнению автора, позволяет решить экзистенциальную проблему «жизненного краха» (распространённая проблема утраты смыслов и экзистенциального вакуума, которая находит выражение в чувстве неудавшейся жизни). Оригинальный текст с комментарием Джеффа Уорда, предваряющим письмо Уилсона, доступен на сайте «Мир Колина Уилсона» (Colin Wilson World); перевод на русский язык публикуется впервые. — ЭК

Колин Уилсон

Колин Уилсон (1931 – 2013)

Кэти Туи написала письмо Колину Уилсону из Австралии в 1981 году. Главный момент её послания состоял в рассказе о том, как она научилась медитировать в старшем подростковом возрасте при помощи техники, которую вывела для себя из романа Уилсона «Паразиты сознания» (The Mind Parasites, 1967). По словам Кэти:

«Радостен был уже сам факт, что он озаботился тем, чтобы ответить мне. А от того, что он ответил столь длинным письмом, моя радость только углублялась. Теперь я сожалею о том, что не послала ответ, дабы поддержать общение между нами, однако, вероятно, я стеснялась и не хотела его ещё больше отвлекать, в особенности учитывая то, насколько он, со всей очевидностью, был занят».

Это письмо Уилсон написал в своём доме в Корнуэлле; датировано оно 25 января 1981.

Письмо Колина Уилсона Кэти Туи (1981)

Текст письма Колина Уилсона

Дорогая [Кэти]

Огромное спасибо за ваше длинное письмо, которое наконец-то было мне доставлено в середине января!

Весьма трудно что-то особо сказать о техниках медитации. Я не знаю, насколько хорошо работает та психотехника, которую я описываю в «Паразитах сознания». Должен отметить: хотя я действительно убеждён, что медитация может быть очень важна, мой опыт всегда говорил о том, что её необходимо практиковать исходя из того, что я мог бы назвать «позицией силы».

Колин Уилсон. «Паразиты сознания»

Обложка русскоязычного издания фантастического романа Колина Уилсона «Паразиты сознания» (К.: София, 1994)

Например, в своей книге «Загадки»1 (которая является, вероятно, одной из моих самых важных книг) я описываю, как в подростковом возрасте я приходил домой после рабочего дня на фабрике, окружал себя томами поэзии и постепенно зачитывал себя до необычного состояния интенсивности. Вначале я отводил некоторое время релаксации, пока не начинал ощущать полный отток энергии, сохраняя при этом изумительное чувство безмятежности; далее я чувствовал, как энергия постепенно ко мне возвращается, пока не оказывался в расширенном бодрствующем состоянии, наполненном огромной психической жизненностью, — это было чувство, что ум мой может перескакивать с идеи на идею подобно тому, как акробат может перепрыгивать с дерева на дерево.

Я склонен придерживаться мысли, что мы совершенно неверно понимаем природу наших жизненных сил. Первое, что нам нужно распознать, это то, что любого рода оптимистическая активность представляет собой нечто вроде насоса, назначение которого состоит в выкачивании из сознания колоссального количества негативной энергии. Эта негативная энергия имеет тенденцию аккумулироваться по мере того, как мы ведём борьбу с различными фрустрирующими событиями. Сознание можно представить себе в виде лодки, которая склонна давать течь, а посему ей нужен насос, чтобы выкачивать воду из трюма.

В первой своей книге под названием «Посторонний»2 я вновь и вновь возвращался к вопросу: «Почему жизнь терпит крах?» Я размышлял об этом удивительном чувстве скуки, чувстве отсутствия интереса — психическом состоянии, которое один психолог описал как состояние, «когда жизнь теряет свой вкус». Оден выразил это следующим образом:

Put the car away, when life fails
What’s the good of going to Wales?

Мотор заглуши: коли жизнь сходит с рельс,
Есть ли смысл уезжать в Уэльс?3

Меня совершенно озадачивало, почему же мы впадаем в эти удивительные состояния скуки. О сходном говорит и знаменитый тенор Паваротти: как только он стал по-настоящему знаменит и ему более не требовалось бороться за место под солнцем, он погрузился в состояние поразительной депрессии, — из которой его вывел один неприятный эпизод во время авиаперелёта, чуть не приведший к летальной катастрофе4. Причиной депрессивного состояния, очевидно, было то, что как только он перестал бороться за место под солнцем, он на автомате отключил свой «насос» и стал набирать подобную пессимистичную «трюмную воду», что накапливается у всех людей, — и чем мрачнее человек, тем больше накапливается такой воды.

Стало быть, с очевидностью можно сказать, что проблема довольно проста. Когда мы опираемся на «естественную точку зрения», то склонны чувствовать, будто счастливые настроения и настроения мрачные суть равнозначны: мол, то и другое рассказывает нам какую-то свою правду о мире. Когда мы чувствуем счастье, мы также ощущаем и то, что мрачное настроение было абсурдным. Но, когда мы чувствуем себя несчастными, мы ощущаем, что иллюзией было как раз таки счастье. Это, безусловно, одна из базовых проблем человеческого бытия, встречающаяся даже у людей недалёких.

Я же, в свою очередь, утверждаю, что совершенно неверно считать, будто счастье и депрессия каким-то образом «равнозначны». С таким же успехом можно было бы утверждать, что двигатель лодки и вода, накапливающаяся в трюме и мешающая лодке развивать скорость, суть нечто эквивалентное. В действительности трюмная вода есть вещь совершенно необязательная, — это не что иное, как досадная помеха. Именно такого рода «трюмная вода» позволяет объяснить переживание жизненного краха. Если вы наполовину наполнены этой прелюбопытнейшей отрицательной энергией, всё, на что бы вы ни посмотрели, выглядит в несколько негативном свете.

Этим также объясняется и тот удивительный парадокс, который Фихте выразил в следующих словах: «Быть свободным — ничто, становиться свободным — вот в чём Небо». Ведь, когда вы ещё только становитесь свободны, ваши насосы всё ещё работают напропалую, в результате чего ваша лодка спокойно удерживается на плаву. Если же вы были свободны в течение некоторого времени, это воздействует на вас так, что вы выключаете свои насосы. Результатом становится то, что, сами того не замечая, вы всё глубже и глубже погружаетесь в воду.

Стало быть, в медитации первая вещь, которую нужно сделать, — достичь состояния, в котором лодка всё ещё уверенно держится на воде. Только лишь тогда разум становится по-настоящему свободным и только лишь тогда вы можете начать проникновение в неведомые области своей психики.

Колин Уилсон в Австралии (1993). Фото © Catriona Sparks

Колин Уилсон в Австралии (1993). Фото © Catriona Sparks

Что до «Некрономикона»5, он, как вы могли догадаться, представляет собой не что иное, как шутку… и, боюсь, не самую удачную. Однако этот проект был передан мне, будучи уже почти завершённым, так что всё, что я мог сделать, это попытаться хоть чуточку его улучшить.

Приношу свои извинения за краткость моего письма, но, в данный момент, я очень загружен работой.

Искренне ваш,
Колин Уилсон

Примечания