махамудра

Стадии развития концентрации

Отрывок из книги «Указывая великий путь. Махамудра: этапы медитации» Дэниела П. Брауна публикуется с разрешения Александра Нариньяни, выпускающего редактора серии «Самадхи».

В практике шаматхи индийской буддийской традиции, созданной Асангой и Майтреей, тренировка концентрации разделялась на девять стадий. Текст Гендуна Лодро Calm Abiding and Special Insight: Achieving Spiritual Transformation Through Meditation1 представляет собой блестящий синтез тематических текстов, доступных на английском языке. Другим замечательным источником является глава, посвящённая безмятежности, из текста Дже Цонкапы «Ламрим. Большое руководство к этапам пути Пробуждения»2. Согласно Гендуну Лодро, разделение на девять стадий концентрации ума (sems gnas dgu) было изначально введено Асангой. Считается, что Майтрея являлся основателем более подробного метода освоения этих девяти стадий, который был связан с устранением пяти изъянов и восьмью противоядиями3. Гендун Лодро также добавляет, что Майтрея описывает эти девять стадий с позиции последовательной стабилизации концентрации, в то время как Асанга подходит к этому вопросу в основном с позиции устранения изъянов4.

Асанга сравнивает девять стадий концентрации с продуваемой ветрами дорогой, по которой медитирующим приходится следовать в одиночку. На этом пути — пять поворотов и шесть прямых участков дороги между ними. Пять поворотов символизируют стадии, сложные для прохождения и требующие применения особого метода. Шесть прямых участков дороги символизируют шесть сил, свойственных стабильной концентрации. Согласно традиционным метафорам традиции сутры, слон обычного ума как безумный несётся по дороге, подгоняемый обезьяной привязанности. Практикующие следуют за слоном с двумя приспособлениями — верёвкой памятования и острым крюком бдительности. Цонкапа сказал: «Твой ум подобен дикому слону; привяжи его верёвкой памятования к прочному столбу выбранного объекта медитации так, как я объяснил выше. Если не можешь удержать его так, тебе необходимо постепенно взять его под контроль, подгоняя железным крюком бдительности»5. На первом прямом участке дороги, который называется «дорога слушания», медитирующие используют наставления учителя, снова и снова направляя ум на выбранный объект медитации. Первая из девяти стадий преодолевается на этом участке дороги. Она называется «направление ума» (sems ‚jog pa), потому что медитирующие, следуя наставлениям учителя, привязывают верёвку памятования к выбранному объекту медитации и затем снова и снова направляют на него ум. На этой начальной стадии практикующие начинают по-настоящему видеть непрерывный процесс ментальных усложнений грубого уровня и склонность к постоянному отвлечению от пребывания на выбранном объекте. Они вынуждены прилагать усилия, чтобы установить ум на выбранный объект медитации и заставить его хоть недолго на нём остаться. При этом они практически ничего не могут поделать с отвлечением. Первый навык, который необходимо развить, — это навык распознавания того, что ум отвлёкся, и навык возврата внимания на объект после того, как это случилось. На этой стадии ум гораздо чаще отвлекается, чем сохраняет внимание.

Освоение сосредоточения сравнивается с приручением слона

Второй прямой участок пути называется «дорога размышления», потому что, преодолевая его, медитирующие размышляют о том, что сказал учитель, и применяют его наставления таким образом, чтобы подобно зеркалу отразить их непосредственно в потоке своего ума как возникающий там опыт переживания. Этот участок пути соответствует второй стадии — «постоянное направление ума» (rgyun du ‚jog pa). На этой стадии практикующие всё ещё отвлекаются от выбранного объекта, но уже способны время от времени эффективно применять к нему верёвку памятования. Тем не менее им всё ещё требуется прикладывать определённые усилия для того, чтобы вернуть внимание ума назад на выбранный объект. На этой стадии растут как длительность пребывания ума на выбранном объекте, так и длительность периодов отвлечения на ментальные усложнения. Навыки, которые практикующие приобретают на этой стадии, — это достижение некоторого постоянства в пребывании и заметное ослабление ментальных усложнений.

Третья и четвёртая стадии концентрации — «возвращение на место» (slan te ‚jog pa) и «тщательное пребывание» (nye bar ‚jog pa) — соответствуют третьему прямому участку дороги. Поскольку теперь практикующие редко полностью теряют из внимания выбранный объект медитации, этот участок известен как «дорога памятования». На стадии возвращения на место практикующие способны быстрее распознавать отвлечения и перенаправлять внимание ума назад на выбранный объект медитации, прилагая при этом меньше усилий, чем прежде. Восстановление фокуса происходит сразу же после отвлечения. Ум значительно улучшает свою способность непрерывно пребывать на объекте в течение определённого отрезка времени. Основной проблемой на этой стадии концентрации считается неполное пребывание ума на выбранном объекте — частичное пребывание, когда одна часть ума остаётся на выбранном объекте, а другая вовлечена в ментальные усложнения. Из-за этого медитирующие могут испытывать иллюзии, что их пребывание на выбранном объекте медитации является непрерывным. Возвращение внимания ума обратно на выбранный объект, усиление концентрации на выбранном объекте и / или усиление фокуса на его более тонких деталях являются общепринятыми методами исправления «частичности» пребывания. В результате применения этих методов пребывание становится более полным, длится дольше, и в каждый отдельный момент всё меньшая часть ума вовлекается в ментальные усложнения.

На четвёртой стадии — «тщательное пребывание» — сила памятования существенно возрастает, поэтому пребывание становится относительно непрерывным и полным. Теперь медитирующие редко полностью теряют из внимания выбранный объект медитации. Эта стадия называется «тщательное пребывание», потому что пребывание является более полным и всё меньшая часть ума вовлекается в ментальные усложнения. Основными проблемами на этой стадии концентрации считаются вялость и возбуждение грубого уровня и их производные — сонливость и тяжесть. На этой стадии, как кажется, вялость грубого уровня возрастает в силу того, что концентрация всё больше обращается внутрь, а не наружу6.

Пятая и шестая стадии концентрации — «дисциплина» (dul bar byed pa) и «успокоение» (zhi bar byed pa) — соответствуют четвёртому прямому участку пути, который называется «дорога бдительности». Три поворота между первыми четырьмя прямыми участками дороги преодолеваются с помощью усиления «пламени» концентрации. Усиление является жизненно важным, потому что приводит к переходу с дороги слушания на дорогу размышления, с дороги размышления на дорогу памятования, а с дороги памятования — на дорогу бдительности. Вступив на дорогу бдительности, медитирующие уже редко теряют из внимания выбранный объект. В процессе следования по этой дороге концентрация начинает приносить удовольствие и поднимает настроение, а временами даже вызывает сильное ощущение блаженства. На пятой стадии концентрации — «дисциплина» — возбуждение грубого уровня стихает, но вялость тонкого уровня всё ещё остаётся серьёзной проблемой. Поэтому практикующим необходимо применять дисциплину — задействовать бдительность для того, чтобы распознавать вялость, и использовать усиление для того, чтобы её устранить. Им следует оставаться начеку и поддерживать ум в бодром и свежем состоянии. На шестой стадии — «успокоение» — вялость тонкого уровня больше не возникает, но возбуждение тонкого уровня всё ещё остаётся проблемой. Это частично обусловлено тем, что обычный ум сохраняет свою склонность привязываться к ощущениям; частично тем, что ум, погружённый в медитацию, начинает испытывать привязанность к приятным переживаниям7, свойственным дороге бдительности; и в определённой степени тем, что для того, чтобы продвинуться так далеко по пути, практикующим пришлось прилагать значительные усилия к удержанию ума на выбранном объекте. Таким образом, на этой стадии необходимо выработать навык, который может помочь устранить изъян возбуждения тонкого уровня.

Дэниел П. Браун. Указывая великий путь. Махамудра: этапы медитации. «Ганга», 2017

Седьмая и восьмая стадии концентрации соответствуют пятому прямому участку пути – дороге упорства. На этой дороге жизненной энергии медитирующих достаточно для того, чтобы поддерживать медитацию долгое время без отвлечения и апатии, не впадая в возбуждение или вялость грубого уровня. На седьмой стадии концентрации — «полное успокоение» (nye bar zhi bar byed pa) — ни возбуждение, ни вялость тонкого уровня больше не представляют реальной угрозы, но всё ещё служат причиной отвлечения. Памятование и бдительность на этой стадии функционируют автоматически, требуя лишь незначительного усилия со стороны практикующих. Геше Гендун Лодро говорит: «Если медитация стабильна, а внимание непрерывно [thu re] удерживается на объекте наблюдения8, то всегда можно заметить, что возникли слабость или волнение»9. Однако на седьмой стадии концентрации медитирующим всё ещё необходимо прилагать существенные усилия для того, чтобы пребывание ума было полным и непрерывным, — до тех пор, пока этот процесс не будет доведён до автоматизма10. На восьмой стадии концентрации — «однонаправленность» (rtse gcig tu byed pa) — усилия требуются лишь для того, чтобы начать сессию медитации. После этого всё происходит само по себе, автоматически. Теперь практикующие уверены, что расслабление и прекращение усилий не послужат причиной отвлечения от выбранного объекта медитации, а вялость и возбуждение тонкого уровня не будут представлять какую-либо проблему. Концентрация больше никогда не прерывается и автоматически сохраняется, момент за моментом, в течение всей сессии медитации11.

Девятая стадия — «равностность», или «баланс» (mnyam par ‚jog pa), соответствует шестому прямому участку пути, который называется «дорога мастерства». На этой заключительной стадии концентрации пребывание становится непрерывным и ум полностью сконцентрирован на выбранном объекте, а возникновение ментальных событий сопровождается глубокой ясностью. Всё происходит спонтанно и без усилий, развивается значительная ментальная гибкость. Достижение девятой стадии концентрации и развитие ментальной гибкости способствуют овладению практикой пребывания /успокоения. Знаки овладения практикой пребывания / успокоения включают: непрерывную стабильность медитации как во время бодрствования, так и во время сна; завершение проявлений грубого уровня и негативных эмоциональных состояний во время медитации; ощущение, что после выхода из состояния медитации мы обрели новое тело; возникновение чистых, похожих на иллюзии проявлений и медитативных виде́ний12.

Таши Намгьял рассматривает девять стадий концентрации Майтреи и Асанги в своём обширном комментарии к практике махамудры [TN, 305 – 307], но не проводит сопоставление этих девяти стадий со ступенями концентрации традиции махамудры13. Фактически ни один из текстов махамудры, которые используются в этой книге в качестве источника информации, не содержит сравнительного анализа стадий концентрации индийской традиции сутры и ступеней концентрации традиции махамудры. В таблице я представляю собственную попытку показать соответствия и различия между этими двумя традициями практики концентрации. Несмотря на то что сами стадии концентрации в обеих традициях практически совпадают, существует серьёзное различие в позициях наблюдения. В индийской буддийской традиции сутры девять стадий концентрации рассматриваются в основном с позиции ума, то есть с точки зрения стабильности его пребывания на объекте и препятствующих этому проблем. В традиции махамудры соответствующие ступени концентрации рассматриваются с позиции ментальных событий, то есть с точки зрения того, как с постепенным постижением естественного состояния ума они трансформируются в его потоке из внешне обычных ментальных событий в своё новое качество. Однако в попытке сохранить преемственность традиций в тексты махамудры были добавлены некоторые объяснения ступеней концентрации, в которых практика рассматривается с позиции ума — с позиции стабильности и полноты его пребывания на выбранном объекте. Эти соответствия и различия сведены в таблицу.

Сравнение ступеней концентрации в традициях сутры и махамудры

Девять стадий традиции сутры Проблемы, препятствующие пребыванию Ступени концентрации

традиции махамудры

Плод: позиция ума Плод: позиция ментальных событий
1. Направление ума Непродолжительное пребывание Уединение речи Риск потери частичного пребывания Улучшение организованности потока ума
2. Постоянное направление ума Увеличение времени пребывания и отвлечения Уединение ума Неотвлечение Отсечение усложнений
3. Возвращение на место Частичное пребывание Концентрация на внешнем Частичное пребывание Невещественный объект
4.Тщательное пребывание Продолжительное пребывание: возбуждение и вялость грубого уровня Концентрация на внутреннем Пребывание с верой Великая добродетель
5. Дисциплина Слабость тонкого уровня Навык Непоколебимое пребывание Беспрепятственная ясность
6. Успокоение Возбуждение тонкого уровня Завершение Непрерывное пребывание Прекращение усложнений; покой, свободный от концепций
7. Полное успокоение Контроль за усилиями, но нет автоматизма Усиление Не-ум, яркость сознавания Всегда присутсвующий поток; глубокая ясность
8. Однонаправленность Требуется меньше контроля для автоматизма пребывания Расслабление Сам ум как объект Тихое течение реки; приведение искусственной активности в состояние покоя
9. Равностность Спонтанное пребывание Равновесие, баланс Спонтанное пребывание; ум как он есть Одновременность позиций ума и ментальных событий

Примечания

Let’s block ads! (Why?)

Переосмысление «Афинской школы»

Продолжается сбор средств на работу журнала, поддержать проект можно здесь.

Кайхан Салахов. Астральные (от греч. αστέρι [астери] — «звезда») Космические Исследования: Космополис. Акрил. Ручная работа. 2020

Вытирая пыль

Рафаэль Санти — художник, график, архитектор эпохи Ренессанса. Считается одним из выдающихся представителей умбрийской школы. Свою фреску «Афинская школа» великий Рафаэль Санти написал в период с 1509 по 1511 года. Его из Флоренции в Рим пригласил папа Юлий II для оформления парадных залов Папского дворца. Рафаэль оформил во дворце три зала. Станцу делла Сеньятура украшает его шедевр «Афинская школа». В центре картины, по направлению к зрителю, величественно шествуют Платон и Аристотель. Они не то чтобы спорят, но явно ведут дискуссию. При этом Платон, как и положено «отцу идеализма», указывает пальцем вверх, на небеса. Туда, по его мнению, должны быть устремлены мысли философа, и оттуда он должен черпать свои идеи. А ученик Платона, Аристотель, которого принято считать основоположником материализма, сдерживая порыв учителя, делает ладонью придавливающий жест, как будто призывая держаться ближе к земным проблемам. Со всех сторон они окружены другими мыслителями, которые либо прислушиваются к их беседе, либо разбились на группки, в которых кипят собственные дискуссии.

Фреска «Афинская школа» воплощает величие философии и науки. Ее основная идея — возможность гармоничного согласия между различными направлениями философии и науки — принадлежит к числу важнейших идей гуманистов. Под сводами величественного здания расположились группами древнегреческие философы и ученые. Единство философий — в разнообразии отдельных школ и личных мнений. Так складывается великая симфония человеческого познания. Этому не мешает разобщенность мыслителей в пространстве и времени. Напротив, познание объединяет всех, кто искренне к нему стремится. Так или иначе, если вспомнить разграничение всех философов на материалистов и идеалистов, то можно сказать, что Аристотель фактически высказал основную мысль материализма, т. е. что дух не может существовать вне материи (в противоположность Платону, который утверждал обратное). Эта борьба двух направлений длится вот уже почти две с половиной тысячи лет: идеалисты выступают за то, что духовное — особая субстанция, существующая независимо от материального и управляющая им; а материалисты и близкие к ним философы утверждают, что идеальное — продукт особым образом организованной материи, и существует лишь в связи с материальным. Платон и Аристотель как бы воплощают эту борьбу указанных направлений мысли.

***

Перед тем, как приступить к своему итоговому замыслу произведения, от себя я бы хотел добавить, что приведенное выше описание данной фрески, которое я нашел в интернете, весьма упрощает замысел Рафаэля. Более того, это одно из лучшего, что мне удалось найти. Если зайти в «Википедию» или на другие ссылки по запросу «„Афинская школа“ Рафаэля», то везде будет почти одинаковое описание работы:

«Не все фигуры на фреске можно идентифицировать со стопроцентной уверенностью, однако великих греческих философов Платона (427 – 347 гг. до н. э.) и его ученика Аристотеля (384 – 322 гг. до н. э.) легко узнать по названиям книг, которые они держат в руках. Рука Платона обращена вверх, а рука Аристотеля — вниз, раскрытой ладонью к земле. В этих жестах сконцентрированы их философские идеи — у Платона более абстрактные, у Аристотеля более практичные и логически обоснованные».

«В центре, среди персонажей, группирующихся у мощных арочных устоев, в нишах которых помещены статуи Аполлона и Минервы, изображены Платон и Аристотель. Их жесты — первый указывает на небо, второй простирает руку к земле — дают представление о характере их учения».

«В центре изображены Платон, указывающий на небо, которое, как он считал, определяет всю человеческую жизнь, и Аристотель, простерший руку над землей».

«Прекрасно охарактеризованы они на великолепной картине Рафаэля „Афинская школа“: Платон изображен на ней поднявшим руку к небу, к царству своих идей, Аристотель — указывающим рукою на землю, область своих исследований».

«Платон и Аристотель как бы воплощают эту борьбу указанных направлений мысли. В известной картине Рафаэля „Афинская школа“ Платон показывает на небо, а Аристотель — на землю».

И так продолжается до бесконечности. Дальше жестов этих двух фигур никто уйти не может.

Рафаэль Санти. Афинская школа. 1511

Отчасти я согласен с тем, что в картине выражена основная идея: «возможность гармонического согласия между различными направлениями философии и науки…», хотя об этом чуть позже, но сведение Платона и Аристотеля до простых двойственных конструкций, как идеализм и материализм, на мой взгляд, является довольно грубым жестом в сторону более тонкого замысла автора. Интерпретация этой картины как некой дискуссии между одним путем и другим, или трактовка, что происходит некоторое примирение между разными подходами, становится и вовсе бессмысленной, если немного покопаться в истории.

Во-первых, есть много информации из разных источников о том, что Аристотель никогда не утверждал однозначно, что материя первична по отношению к идее. У него немало противоположных по смыслу высказываний. Несмотря на весьма обстоятельную и вполне материалистическую критику идеализма Платона, Аристотель не был последовательным материалистом. Он рассматривал вещи (явления) как единство материи и формы. Материя — это возможность формы, а вся реальность — последовательный переход материи в форму, формы в материю. По его мнению, удвоение мира на мир вещей и мир идей не имеет смысла. Аристотель считал, что основой учения об идеях является отделение общего от единичных вещей, а на самом деле оно существует в них самих. Аристотель предполагал, что между каждой отдельной вещью и идеей этой вещи тоже должно существовать что-то общее. Если это общее — идеи (а по Платону идеи и есть общее), то мы имеем дело уже не с двумя, а с тремя мирами, где один — мир вещей, а два других — миры идей, но между всеми этими мирами тоже должно быть что-то общее.

В отношении Платона искусствоведы, как и многие философы, упустили из виду лекции Артура Лавджоя, в которых Платон раскрывается таким же недвойственным, как и Аристотель. В «Великой цепи бытия» Лавджой попытался ответить на вопрос, который постоянно возникал в истории философии и который теперь стоял перед ним: существуют ли рациональные и постижимые человеческим умом основания мира и в чем они заключаются? Задавшись этим вопросом, он представил интеллектуальную историю в контексте развития трех принципов: принципа изобилия (plenitude), принципа непрерывности (continuity) и принципа линейной градации (unilinear gradation). Впервые они были обозначены в философии Платона и Аристотеля. Лавджой считал, что Платон стоит у истоков двух противоположных тенденций. Для первой характерно стремление к потустороннему (otherworldliness), вера в то, что «подлинная „реальность“ и истинное благо полностью противоположны по своей сути всему, что составляет обычную человеческую жизнь и повседневный человеческий опыт». Для второй тенденции характерен интерес к посюстороннему (this-worldliness). Он включает веру в существование обыденного мира: несмотря на неполноценность и неудовлетворительность нашего знания о нем, это мир, «которого, по-видимому, быть не должно, но который все же несомненно есть». По Лавджою, эти две тенденции послужили причиной возникновения теологического дуализма и внутренних конфликтов в истории религиозной мысли Запада. Они имели и другое важное следствие: платонизм ввел в теологию понятие Двух-Богов-в-Одном. Об этом довольно блистательно упоминает в своей книге «Краткая история всего» Кен Уилбер:

КУ: Да. И большинство людей думает, что Платон является приверженцем Восходящего пути, который считал этот мир, Землю и все, что на ней есть, бледной тенью, копией мира Форм, подлинно реального мира.

В: Экофилософы обвиняют Платона в том, что это он привил Западу «ненависть» к материальному миру.

КУ: Да, и эти предположения совершенно не верны. Как показывает Артур Лавджой, Платон, на самом деле, описывает два типа движений, которые мы сегодня называем Восходящим и Нисходящим, и оба эти пути для него одинаково важны. Первый путь, или Восходящий путь, это движение от Многого к Единому, в ходе которого мы понимаем, что за несовершенными формами мира явлений скрывается единый Источник, безусловное Основание, Абсолют, и мы постепенно приходим к пониманию, что этот Абсолют есть Бог.

В: В этом смысле, мы «восходим».

КУ: Да. Но другой путь также важен для Платона, а именно путь выражения Единого во всем многообразии явлений, при котором каждый объект этого мира является совершенным проявлением Единого Духа. Поэтому этот мир, эту Землю, Платон называет «видимым, воспринимаемым Богом».

В: «Нисхождение» Одного во Многое.

КУ: Платон дал западному миру философию «потустороннего» мира. Но, как показывает Лавджой, Платон также дал западному миру почти все термины для осмысления этого мира явлений, для познания чувственно-воспринимаемого, видимого Бога. Весь мир феноменов считался проявлением или воплощением Бога или Абсолюта, и поэтому он также обладал ценностью! Чем больше разнообразие мира, тем глубже духовная природа Бога или Богини. Большинство философских систем Запада связаны с учением Платона. Прислушайтесь к Лавджою, потому что это важно: «Самое замечательное, и менее всего замеченное, в вопросе об историческом влиянии Платона заключается в том, что он не только дал западному миру философию потустороннего мира, ее язык и диалектические методы, но дал язык, методы, направления работы другой, совершенно противоположной ветви, а именно, философии этого мира». И Лавджой делает вывод, что оба эти течения — потустороннее и мирское, восходящее и нисходящее, трансцендентное и имманентное, были объединены Платоном. Как говорит Лавджой: «Здесь переплелись два направления мысли Платона». Восходящий и Нисходящий пути были объединены и составляли одно целое, и это было последнее открытие Платона. Однако в ходе последующего развития произошло то, что эти два направления, или метода, были грубо разорваны. Возникли жесткие разногласия между сторонниками только Восходящего пути и сторонниками только Нисходящего пути. Эти два течения, которые должны были быть объединены, распались на два враждующих лагеря — восходящий и нисходящий, и я стремлюсь проследить историю этой войны.

В: С намерением их интеграции.

КУ: Да. Как сказал в своем знаменитом изречении Уайтхед: «Вся западная философия является серией комментариев к Платону». Это, может быть, и верно, только комментарии эти были направлены друг против друга. Люди стремились занять свою любимую «половину» Платона, мир форм или мир явлений, и редко стремились охватить его философию как целое. Мы не должны делать выбор в пользу одного из фрагментарных комментариев к Платону. Восходящий и Нисходящий пути были у Платона изначально объединены, и они, без сомнения, были едины у его ученика Плотина.

Я думаю, этого вполне достаточно, чтобы довольно четко и ясно осознавать тот факт, что в картине Рафаэля «Афинская школа» нет никакого спора между «двумя разными подходами» или попыток гармонизировать эти два пути в лице «примирения» двух враждующих направлений, потому что фигуры Платона и Аристотеля, соединенные вместе на фреске, впрочем, как и в лице их самих, уже изображают недвойственность как таковую. Вместерожденность. Оба эти пути, как Восходящий и Нисходящий подход, уже слились и интегрировались в один-единственный путь. Этот путь уже предстает изначально взаимосвязанным. Путь восхождения — исключительно трансцендентальный путь, которому свойственно пуританство, аскеза, отрицание чувственности, сексуальности, тела и сведение проявленного мира к иллюзорному злу, от которого нужно избавиться, от которого нужно сбежать в царство не от мира сего. Как правило, для всех, кто следует путем восхождения, нисхождение в любом роде является той же иллюзией и злом, как и весь проявленный мир. Путь нисхождения же придерживается прямо противоположного. Этот путь прославляет тело, чувственный опыт и сексуальность, отождествляет Дух с проявленным миром, а потому проявленный мир является высшем раем, который только доступен человеку. Точно так же, как и восходящий подход, нисходящий с большим подозрением относится к любым восходящим структурам.

Оба пути, взятые отдельно сами по себе, имеют свой собственный ряд ограничений, которые весьма очевидны. Идеализм, порождаемый восходящей системой, в которой итоговое спасение и освобождение обретается лишь только после смерти, а не в самой жизни, рождает категорическое отрицание плотского, чувственного, жизненного, земного и материи в целом, сведение всего проявленного мира к «злу» уже является сильным заблуждением точно так же, как и отсутствие трансценденции в пути нисхождения. Ведь если нет никакой трансценденции, тогда нет возможности возвыситься над чувственно воспринимаемым. Нет возможности прийти к более глубокой, широкой и высокой взаимосвязи между всеми сознающими существами. Без какого-либо рода трансценденции или восхождения все, что нам остается, — это только нисшедший мир, который отчужден и полон страданий. Если внимательно проанализировать оба направления, то можно заметить, что каждое из них может научить чему-то очень важному. Это «важное» и показал Рафаэль, объединив и Платона, и Аристотеля в одну общую фигуру, а не в две отдельные, и это принципиально важно понимать. В его фреске нет никакого дуализма, ибо Рафаэль изобразил уже присутствующую, изначальную недвойственность.

Кайхан Салахов. Астральные (от греч. αστέρι [астери] — «звезда») Космические Исследования: Космополис. Фрагмент. Акрил. Ручная работа. 2020

Гений художника способен закладывать в один и тот же образ бесконечное количество смыслов, доступных как на личностном, так и на надличностом уровне. Как и Микеланджело, который изобразил в библейском сюжете и сотворение Адама, и структуру человеческого мозга, и пророчество Иоахима Флорского (более подробно об этом можно посмотреть в моей картине «Астральные Космические Исследования: Божественная Матрица»), Рафаэль спрятал в кажущемся «споре» визионерскую идею об интеграции восходящего и нисходящего подхода. Иными словами, она показал недвойственность. Вместерожденный процесс Космоса, который прекрасно описывается в книге Дэниела П. Брауна «Указывая великий путь. Махамудра: этапы медитации», которая опирается на восточную траснцендентальную мудрость. Приведу несколько цитат из этой книги:

Присущее уму сознавание и происходящие в нем ментальные события возникают одновременно, то есть «рождаются вместе» в каждый момент восприятия. Другими словами, сознавание, присущее уму, и ментальные события, происходящие в обычном сознании, представляют собой нераздельное единство, и восприятие их как раздельных — двойственное восприятие — является ошибочным. Прямое постижение недвойственности сознавания и ментальных событий является важнейшим предварительным условием пробуждения ума.

Основателем традиции Махамудра считается бенгальский брахман Рахула, который позже стал известен как Сараха. После реализации Сараха прекратил выполнять брахманские ритуалы, отказался от целибата и взял себе жену из низшей касты. Был автором первых песен о махамудре. Эти тексты и составляют первоисточник традиции. В этих произведениях определены некоторые из основных аспектов махамудры. В них утверждается, что для того, чтобы обрести безошибочное воззрение, характерное для тончайшего ума, необходимо получить указующие наставления от учителя. Безошибочное воззрение — это ум в его естественном состоянии, определяемый концепцией вместерожденности, который объединяет абсолютную истину с блаженством относительной истинны и фундаментальной недвойственностью ума. В текстах подчеркивается, насколько важно не препятствовать спонтанной относительной деятельности ума. Это безошибочное воззрение можно обрести, лишь приняв нераздельность мудрости и искусных методов и отказавшись использовать для подобного обретения относительные методы, которые основаны на искусственной активности. Сараха отрицает относительные практики, такие как брахманские церемонии, аскетизм, медитацию, изучение доктрин и тантрическую практику садханы. Вместо этого практикующие просто позволяют уму «пребывать» — в непрерывной связи с безошибочным воззрением — и учатся обнаруживать пробужденную мудрость как неотъемлемый аспект ума, находящегося в своем естественном состоянии, а затем сохранять свою реализацию.

На определенном уровне и этапе практики ученики достигают состояния проникающего видения, которое уже начинает присутствовать автоматически в распознавании ментальных событий. Каждое ментальное событие непосредственно в момент своего возникновения проявляется как ясный свет. Сами ментальные события становятся движущей силой проникающего видения. Когда проникающее видение углубляется и созревает в мудрость, то, что до сих пор было препятствием, начинает приносить пользу. Практикующие используют на пути обстоятельства, которые раньше были препятствиями. Такие эмоции, как привязанность и неприязнь, а вместе с ними и ложные концепции способствуют зарождению проникающего видения: «Сказано, что страсть — это нирвана, как и привычки, ненависть, неведение. Такая реализация — это и есть естественное состояние реализованного ума. Реализация и привязанность недвойственны». Все ментальные события приводят к одной и той же реализации, потому что происходит постижение того, что обычное сознание и пробужденная мудрость — это одно и то же. Поэтому сансара, прямой опыт восприятия которой происходит в рамках потока ума, и нирвана нераздельны: «То, что предстает как истинная мудрость, мало чем отличается от концептуальных построений сансары. То, что называется „сансара“ — это не что иное, как то, что называется нирвана. Такие феномены сансары, как привязанность и неприязнь, и есть нирвана». Обычные ментальные события приобретают особую важность, поскольку являются настоящим механизмом достижения просветления. Понимание истинной природы ума должно сохраняться несмотря на то, что в потоке ума продолжают стремительно возникать разнообразные ментальные образования: истинная природа мыслей пребывает в дхармакае (абсолютное проявление духовной сущности). Многие люди, как кажется, сомневаются, что мысли — это дхармакая. Они полагают, что мысли не могут стать настоящим механизмом достижения дхармакаи. Такие практикующие не препятствуют возникновению мыслей, но все еще не в состоянии безошибочно понять окончательную природу мыслей. Поэтому у них не зарождается проникающее видение. Другие не могут понять, как пребывать в дхармакае — истинной природе мыслей. Они пытаются это понять, но сомневаются в ценности этого пребывания и потому остаются в неведении. Они ждут, что произойдет некая трансформация, в результате которой проявляется истинная природа мыслей и дхармакаи, но при этом препятствуют возникновению мыслей в потоке ума.

Несмотря на то, что такие люди знают разницу между пониманием и неведением, они все еще препятствуют когнитивным процессам, и поэтому не могут реализовать дхармакаю когнитивных процессов. В традиции устных наставлений приводится пример природы солнечного света: «Может ли светить солнце, если у него нет лучей? Может ли пробужденная мудрость обнаружится, если нет мыслей?». Двумя самыми распространенными ошибками являются: не понимать, как пребывать в дхармакае, и при этом не препятствовать возникновению мыслей; и понимать, как пребывать в дхармакае, но препятствовать возникновению мыслей.

Потеря пути устраняется пониманием, что то, что возникает, и его освобождение, происходят в одно и то же время.

Как художник, чувствующий и понимающий других художников, я не могу не подчеркнуть многоуровневый смысл «Афинской школы», в сюжете которой, в лице Платона и Аристотеля, зашит более глубокий замысел о вместерожденности абсолютной и относительной реальности. Настоящие гении творчества опережают время на сотни лет вперед, а потому важно всегда обновлять интерпретации искусствоведов, которые статистически не опережают свое время. Нельзя просто так посмотреть на картину Микеланджело, Джотто, Леонардо да Винчи, Рафаэля и других мировых гениев, присвоить ей однозначную интерпретацию и больше ее не рассматривать и не обновлять снова и снова, руководствуясь лишь теми временными рамками, в которых создавалась та или иная картина, для анализа этих полотен. Творческий гений опережает время. Интерпретации — нет. Особенно если никто и никогда их не обновляет. Картины гениев — это не полотна, которые можно покрыть интерпретационной пылью того или иного времени и более никогда их не прочищать. Наоборот, картины гениев должны всегда оставаться чистыми от временной грязи устаревших смыслов, дабы проявить свою подлинную вневременность. Поэтому как и с сюжетом картины Микеланджело «Сотворение Адама» /  «Астральные Космические Исследования: Божественная Матрица» перед тем, как приступить к описанию своего замысла, я посчитал совершенно необходимым во вступительной части этого текста протереть данное полотно Рафаэля чистым сознаванием, оттерев его от устаревшей пыли, дабы проявить более глубокое видение автора, чтобы его детище вновь засияло блеском вневременности в качестве моего уважения перед ним.

Кайхан Салахов. Астральные (от греч. αστέρι [астери] — «звезда») Космические Исследования: Космополис. Фрагмент. Акрил. Ручная работа. 2020

Космополис

В качестве наиболее легкого и исчерпывающего введения в «Космополис» я решил использовать в роли основного примера «Проект Венера». «Проект Венера» (англ. The Venus Project) — некоммерческая международная неправительственная организация, созданная Жаком Фреско вместе с Роксаной Медоуз и занимающаяся реализацией проекта, направленного на достижение мирной, устойчивой, постоянно и стабильно развивающейся глобальной цивилизации, через переход ко всемирной ресурсо-ориентированной экономике, всеобщей автоматизации, внедрению всех последних научных достижений во все области жизни человека и применению научной методологии принятия решений.

В качестве основных своих дальнейших размышлений я решил использовать гипотетическую идею о том, что человечеству удалось преодолеть субъектно-объектный дуализм (более подробно с этим можно ознакомиться в моей предыдущей картине «Астральные Космические Исследования: Встреча с Великим Архитектором») и направить развитие и использование технологий не в технофашисткую киберкратическую систему, а в холистическую, подлинно интегральную, основанную на сострадании и созидании. Вполне возможно, что такого сценария никогда не будет, и человечество никогда не выйдет из замкнутого круга ненависти, но если выйдет, то через длинные серии общечеловеческих страданий и планетарных катастроф, которые смогут пробудить спящее сознание этого вида в сторону сострадательного взаимодействия друг с другом на всех уровнях этой реальности. Но, тем не менее, допускать для себя, хоть даже и гипотетически, возможное единство человечества стоит иначе, ведь попросту горизонта никто никогда не увидит, если никто не будет пытаться его найти.

Космополис является наивысшим достижением инженерной и архитектурной мысли, которая только доступна для создания той или иной высокоразвитой цивилизации. Благодаря наилучшим достижениям в области технологий, Космополис, как сверхкомпьютерная система вселенского масштаба, мгновенно получает информацию из всех солнечных систем, из всех звездных и галактических скоплений о текущем состоянии каждого микро– и макрообъекта, находящего в них, будь то движение дождевого червя на планете Земля или взрыв сверхновых в отдаленных галактиках. На основе полученной информации Космополис генерирует метастратегии развития той или иной грани реальности от наиболее оптимальных способов сохранения и распределения ресурсов во Вселенной, до генерации наиболее точных и практичных методов пересоздания тех или иных звездных объектов, ради сохранения жизнедеятельности самой материальной Вселенной, предотвращая наступление от Большого Сжатия тепловой смерти, эпохи распада, эпохи черных дыр и эпохи вечной тьмы. Если гипотеза Мультивселенной верна (как предполагал Н. С. Кардашев, размышляя о том, что наиболее развитые цивилизации покинули нашу Вселенную и переселились в другие, более подходящие для них), то Космополис, в том случае, если в той или иной Вселенной ее сохранение не представляется возможным, мгновенно начинает действовать по установленному протоколу саморепликации в других мультивселенных, с дальнейшим перераспределением всех живых существ и ресурсов из умирающей Вселенной в новую. Если гипотеза Мультивселенной не верна, то Космополис, при условиях невозможности сохранения жизнедеятельности Вселенной, генерирует оптимальные стратегии создания еще одной Вселенной внутри умирающей, тем самым делая возможным существование бесконечных количеств Вселенных внутри других Вселенных, перенося самого себя вместе с живыми существами, необходимыми ресурсами и технологиями от одного сосуда к другому, позволяя подобным материальным реинкарнациям существовать вечно. (Более подробно об этом я напишу в своей следующей картине и сквозь призму нового сюжета, поэтому сейчас я ограничусь лишь несколькими словами об этом).

Как и в своих предыдущих картинах, я использую другой термин — слово «Космос», которым чаще всего пользуются в интегральной среде. Космос — термин, рожденный в древнегреческой философии, обозначающий Вселенную, понимаемую как единое, гармоничное, упорядоченное, живое целое (противопоставленное хаосу, или первичному, еще не оформившемуся состоянию Вселенной). В интегральной философии Кена Уилбера понятие «Космос» (Kosmos) используется для обозначения нередукционистского видения Вселенной как эволюционно развертывающегося Целого, включающего в себя не только материальный аспект (физиосферу), но и измерение живых организмов (биосферу), измерение разумных существ (ноосферу) и измерение божественное, или духовное (теосферу, или пневмасферу). Обычно под «космосом» (cosmos) понимается лишь физическая вселенная, однако Уилбер подчеркивает, что в действительности целостное, нередуцирующее видение Космоса подразумевает включение не только поверхностных проявлений, но и Глубины — внутренних граней, а также эволюционных уровней протосубъективности, субъективности, сознания и духа. (Подлинная, действительно целостная (т. е. интегральная) «теория всего», в отличие от крайне ограниченных физических теорий «всего», в реальности должна включать в себя, с точки зрения Уилбера, на самом деле все (многолинейные процессы эволюции сознания и культуры), а не только лишь описания физических взаимодействий на микро– или макроуровне). Следовательно, Homo Kosmicus, как и Kosmopolis, я пишу с буквы K. Это важно учитывать, так как Космополис является вселенской платформой или, так скажем, космической подушкой для медитации, наиболее развитой формы жизни, как Homo Kosmicus, благодаря которой она может спокойно сконцентрироваться на самых глубоких аспектах постижения Космоса, избавив себя от необходимости отвлекаться на что-либо еще, кроме этого.

Фундаментальный подход к формированию живого разумного существа в Космополисе в корне отличается от обыденной системы образования в современном мире. Общие сходства могут быть лишь в только в сознательном выборе, каким именно методом появится то или иное живое существо, будь то естественный путь оплодотворения или искусственный. Представлений о том, что такое деньги, власть, политика, расовые, гендерные и культурные войны, и прочих рудиментов прошлого в виде наркотиков, работорговли, сексуального насилии и рабства и т. п. не существует в структуре Космополиса. Не существует победителей и проигравших, не существует признанных и не признанных, богатых и бедных, образованных и необразованных. Вся структура развития индивидуума в Космополисе сосредоточена в четырех фундаментальных этапах постижения Космоса, а именно:

Природный мистицизм.

Духовный мистицизм.

Бесформенный мистицизм.

Недвойственный мистицизм.

Кайхан Салахов. Астральные (от греч. αστέρι [астери] — «звезда») Космические Исследования: Космополис. Фрагмент. Акрил. Ручная работа. 2020

Homo Kosmicus

Природный мистицизм состоит в том, что личность может временно растворить ощущение отделенности своего «я» и обнаружить тождественность со всем грубым, или сенсомоторным миром. В такой момент нет разделения на субъект или объект, «внутренее» или «внешнее» более не имеет смысла. Наблюдаемый объект и наблюдатель становятся одним. Границы отделенного Я растворяются, и происходит узнавание своей взаимозависимой природы во всем созерцаемом мире. Смотрящий исчезает, а наблюдаемая им планета, звездное скопление или галактическое скопление со всеми небесными телами и одушевленными и неодушевленными объектами, становятся им самим. Важно понимать, что индивидуум может легко определить, где заканчивается его тело, а где начинается окружающая среда, — это не психотический адуализм. Смотрящий постигает высшее Я, узнавая свою природу в проявленном Сверх Я всего Космоса. На этом этапе сознавание индивидуума трансцендируетсвои исключительно индивидуальные аспекты. Речь более не идет об отождествленности с грубым телом; речь идет об отождествленности с ролью. Таким образом, смотрящий прекрасно отдает себе отчет в том, что он и проявленный мир — это одно и то же, но это не мешает ему выстраивать свою идентичность со своей  ролью в этом мире, а наоборот, помогает ему расширить свое сострадание до масштабов всей Вселенной, потому что его индивидуальные аспекты трансцендировали, развили и включили в свое поле все живое. Такие понятия ролей как «Я отец», «Я мать», «Я муж», «Я жена», «Я член Космополиса», «Я инженер на космической станции в галактике Андромеда» продолжают существовать, но вместе с тем индивидуум постигает свое глубокое единство, которое наполняет его лучезарностью космического сознания.

Постижение духовного мистицизма состоит в том, что индивидуум начинает осознавать не просто единство с грубым миром природы, а свое более глубокое единство с тонкими измерениями Космоса в его нематериальном аспекте (в мировых традициях современности такое постижение Космоса трактуется по-разному, но все эти трактовки сходятся в том, что происходит слияние с Богом, Абсолютным разумом, Брахманом, постижение самбхогакайи и т. п.)

Постижение бесформенного мистицизма состоит в том, что смотрящий открывает для себя непроявленную часть Космоса. Все объекты и тонкое измерение и даже в своей явленной для постижения форме исчезают в состоянии пресечения и прекращения. То, что «наблюдает» индивидуум в этом состоянии, есть бесконечное ничто, которое слишком наполнено, чтобы была возможность в этом удержать что-либо как субъект или объект, в каком-либо образе или звуке. Это чистое сознавание — предсущее субъектам и объектам, предсущее феноменам, предсущее вещам, предсущее всему. Оно всецело вневременно, внепространственно, внеобъектно. Это состояние чистого Бесформенного Свидетеля, Бесформенной Пустоты Космоса. В современном мире многие традиции считают это состояние пресечения предельным состоянием, итоговой конечной точкой для всего развития и эволюции сознания, которое приравнивается к полному Просветлению. Но это не «конец истории», согласно тем же недвойственным традициям современного мира. Индивидуум, постигший природу предсущего чистого Свидетеля, в которой он сам узнает свою вневременную изначальную вечную бесформенную природу, совершает глобальную интеграцию всех уровней и всех предыдущих состояний, в том числе и бесформенного, и возвращается из чистой пустоты Космоса в его проявленный аспект (из непроявленного) с недвойственным пониманием, что «Пустота — это Форма. Форма — это Пустота». Границы между Космосом как формой в виде всевозможных миров и измерений вместе с его бесформенной  природой чистой Пустоты исчезают, и постигается вместерожденный процесс. (О вместерожденности уже упоминалось выше в части «Вытирая пыль»).  Все продолжает ежемоменто возникать — весь Космос продолжает возникать из мгновенья в мгновенье, но нет ничего и никого отделенного, кто наблюдал бы эти проявления, есть лишь сами проявления, спонтанно возникающие в творческой первооснове Космоса. Наблюдатель, смотрящий на галактические скопления, сохраняет себя как наблюдатель, созерцающий ту или иную галактику, а галактики — это все еще галактики в этом скоплении, но вместе с тем и наблюдатель, и само галактическое скопление — две стороны одного и того же переживания, которое есть одна-единственная реальность, существующая в тот или иной момент времени. Это и есть чистый непрерывный Космический континуум, в котором такие понятия, как масса, энергия, наблюдатель и наблюдаемое, время и пространство, жизнь и смерть, материальное и тонкое, временное и вневременное, форма и пустота распознаются взаимосвязанными вплоть до полной нераздельности. В этой высшей реальности Космического Сознания нет никаких границ.

Кайхан Салахов. Астральные (от греч. αστέρι [астери] — «звезда») Космические Исследования: Космополис. Фрагмент. Акрил. Ручная работа. 2020

После Вселенной

Важно отметить (на данный момент времени), за всю историю человечества полной реализации Космического сознания достигло менее 1% человечества. Переходы от одного уровня к другому, учитывая индивидуальные особенности каждого гипотетического жителя Космополиса, несмотря на всеохватный подход к образованию и холистичности самой среды, может занимать сотни, если не тысячи лет. В Космополисе трансгуманизм полностью интегрален и не несет в себе и тени технократии. Каждый житель живет ровно столько, сколько он хочет. Напрашивается уместный вопрос: чем еще будут заняты жители Вселенского Космополиса, площадь которого исчисляется галактическими скоплениями? Что они будут делать, помимо трансформации своего сознания во время и «после» пути? Ответ довольно прост и весьма очевиден. Масштабы деятельности действительно безграничны.

Дело в том, что в мире, в котором существует такое сообщество и такие технологии, духовные практики и внешнее бытование выходят за пределы одного единственного тела. Каждый индивидуум может использовать энное количество суррогатов и электронных копий для того, чтобы одномоментно присутствовать и на самых лучших вечеринках в галактиках Burning Space, одномоментно путешествуя другими телами по Вселенной, занимаясь созерцательной космической медитацией, параллельно изучая электронными копиями все области науки, философии и творчества, мгновенно применяя приобретаемые знания как в жизни, так и в VR-системе киберпространства, не отвлекаясь от фундаментальной практики основным носителем, который погружен в глубокое постижение четырех краев Космоса, где-то далеко-далеко на задворках космического пространства на уединенной планете, пригодной для жизни, управляя всем своим оркестром лишь силой мысли. Возможности по-настоящему безграничны. Можно заниматься чем угодно, когда угодно и где угодно.

После реализации на всех четырех уровнях индивидуум может спокойно покинуть свое физическое тело, или же остаться и продолжить заниматься тем, что будет ближе ему по душе, но если бы вы спросили, какую бы деятельность выбрал бы я сам после полной реализации, я бы непременно ответил, что занялся бы высшей формой творчества, а именно: Космической Инженерией — чему будет посвящена целиком и полностью моя следующая картина.

Кайхан Салахов. Астральные (от греч. αστέρι [астери] — «звезда») Космические Исследования: Космополис. Фрагмент. Акрил. Ручная работа. 2020

Анализ картины

На моем полотне четыре стадии развития сознания обозначены разными цветовыми конфигурациями. В правом углу среди всех фигур присутствует одна, которая включает в себя золотые сферы на голубом лицевом контуре. В оригинале «Афинской школы» этой фигурой является сам Рафаэль. В моей картине он олицетворяет первую стадию познания, а именно: природный мистицизм. Все фигуры, состоящие из черной геометрии с голубыми сферами, символизируют вторую стадию познания — духовный мистицизм. Ну и дальше по логике развития: полностью черные фигуры — бесформенный мистицизм, а фигуры с золотой и голубой геометрией — недвойственный мистицизм. Арка черного цвета, которая призрачно отделяет пространство Космополиса от космического пространства как такового за ним, обозначена данным цветом, чтобы подчеркнуть некой линией, которая гипотетически существует в дуалистическом сознавании, разрыв в понимании недвойственности и вместерожденности абсолютного уровня реальности и относительного, который необходимо устранить, так как в действительности никаких границ нет. Знак октаграммы, расположенной над фигурой Аристотеля и Платона, является фундаментном моего творчества, на основе которого и создаются все мои полотна, смысл которого я поясняю у себя на Youtube канале.

Почему фигуры состоят из геометрии и сфер? Потому что таким образом я легко могу изобразить в виде линий сознание того или иного индивидуума, распределенное в разных местах Вселенной или Вселенных, которые изображены в виде больших и малых сфер, при помощи своих суррогатов и электронных копий, а также тонкими проекциями в нематериальных измерениях Космоса. Треугольник, состоящий из сфер, располагающийся в основании ступеней Космополиса, символизирует основные четыре ступени эволюции сознания, в центре которой появляется вторая эмблема астральных космических исследований, как знак раскрытия Ока Космического Сознания во всех направлениях Космоса от физиосферы и биосферы до ноосферы и пневмосферы, а также является отсылкой к треугольнику Аристотеля и Платона. В левой части полотна расположены два куба. При помощи навигационной системы Космополиса Космические Инженеры прокладывают новый маршрут города в удаленные части Вселенной, будто бы работая над новыми ветвями космического метрополитена. У основания Космополиса квадратными символами написана фраза на моем языке космокибернетических иероглифов, смысл которой будет открыт лишь только владельцу данного полотна. Слева и справа от иероглифов стоят две фигуры, которые держат в своих руках мой знак Космического Сознания — присутствие и смысл которых я оставлю свободным для интерпретаций.

Самый важный вопрос во Вселенной

Этой работой я хотел задать один очень важный вопрос, над которым нам всем иногда стоит думать в наше свободное время. Читая общий замысел этой картины, в процессе ее живого созерцания, я бы хотел, чтобы вы задали себе этот вопрос и постарались на него ответить. Как тебе такое, Илон Маск?

Let’s block ads! (Why?)

Нейрональные корреляты недвойственного сознавания в медитации

Оригинал статьи на английском языке был опубликован в журнале «Анналы Нью-Йоркской академии наук» (Ann NY Acad Sci 1307: 9 – 18. 2014. © The New York Academy of Sciences). Перевод выполнен Никитой Свистуновым под редакцией Сергея Гуленкина с разрешения автора специально для журнала «Эрос и Космос».

Мауриц Корнелис Эшер. День и ночь, февраль 1938. © The M. C. Escher Company

Такие дуальности, как «я» и «другое», «хорошо» и «плохо» и «внутри группы» и «вне группы», являются распространенными чертами человеческого опыта, структурирующими большинство когнитивных и аффективных процессов. Тем не менее, совершенно другой способ переживания, в котором такие двойственности ослаблены, а не укреплены, также доступен. Он зависит от распознания в потоке нашего сознания недвойственного сознавания (НДС) — фонового сознавания, которое предшествует концептуализации и намерению и которое может контекстуализировать различное перцептивное, аффективное или когнитивное содержимое, не разделяя поле опыта на привычные дуальности. Эта статья вносит на обсуждение НДС, как оно переживается в тибетской буддийской медитации, и рассматривает результаты нашего исследования влияния НДС на антикоррелятивные внутренние (или сеть пассивного режима работы мозга — нервная сеть взаимодействующих участков головного мозга, активная в состоянии, когда человек не занят выполнением какой-либо задачи, связанной с внешним миром, а, напротив, бездействует, отдыхает, грезит наяву или погружен в себя. — Прим. перев.) и внешние сети (нервная сеть, модулирующаяся с помощью внешней сенсорной стимуляции в мозге. — Прим. перев.) в мозге. Также обсуждаются предварительные данные из текущего исследования НДС с минимизированным феноменальным содержанием, которое указывает на участие сети предклинья в НДС.

Введение

Азиатские созерцательные философии, восходящие по крайней мере к IV веку н. э.1 и, возможно, еще к VIII веку до н. э.2, описали структурирование человеческого опыта с помощью субъект-объектной дихотомии, сопровождаемое конкуренцией между изнутри и извне управляемой психической деятельностью. Такое структурирование было обозначено как дуальность и рассматривается как фрагментация области опыта на необязательно антагонистические полюса, такие как «внутреннее» против «внешнего», «я» против «другого», «хорошее» против «плохого» и «сознание» против «материи». Корни этой дуальности понимаются по-разному как восходящие либо к базовой идентификации себя с телом и разумом, либо к представлению о независимом самобытии в людях и объектах, либо к грамматической структуре языка, которая неизбежно организует познание вокруг дихотомии субъект-объект.3 В современной науке также наблюдались различные аспекты дуальности. Биологические корни «я» и «не-я» связывали с функционированием иммунной системы,4 с интероцептивными и экстероцептивными нейронными картами, представляющими границы тела,5,6 и с картами влияния взаимодействий с окружающей средой на гомеостаз внутренних систем организма.7 Дуалистическая структура когнитивных процессов изучалась в отношении «самореферентных» (связанный с собственным «я». — Прим. перев.) против «аллоцентрических» (связанный с чем-то внешним, с другим. — Прим. перев.) познаний,8,9 а также социальных конструктов, таких как внутригрупповое или внегрупповое членство.10 Хотя большинство таких двойственностей возникают естественным образом, их психологическое «цементирование» может привести к чрезмерной фрагментации опыта.

С точки зрения крупномасштабной организации коры, интересная, но спекулятивная идея состоит в том, что эта фрагментация человеческого сознания отражает широкое разделение коры на внутреннюю и внешнюю сети.11,12 Временные ходы этих двух широких мозговых сетей обычно антикоррелируют, даже когда субъекты находятся в состоянии покоя.13 – 15 Каждая из двух глобальных сетей состоит из нескольких подсетей, которые соотносятся со зрением, слухом, сенсомоторной функцией, эпизодической памятью, произвольным вниманием, выделением и исполнительным контролем.19 Внешняя сеть положительно реагирует на задачи, связанные с внешними стимулами, и включает в себя дорсальную сеть внимания, префронтальную сеть когнитивного контроля, а также сенсорные и моторные сети. Внутренняя сеть, или сеть пассивного режима работы мозга, реагирует более сильно, когда мы не вовлечены в задачу (но см. ссылку 20), и включает в себя срединную базовую сеть (midline core network) и медиальную сеть височной доли, объединяя области предклинья, коры задней части поясной извилины, нижней теменной доли и медиальной префронтальной коры, а также области гиппокампа в медиальной височной доле. Внутренняя сеть вовлечена в широкий спектр самореферентных процессов, включая самосознание или саморефлексию, будущее планирование и принятие решений о своем текущем личном состоянии, построение сцены из памяти или воображение будущего, творчество, а также блуждание ума.21 – 24 Межобластные корреляции, указывающие на функциональную связность между узлами внутренней сети, демонстрируют различные изменения на разных стадиях сна, седации и гипноза, и это даёт основания предполагать, что состояние сознания индивидуума может оказывать существенное влияние на синхронизацию между этими областями.25 – 28 Особый интерес в этом отношении представляют исследования, в которых изучаются изменения функциональной связности узлов внутренней сети / сети пассивного режима работы мозга у пациентов с минимальным сознанием.29 – 31 Исследования, включающие таких пациентов, а также исследования возврата к сознанию из анестезии, указывают на центральную роль областей, которые составляют внутреннюю сеть, и предклинья в частности, в сознании.32 – 34

Одна из центральных, хотя и сложных с научной точки зрения, идей недвойственных созерцательных традиций, в частности дзогчен и махамудры в тибетском буддизме и адвайта-веданты и кашмирского шиваизма в индуизме, заключается в том, что на некотором фундаментальном уровне человеческий опыт не разделяется на противоположные дуальности, но что такая фрагментация, будучи универсальным условием человеческой жизни, все же является побочной для более единой реальности, лежащей в основе нашего повседневного опыта.35,36 Такой единый опыт возможен, с точки зрения этих традиций, из-за наличия аспекта нашего сознания, который не опирается на дуалистические концептуальные конструкции и символические представления для познания. Таксономии сознания, разработанные в этих традициях, распознают различные уровни психического функционирования, примерно соответствующие перцептивным, аффективным и когнитивным содержаниям и глобальным состояниям активации, таким как бодрствование, сон и глубокий сон. К ним они добавляют различные измененные состояния сознания, возникающие при медитативном поглощении; субстратное сознание, которое считается вовлеченным в сохранение воспоминаний; и неконцептуальное недвойственное сознавание (НДС), которое пребывает, обычно не распознанное, на фоне всего сознательного переживания.37 Это фоновое сознавание в медитации предстает унитарным и неизменным — ведение, которое само по себе пусто от содержания, однако ясно сознающее и блаженное — в то время как различные сенсорные, аффективные и когнитивные содержания, а также различные состояния активации, предстают перед ним как динамические процессы или, как гласит известная метафора, как образы в зеркале.38 НДС характеризуется, среди прочего, своим рефлексивным свойством — оно знает, что оно сознательно, не полагаясь на последующие моменты концептуального познания.39 Согласно некоторым традициям, наша неспособность обычным образом обнаруживать НДС происходит из-за маскировки этого рефлексивного свойства ошибочными познаниями, возникающими из субстратного сознания. Тогда как НДС переживается в медитации как яркое присутствие пустотного сознавания, которое знает себя напрямую без посредничества концептуальной мысли, субстратное сознание переживается как приятно расслабленное поглощенное состояние, родственное глубокому сну, но не полностью бессознательное, которое узнается задним числом. Вопрос о том, каким может быть отношение НДС к субъективности и чувству себя, был предметом серьезных дискуссий среди различных азиатских философий и выходит за рамки этого обзора.35 – 40

Определение НДС с точки зрения существующих конструкций когнитивной науки является сложной задачей, так как это аспект сознания, который еще недостаточно исследован. Предпринимались попытки классифицировать различные техники медитации на две широкие категории на основе задействованных ими механизмов внимания: сфокусированное внимание (СВ) и открытый мониторинг (ОМ), причем медитация НДС (тиб. Rig-pa) классифицировалась во второй категории.41 Как указывалось нашей группой и другими, ключевые особенности НДС дифференцируют стиль медитации НДС как третью категорию медитации.42,43 Эти различия будут обсуждаться в следующем разделе.

Подходы к практике медитации

На протяжении многих веков в различных созерцательных традициях возникали разные подходы к решению проблемы двойственности. Некоторые подходы выбрали монистическое решение, пытаясь отвергнуть ту или иную сторону опыта, например, преуменьшая значение субъективного в пользу объективного или наоборот. Другие подходы попытались покончить как с субъективными, так и с объективными аспектами опыта, и стремятся к полному прекращению опыта сродни глубокому сну. Наконец, в недвойственных подходах субъективные и объективные полюсы опыта воссоздаются в рамках базового пространства НДС и при этом понимаются как две стороны единого поля переживания. В некоторых созерцательных традициях аспекты этих разных подходов рассматриваются как этапы прогресса в практике медитации, а фактическая цель — недвойственный подход.35,36,44

Исключительно субъектный подход

Идея исключительно субъектного подхода состоит в том, чтобы ограничить возникновение внешних психических процессов, связанных с опытом окружающей среды, обычно посредством сосредоточения внимания на некотором внутреннем аспекте опыта, связанном с самим собой, будь то перцептивный, аффективный или когнитивный аспекты. Такой подход встречается, в частности, в некоторых школах веданты и санкхья-йоги.45 Исследования техник, которые преследуют эту цель, показали повышенную активность узлов внутренней сети, или сети пассивного режима работы мозга, в частности, медиальных префронтальных и медиальных теменных кортикальных слоев.46 – 48 Цель таких медитаций традиционно обозначается как «повышение самосознания» или «реализация чистого сознания или Я». Это согласуется с современными выводами о роли внутренней сети в самосознании и организации опыта.49, 50 Важное озарение, которое приходит из таких медитативных практик и перекликается с современным пониманием функционирования мозга, — это осознание того, что опыт человека зависит от его ума.51 В некоторых традициях это осознание распространилось до идеалистического представления о том, что сам физический мир нереален и является просто конструкцией ума.52

Исключительно объектный подход

Идея, лежащая в основе исключительно объектного подхода, заключается в том, чтобы ограничить субъективную сторону опыта и связанные с «я» психические процессы и подчеркнуть объективную внешнюю сторону, обычно посредством сосредоточения внимания на мгновенной природе чувственного опыта.53 Этот подход встречается преимущественно в более ранних буддийских традициях, таких как тхеравада и дзен, хотя как базовая форма буддийской практики он распространен во всех буддийских школах, поскольку для точности наблюдения за когнитивными и эмоциональными процессами необходима некоторая степень стабильности внимания. Метод состоит в том, чтобы культивировать СВ, начиная с дыхания в качестве объекта фокуса, после чего обычно следует  практика открытого непредвзятого мониторинга всего, что возникает в опыте от момента к моменту.54 Такой фокус внимания на чувственном измерении опыта ослабляет субъективность и самопоглощенность в пользу объективного восприятия. Этот акцент также был выражен в терминах гипотетического перехода от эгоцентрической к аллоцентрической пространственной обработке.55 Спонтанное мышление или блуждание ума не поощряются, и прогресс измеряется поэтапно, где стадии отображают способность к внимательной поглощенности.56 В контексте практики тантрической ваджраяны этот метод был усовершенствован, чтобы позволить изолировать НДС или «ясный свет» от феноменального содержимого и таким образом ознакомить медитирующего с этим аспектом его или ее ума.38

Исследования медитаций с использованием исключительно объектного подхода показали увеличение активности узлов внешней сети, особенно в областях, связанных с СВ и мониторингом57, вместе со снижением активности в узлах внутренней сети, особенно в медиальной префронтальной коре и задней поясной извилине. Эти изменения сопровождаются увеличением антикорреляции между узлами внутренней и внешней сетей.58 – 60 Такое увеличение антикорреляции интерпретируется как увеличение функциональной сегрегации между этими двумя сетями.

Было обнаружено, что забвение себя61 и поглощение чувственным опытом, связанным только с объектами, или заданием, широко распространено даже у немедитаторов и дает определенные преимущества в оптимизации производительности, в частности в легкой атлетике и искусстве.62 Ослабление внутренней системы, в частности медиальной префронтальной коры, по-видимому, является общей чертой этих «потоковых» состояний.63 Хотя такое ослабление самооценивающей ментальности может быть схожим в потоковых состояниях и медитации, существуют важные различия, так как медитации СВ и ОМ приводят на продвинутых стадиях к состояниям поглощения, в которых феноменальное содержание значительно уменьшается.

Было также обнаружено, что снижение активности медиального префронтального узла внутренней системы облегчает симптомы некоторых клинических состояний, таких как руминативное мышление (повторяющиеся мысли о ситуации, которая вызвала сильные отрицательные переживания. — Прим. перев.), которое сопровождает эпизоды большой депрессии.64 Было показано, что руминативное мышление коррелирует с гиперактивностью медиальной префронтальной коры и с повышенной связностью области субгенуальной поясной извилины медиальной префронтальной коры с корой задней части поясной извилины, областей, которые участвуют в оценке и эпизодической памяти.64 У людей с синдромом дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ) аномальная организация и деятельность внутренней сети мешают постоянному вниманию и вовлечению в задачу.65 Эффект медитации СВ и ОМ на внимание может указывать на их возможную клиническую ценность в качестве дополнительных методов лечения при расстройствах внимания, хотя до сих пор недостаточно исследований, чтобы четко определить их эффективность.66,67 Несмотря на положительное влияние исключительно объектной медитации при определенных клинических состояниях,68 остается сомнительным, может ли продолжающееся подавление связанных с «я» аспектов опыта и ослабление активности внутренней сети быть здоровой долгосрочной стратегией. Внутренняя сеть имеет решающее значение для ряда когнитивных и аффективных процессов, которые делают то, что мы считаем уникальным человеческим сознательным опытом, и хроническое снижение ее активности может быть причиной некоторых трудностей, о которых сообщалось в практике этого стиля медитации.69,70

Ни субъект, ни объект

Эти подходы предполагают состояние глубокой поглощенности (санскр.: самадхи), сродни глубокому сну, когда все ментальные события, как связанные с внутренними, так и связанные с внешними аспектами опыта, прекращаются.71 То, что остается от реальной когнитивной способности в такой абсорбции, и каким образом, если таковой имеется, это состояние может отличаться от глубокого сна без быстрых движений глаз, было предметом некоторых дискуссий. Некоторые ранние школы буддизма рассматривают такое состояние, являющееся «ни сознательным, ни бессознательным» (пали: Nirodhasamapatti), в котором прекращаются все ощущения, как заключительную стадию поглощения и цель практики медитации, хотя многие более поздние школы оспаривают эту интерпретацию.72 Существует очень мало надежных научных исследований этих состояний,73 за исключением обнаружения физиологических коррелятов, таких как спонтанное прекращение дыхания, наблюдаемое при трансцендентальной медитации (ТМ),74 хотя сомнительно, приводит ли ТМ, практика исключительно субъектная, к этим состояниям, поскольку ее заявленной целью является чистое сознание или Я.42

Иллюзия кролика-утки

Недвойственный подход

Медитации НДС представляют альтернативу вышеупомянутым монистическим подходам. Вместо того, чтобы устранить тот или иной полюс опыта, медитации НДС облегчают реализацию естественного единства человеческого опыта, которое свободно от фрагментации на противоположные дуальности, например, «внутри — снаружи», «я — другое» и «хорошо — плохо». Эти медитации основаны на фоновом НДС, которое предшествует концептуализации и интенциональности и познает, не разделяя опыт на дуалистические противоположности, отсюда и термин «недвойственный» для этого сознавания.3,43

Медитации НДС можно отличить от медитаций СВ и ОМ по нескольким ключевым признакам.35 С точки зрения метода практики медитации НДС не предполагают преднамеренных усилий.35,42 Медитации СВ и ОМ полагаются на некоторую степень усилий, которые снижаются с развитием навыков, что приводит к безусильности на более поздних стадиях. Тем не менее, безусильность в медитации НДС отличается от овладения навыком. Скорее, это сродни прекращению усилий по поиску ключей при их обнаружении в кармане. Хотя медитации СВ и ОМ традиционно рассматриваются как сконструированные состояния, созданные посредством использования специальных стратегий внимания, медитации НДС основаны на выявлении рефлексивного сознавания, которое считается исконным и не сконструированным.35,75 Кроме того, медитации НДС можно рассматривать в первую очередь как контекстно-ориентированные, поскольку НДС имеет дело с контекстом опыта, а не с деталями этого опыта (удачную формулировку этого различия предложил Дэниел Браун, который, опираясь на тексты индо-тибетской буддийской традиции, указывает на разницу между «перспективой событий ума» — состояния активации или содержания, которые мы осознаём — и «перспективой самого ума». Последнее — это перспектива, из которой мы осознаём, или базис оперирования, обзорная точка сознавания, которая может быть либо обыденной/дуалистической, либо пробужденной/недвойственной. — Прим. ред.). Таким образом, они отличаются от медитаций, основанных на сосредоточении внимания или мониторинге переживаний, которые основаны на содержании и, как полагают, включают сети для эндогенного и экзогенного внимания и выделения.76,77 Эти различия также включают в себя более тонкие, такие как между медитацией НДС и безобъектной шаматхой, или медитацией сосредоточения, в которой ум освобождается от содержания и удерживается в пустом состоянии благодаря силе концентрации. Такая медитация зависит от использования эндогенного внимания и является формой медитации СВ. В современных исследованиях медитацию НДС также часто путают с медитацией открытого неосуждающего или невыбирающего осознавания, формой медитации осознанности, или внимательности (mindfulness), в которой практикующий отслеживает или следует за тем, что становится выступающей чертой его опыта от момента к моменту, не вовлекаясь или не вмешиваясь в переживаемое. Этот тип медитации является формой медитации ОМ, которая опирается на бдительность и внешнюю систему внимания. Он в первую очередь ориентирован на внимание к особенностям переживаний практикующего и, как и другие медитации ОМ, он не включает рефлексивное самопознание, которое характеризует НДС.44 Кроме того, НДС рассматривается созерцательными традициями как отличное от простого внимания к чувственному опыту, или феноменального осознавания, поскольку оно может контекстуализировать как простое феноменальное осознавание, так и расширенное сознание.78,79

Установление нейрональных коррелятов НДС и дифференцирование их от эндогенного и экзогенного внимания может оказаться чрезвычайно сложной задачей, о чем свидетельствуют усилия по дифференциации внимания и визуального осознавания. 80,81 В следующем разделе мы покажем один из возможных подходов, где исследуются изменения в функциональной связности глобально распределенных сетей. Существует мало исследований по НДС. Предыдущие исследования выявили увеличение плотности серого вещества в стволе головного мозга,82 уменьшение упреждающего представления аверсивных стимулов (стимулов, вызывающих отвращение. — Прим. перев.) и увеличение набора ресурсов внимания во время боли,83 увеличение амплитуды и согласованности электроэнцефалограммы (ЭЭГ) во время задач с условным отрицательным отклонением.84 Еще не было установлено с научной точки зрения, предусматривает ли безотносительная любовь и сострадание85  имплицитно некоторую степень НДС. Эта проблема была предметом давних дебатов в тибетской буддийской традиции, которые сосредоточены на вопросе о том, являются ли такие положительные качества исконными в НДС и проявляются ли они спонтанно после реализации НДС, или же они являются сконструированными состояниями, требующими постоянной тренировки для проявления в опыте и поведении практикующего.35

Нейрональные корреляты НДС

Практика медитации НДС характеризуется, после первоначальной активации ее рефлексивного свойства, постепенным уменьшением привычного разделения области опыта на связанные с «я» и связанные с «другим» процессы. По этой причине мы выдвинули гипотезу, что ее влияние на глобальные паттерны связи между внутренней и внешней системами будет отличаться от влияния исключительно объектных и исключительно субъектных медитаций. Как было рассмотрено в предыдущих разделах, исследования медитаций СВ и ОМ обнаружили увеличение антикорреляций между узлами внутренних и внешних сетей.58 – 60 Однако другие исследования не обнаружили изменений в каких-либо уровнях корреляции как и для медитации типа СВ, так и для типа ОМ.86 Наше исследование было первым, которое изучило такие изменения во время медитации НДС.

Мы исследовали опытных практикующих (4000 – 37000 часов практики) в тибетской буддийской традиции, большинство из которых могли выполнять медитации как НДС, так и СВ, в трех условиях: НДС, СВ и пассивной фиксации, в то время как они держали свой взгляд на точке фиксации в центре экрана.87 Фиксация использовалась для контроля значительных эффектов спонтанных саккад (быстрое движение глаза между точками фиксации. — Прим. перев.) на сигнал функциональной магнитно-резонансной томографии (фМРТ). Использование пассивной фиксации в качестве состояния покоя несколько проблематично для субъектов, практикующих медитацию, так как медитация со временем производит характерные эффекты, которые переносятся в состояние покоя.88 Кроме того, однажды реализованное НДС не может просто исчезнуть. Таким образом, наши инструкции для участников в состоянии пассивной фиксации состояли в том, чтобы позволить их дуалистическому уму свободно блуждать и избегать медитации любого типа.

В качестве общего показателя уровня антикорреляции между двумя сетями мы вычислили большой средний временной ряд для всех вокселей (элемент объемного изображения, содержащий значение элемента растра в трехмерном пространстве; вокселы являются аналогами двумерных пикселей для трехмерного пространства. — Прим. перев.) во внешних и внутренних областях интереса (ОИ), а затем вычислили корреляцию между этими двумя большими средними временными рядами. Как и предполагалось, медитация НДС привела к значительному снижению антикорреляции между внутренней и внешней сетью по сравнению с состоянием покоя. Другими словами, ее эффект состоял в увеличении функциональной связи между двумя сетями. Напротив, медитация СВ приводила к противоположному эффекту, значительно увеличивая антикорреляцию между двумя сетями (диаграмму с числовыми показателями заинтересованный читатель может найти в английском оригинале статьи. — Прим. ред.).

Эти различия в антикорреляции были специфичны для взаимодействий между внешней и внутренней системами. Не было никаких свидетельств различий в корреляциях между парами внутренних ОИ или между парами внешних ОИ. Аналогично, не было различий между условиями модуляции мозговой активности в обеих сетях, что оценивалось путем тестирования дисперсии временных рядов реакций.87 Наши результаты показывают, что на антикорреляцию между внутренними и внешними сетями можно воздействовать совершенно разными способами посредством медитации, и что медитация НДС отличается от медитаций СВ и ОМ тем, что она активирует состояние ума, в котором внешние и внутренние переживания становятся все более синергическими, а не конкурирующими.

Медитация недвойственного сознавания активирует состояние ума, в котором внешние и внутренние переживания становятся все более синергическими, а не конкурирующими

Сеть сознавания предклинья

В фМРТ-исследовании НДС с ​​минимальным феноменальным содержанием, которое мы в настоящее время проводим, участники медитируют с закрытыми глазами, уменьшая феноменальное содержание, либо в расслабленном спокойном состоянии, либо в медитации НДС. Мы особенно заинтересованы в функциональных изменениях связности в узлах сети, образованной когнитивной/ассоциативной центральной областью предклинья.89 Эта область предклинья расположена вокруг предклинной борозды, дорсальна к субпариетальной борозде и вентральна к передней сенсомоторной и задним зрительным областям предклинья. Она проецируется на дорсолатеральную префронтальную кору (дПФК), дорсомедиальную префронтальную кору и угловую извилину в нижней теменной доле (подробное анатомическое определение этой области и ее сети проекций см. по ссылке 89). Центральное предклинье как функционально, так и анатомически отличается от задней поясной извилины (ЗПИ), которая была обычно объектом исследований изменений функциональной связности во время медитации.59,89 Интересная особенность этой сети состоит в том, что ее узлы охватывают как внутренние, так и внешние сети (но см. ссылку 15). Ни одно исследование до настоящего времени не рассматривало когнитивную роль центрального предклинья, чтобы дифференцировать ее от роли более дорсальных областей, участвующих в сенсомоторной и зрительной обработке, а также от функций, связанных с задней поясной извилиной. Было обнаружено, что вместе с другими областями медиальной теменной коры оно участвует в построении эгоцентрической системы пространственной привязки, эпизодическом извлечении воспоминаний и cамореферентной обработке.33,90 Функциональная связь предклинья с другими узлами внутренней системы является показателем общего уровня сознания.31,91 Это также область с наибольшим увеличением активности при достижении осознанности во время сна.92 Основные области, которые получают проекции от центрального предклинья, указывают на его роль в познании: дПФК участвует в рабочей памяти;93 и угловая извилина, помимо других функций, участвует в умственном представлении и интеграции мультисенсорной информации, во внимательности и пространственном познании, и в проекции себя в будущее.16,94 Хотя наше предыдущее исследование не обнаружило статистически значимых различий в соединяемости отдельных ОИ, связность ОИ центрального предклинья была немного выше в случае НДС.87 Приведенное выше утверждение привело нас к предположению, что сеть центрального предклинья может быть значительно вовлечена в НДС. Наш интерес к этому региону был поддержан сообщениями участников о наличии двух специфических особенностей НДС: рефлексивность, традиционно описываемая как сознавание, осознающее само себя; и пространственная протяженность, описываемая как единообразие пространства внутри и снаружи тела.

Предварительные данные этого исследования указывают на то, что НДС привело к увеличению связности между центральным предклиньем и дПФК, что сопровождается уменьшением связности между центральным предклиньем и правой угловой извилиной (ПУИ), тогда как связность ПУИ с правой дПФК и левой дорсомедиальной префронтальной корой увеличилась, межполушарная связь между левой и правой дПФК снизилась. Интересно, что никаких существенных изменений в соединении не наблюдалось между центральным предклиньем и медиальной префронтальной корой, а также между дорсальной передней поясной извилиной (ППИ) и другими областями интереса.

Несмотря на то, что еще слишком рано интерпретировать эти результаты, могут быть предложены некоторые, хотя и предварительные, предположения: увеличение функциональной связности между центральным предклиньем и дПФК может указывать на степень единства сознавания95 и связано с рефлексивностью НДС, поскольку информация из центрального предклинья хранится онлайн в рабочей памяти. Наблюдаемое уменьшение связности центрального предклинья с ПУИ может способствовать ощущению пространственной протяженности, поскольку две области вместе участвуют в интеграции систем пространственной привязки.90,96 Маловероятно, что этот результат обусловлен обратным эффектом, в котором связность в области увеличивается в результате подавления активности в этой области в предыдущем состоянии, поскольку временные характеристики условий находятся в противоположном направлении, контрольное условие находится в состоянии покоя, и эффект наблюдается только в ПУИ.

Интересно, что отсутствие значительных изменений в функциональной связности между центральным предклиньем и областями медиальной префронтальной коры может указывать на то, что во время НДС, даже при минимальном феноменальном содержании, нет активного подавления самореферентной обработки, такой как наблюдается в медитациях СВ или ОМ. Аналогичным образом, отсутствие значительных изменений в соединяемости дорсальной передней поясной извилины (ППИ) может свидетельствовать о требующей меньше усилий, менее когнитивно контролируемой природе медитации НДС.

Несмотря на то, что эти интерпретации в настоящее время весьма спекулятивны, наблюдаемые к настоящему времени изменения функциональных связей позволяют предположить, что центральное предклинье и его сеть могут быть значительно вовлечены в НДС. Медиальная париетальная кора в последнее время стала рассматриваться как наиболее сильно связанный центр коры, и это говорит о том, что одной из функций сети центрального предклинья может быть предоставление организующего центра97, реконтекстуализация деятельности других сетей, вовлеченных в представление опыта во время медитации НДС. Ключевой особенностью такой сети, помимо интеграции информационного содержания, должна быть способность представлять свое собственное состояние. Это может позволять сети опосредовать осознавание независимо от феноменального содержания. Конечно, возможно, что предполагаемые нервные механизмы для НДС затрагивают и другие области мозга.98

Хотя мы еще не исследовали подкорковые структуры, возможно, что изменения связности могут также наблюдаться для некоторых областей таламуса и ствола головного мозга, особенно тех, которые проецируются на предклинье. Однако, в то время как таламо-корковые соединения образуют необходимую основу, которая позволяет такой сети функционировать, предыдущие исследования показывают, что уровень сознания в такой сети будет в первую очередь определяться кортико-кортикальными связями.91 Таким образом, области ствола головного мозга и таламус, вовлеченные в общую активацию, являются необходимым, но не достаточным, нейрональным коррелятом НДС. Здесь важно отметить, что НДС не является базовым в том же смысле, что и биологические примитивы сознания, такие как, например, прото-я или базовое-я, поскольку оно может контекстуализировать первичные, вторичные и третичные99 аффективные и когнитивные процессы. Таким образом, НДС — это гораздо больше, чем просто бдительность, подобная той, которая встречается в прото– или базовом сознании.100 Это сознавание более высокого порядка, которое, по-видимому, присуще всем нам как потенциал.

Недвойственное сознавание — это сознавание более высокого порядка, которое, по-видимому, присуще всем нам как потенциал

Заключение

Результаты нашего исследования медитации НДС подтверждают интуитивную, но спекулятивную идею о том, что типичные антикорреляции между внутренней и внешней сетями могут отражать дуальность внутренней самореферентной и внешней аллоцентрической психической деятельности и что более высокая степень функциональной интеграции между этими двумя сетями, наблюдаемая во время медитации НДС, может быть связана с отмеченным уменьшением фрагментации опыта на «субъективное» и «объективное» или «я» и «другое» — те полюса, что сталкиваются в мистических состояниях союза или недвойственности. Наше текущее исследование указывает на то, что сеть центрального предклинья значительно вовлечена в эти изменения и, возможно, является нейрональным коррелятом НДС. Установление этого потребует дальнейших исследований, а также определения того, может ли степень корреляции/антикорреляции между внутренними и внешними сетями или их конкретными узлами использоваться в качестве индикатора уровня интеграции субъективных и объективных аспектов опыта.

Источники

  1. Dreyfus, G. & E. Thompson. 2007. “Asian perspectives: Indian theories of mind.” In The Cambridge Handbook of Consciousness.
  2. P.D. Zelazo, M. Moscovitch & E. Thompson, Eds.: 89 – 114. Cambridge: Cambridge University Press. Radhakrishnan, S. 1995. The Principal Upanishads. New Delhi, India: HarperCollins.
  3. Loy, D. 1998. Nonduality: A Study in Comparative Philoso– phy. Amherst, NY: Humanity Books.
  4. Lopez-Larrea, C., Ed. 2012. Self and Nonself Springer Series: Advances in Experimental Medicine and Biology. New York: Springer.
  5. Longo, M.R., E. Azanon & P. Haggard. 2010. More than skin deep: body representation beyond primary somatosensory cortex. Neuropsychologia 48: 655 – 668.
  6. Picard, F. 2013. State of belief, subjective certainty and bliss as a product of cortical dysfunction. Cortex. doi: 10.1016/j.cortex.2013.01.006.
  7. Damasio, A. 2003. Feelings of emotion and the self. Ann. N. Y. Acad. Sci. 1001: 253 – 261.
  8. Mitchell, J.P., M.R. Banaji & C.N. Macrae. 2005. The link between social cognition and self-referential thought in the medial prefrontal cortex. J. Cogn. Neurosci. 17: 1306 – 1315.
  9. Denny, B., H. Kober, T.D. Wager & K.N. Ochsner. 2013. A meta-analysis of functional neuroimaging studies of self and other judgments reveals a spatial gradient for mentalizing in medial prefrontal cortex. J. Cogn. Neurosci. 24: 1742 – 1752.
  10. Morrison, S., J. Deceity & P. Molenberghs. 2012. The neuroscience of group membership. Neuropsychologia 50: 2114– 2120.
  11. Golland, Y., P. Golland, S. Bentin & R. Malach. 2008. Data-driven clustering reveals a fundamental subdivision of the human cortex into two global systems. Neuropsychologia 46: 540 – 553.
  12. Soddu, A., M. Boly, Y. Nir, et al. 2009. Reaching across the abyss: recent advances in functional magnetic resonance imaging and their potential relevance to disorders of consciousness. Prog. Brain Res. 177: 261 – 274.
  13. Gusnard, D.A. & M.E. Raichle. 2001. Searching for a baseline: functional imaging and the resting human brain. Nat. Rev. Neurosci. 2: 685 – 694.
  14. Fox, M.D. & M.E.Raichle. 2007. Spontaneous fluctuations in brain activity observed with functional magnetic resonance imaging. Nat. Rev. Neurosci. 8: 700 – 711.
  15. Buckner, R.L., J.R. Andrews-Hanna & D.L. Schacter. 2008. The brain’s default network: anatomy, function, and relevance to disease. Ann. N. Y. Acad. Sci. 1124: 1 – 38.
  16. Andrews-Hanna, J.R., J.S. Reidler, J. Sepulcre, et al. 2010. Functional-anatomic fractionation of the brain’s default network. Neuron 65: 550 – 562.
  17. Raichle, M.E. 2011. The restless brain. Brain Connect. 1: 3 – 12.
  18. Vincent, J.L., I. Kahn, A.Z. Snyder, et al. 2008. Evidence for a frontoparietal control system revealed by intrinsic functional connectivity. J. Neurophysiol. 100: 3328 – 3342.
  19. Yeo, B.T.T., F.M. Krienen, J. Sepulcre, et al. 2011. The organization of the human cerebral cortex estimated by intrinsic functional connectivity. J. Neurophysiol. 106: 1125 – 1165.
  20. Spreng, R.N. 2012. The fallacy of task-negative network. Front. Psychol. 3: 145.
  21. Baird, B., J. Smallwood, M.D. Mrazek, et al. 2012. Inspired by distraction: mind wandering facilitates creative incubation. Psychol Sci. 10: 1117 – 1122.
  22. Christoff, K., A.M. Gordon, J. Smallwood, et al. 2009. Experience sampling during fMRI reveals default network and executive system contributions to mind wandering. Proc. Natl. Acad. Sci. 106: 8719 – 8724.
  23. Mason, M.F., M.I. Norton, J.D. Van Horn, et al. 2007. Wandering minds: the default network and stimulus-independent thought. Science 315: 393 – 395.
  24. Smallwood, J. et al. 2008. Going AWOL in the brain-mind wandering reduces cortical analysis of the task environment. J. Cogn. Neurosci. 20: 458 – 469.
  25. Friston, K.J. 1995. Functional and effective connectivity in neuroimaging: a synthesis. Hum. Brain Mapp. 2: 56 – 78.
  26. Horovitz, S.G., A.R. Braun, W.S. Carr, et al. 2009. Decoupling of the brain’s default mode network during deep sleep. Proc. Natl. Acad. Sci. U. S. A. 106: 11376 – 11381.
  27. Stamatakis, E.A., R.M. Adapa, A.R. Absalom & D.K. Menon. 2010. Changes in resting neural connectivity during propofol sedation. PLoS One 5: e14224. doi: 10.1371/journal.pone.0014224.
  28. Demertzi, A., A. Soddu, M.E. Faymonville, et al. 2011. Hypnotic modulation of resting state fMRI default mode and extrinsic network connectivity. Prog. Brain Res. 19: 309– 322.
  29. Ovadia-Caro, S., Y. Nir, A. Soddu, et al. 2012. Reduction in inter-hemispheric connectivity in disorders of consciousness. PLoS One 7: e37238. doi: 10.1371/jour– nal.pone.0037238.
  30. Vanhaudenhuyse, A., A. Demertzi, M. Schabus, et al. 2010. Two distinct neuronal networks mediate the awareness of environment and of self. J. Cogn. Neurosci. 23: 570 – 578.
  31. Rosanova, M., O. Gosseries, S. Casarotto, et al. 2012. Recovery of cortical effective connectivity and recovery of consciousness in vegetative patients. Brain 135: 1308 – 1320.
  32. Alkire, M.T., A.G. Hudetz & G. Tononi. 2008. Consciousness and anesthesia. Science 322: 876 – 880.
  33. Cavanna, P.E. & M.R. Trimble. 2007. The precuneus: a review of its functional anatomy and behavioral correlates. Brain 129: 564 – 583.
  34. Vogt, B.A. & S. Laureys. 2005. Posterior cingulate, precuneal and retrosplenial cortices: cytology and components of the neural network correlates of consciousness. Prog. Brain Res. 150: 205 – 217.
  35. Rabjam, L. 2001. The Precious Treasury of the Basic Space of Phenomena. Junction City, CA: Padma Publishing.
  36. Sharma, C. 1987. Critical Survey of Indian Philosophy. Delhi, India: Motilal Banarsidas.
  37. Trangu, K. 2001. Five Buddha Families and Eight Consciousnesses. Auckland, New Zealand: Zhyisil Chkyi Ghatsal Publications.
  38. Lama, D. xiv., 2004. Dzogchen. Ithaca, NY: Snow Lion.
  39. Williams, P. 2000. The Reflexive Nature of Awareness. New Delhi, India: Motilal Banarsidass.
  40. Sideritis, M., E. Thompson & D. Zahavi. 2011. Self, No Self? New York: Oxford University Press.
  41. Lutz, A., H.A. Slagter, J.D. Dunne & R.J. Davidson. 2008. Attention regulation and monitoring in meditation. Trends Cogn. Sci. 12: 163 – 169.
  42. Travis, F. & J. Shear. 2010. Focused attention, open monitoring and automatic self-transcending: categories to organize meditations from Vedic, Buddhist and Chinese traditions. Conscious. Cogn. 19: 1110 – 1118.
  43. Josipovic, Z. 2010. Duality and nonduality in meditation research. Conscious. Cogn. 19: 1119 – 1121.
  44. Lutz, A., J. Dunne & R. Davidson. 2007. “Meditation and the neuroscience of consciousness.” In The Cambridge Handbook of Consciousness. P.D. Zelazo, M. Moscovitch & E. Thompson, Eds.: 99 – 551. Cambridge, England: Cam– bridge University Press.
  45. Radakrishnan, S. & C.A. Moore. 1967. A Sourcebook in Indian Philosophy. New York: Princeton University Press.
  46. Lou, H.C., N. Marcus & T.W. Kjaer. 2005. The mental self. Prog. Brain Res. 150: 197 – 205.
  47. Travis, F., D.A. Haaga, J. Hagelin, et al. 2010. A self– referential default brain state: patterns of coherence, power, and eLORETA sources during eyes-closed rest and Transcendental Meditation practice. Cogn. Process 11: 21 – 30.
  48. Yamamoto, S., Y. Kitamura, N. Yamada, et al. 2006. Medial prefrontal cortex and anterior cingulate cortex in the generation of alpha activity induced by transcendental meditation: a magnetoencephalographic study. Acta Med. Okayama 60: 51 – 58.
  49. Lou, H.C., B. Luber, M. Crupain, et al. 2004. Parietal cortex and representation of the mental Self. Proc. Natl. Acad. Sci. U. S. A. 101: 6827 – 6832.
  50. Lou, H.C., M. Joensson & M.L. Kringelbach. 2011. Yoga lessons for consciousness research: a paralimbic network balancing brain resource allocation. Front. Psychol. 2: 366. doi: 10.3389/fpsyg.2011.00366.
  51. Traleg, K.R. 1993. The Influence of Yogachara on Tantra. Victoria, Australia: Kagyu E-Vam Buddhist Institute.
  52. Venkatesananda, S. 1984. The Concise Yoga Vasishtha. Albany, NY: SUNY Press.
  53. Farb, N.A.S., Z.V. Segal, H. Mayberg, et al. 2007. Attending to the present: mindfulness meditation reveals distinct neural modes of self-reference. Soc. Cogn. Affect. Neurosci. 2: 313 – 322.
  54. Vago, D.R. & D.A. Silbersweig. 2012. Self-awareness, self-regulation, and self-transcendence (S-ART): a framework for understanding the neurobiological mechanisms of mindfulness. Front. Hum. Neurosci. 6: 296. doi: 10.3389/fn– hum.2012.00296.
  55. Austin, J. 1998. Zen and the Brain. Cambridge, MA: MIT Press.
  56. Sayadaw, M. 1978. The Progress of Insight. Sri Lanka: Buddhist Publication Society.
  57. Brefczynski-Lewis, J.A., A. Lutz, H.S. Schaefer, et al. 2007. Neural correlates of attentional expertise in long-term meditation practitioners. Proc. Natl. Acad. Sci. U. S. A. 104: 11483 – 11488.
  58. Pagnoni, G., M. Cekic & Y. Guo. 2008. “Thinking about not-thinking”: neural correlates of conceptual processing during Zen meditation. PLoS ONE 3: e3083. doi: 10.1371/jour– nal.pone.0003083.
  59. Brewer, J.A., P.D. Worhunsky, J.R. Gray, et al. 2011. Meditation experience is associated with default mode network activity and connectivity. Proc. Natl. Acad. Sci. U. S. A. 108: 20254 – 20259.
  60. Kilpatrick, L.A., B.Y. Suyenobu, S.R. Smith, et al. 2011. Impact of mindfulness-based stress reduction training on intrinsic brain connectivity. Neuroimage 56: 290 – 298.
  61. Tanahashi, K., Ed. 2013. Treasury of the True Dharma Eye: Zen Master Dogen’s Shobo Genzo. Boulder: Shambala.
  62. Csikszentmihalyi, M. 2008. Flow: The Psychology of Optimal Experience. New York: Harper.
  63. Goldberg, I., M. Harel & R. Malach. 2006. When the brain loses its self: prefrontal inactivation during sensorimotor processing. Neuron 50: 329 – 339.
  64. Berman, M.G., S. Peltier, D.E. Nee, et al. 2011. Depression, rumination and the default network. Soc. Cogn. Affect. Neurosci. 6: 548 – 555.
  65. Sonuga-Barke, E.J. & F.X. Castellanos. 2007. Spontaneous attentional fluctuations in impaired states and pathological conditions: a neurobiological hypothesis. Neurosci. Biobehav. Rev. 31: 977 – 986.
  66. Krisanaprakornkit, T., C. Ngamjarus, C. Witoonchart & N. Piyavhatkul. 2010. Meditation therapies for attention– deficit/hyperactivity disorder (ADHD). Cochrane Database Syst. Rev. 6: CD006507. doi: 10.1002/14651858.CD006507. pub2.
  67. MacLean, K.A., E. Ferrer, S.R. Aichele, et al. 2010. Intensive meditation training leads to improvements in perceptual discrimination and sustained attention. Psychol. Sci. 21: 820 – 830.
  68. van Vugt, M.K., P. Hitchcock, B. Shahar & W. Britton. 2012. The effects of mindfulness-based cognitive therapy on affective memory recall dynamics in depression: a mechanistic model of rumination. Front. Hum. Neurosci. 6: 257. doi: 10.3389/fnhum.2012.00257.
  69. David, N., A. Newen & K. Vogeley. 2008. The “sense of agency” and its underlying cognitive and neural mechanisms. Conscious. Cogn. 17: 523 – 534.
  70. Britton, W. 2013. Varieties of contemplative experience. Talk presented at 10th Mind and Life SRI Conference, Garrison Institute. Garrison, NY.
  71. Loori, J.D. 2002. The Eight Gates of Zen: A Program of Zen Training. Boulder: Shabhala.
  72. Sharf, R.H.2013.“Is Nirva ̄na the same as insentience? Chinese struggles with an Indian Buddhist ideal.” In India in the Chinese Imagination: Buddhism and the Formation of Medieval Chinese Culture. J. Kieschnick & M. Shahar, Eds. Philadelphia: University of Pennsylvania Press, forthcoming.
  73. Hagerty, M.R., J. Isaacs, L. Brasington, et al. 2013. Case study of ecstatic meditation: fMRI and EEG evidence of self-stimulating a reward system. Neural Plast. doi: 10.1155/2013/653572.
  74. Travis, F. & R.K. Wallace. 1997. Autonomic patterns during respiratory suspensions: possible markers of transcendental consciousness. Psychophysiology 34: 39 – 46.
  75. Dunne, J.D. 2012. Toward an understanding of non-dual mindfulness. Contemporary Buddhism 12. doi: 10.1080/14639947.2011.564820.
  76. Jha, A., R. Klein, J. Krompinger & M. Baime. 2007. Mindfulness training modifies subsystems of attention. Cogn. Affect. Behav. Neurosci. 7: 109 – 119.
  77. Austin, J.H. 2009. Selfless Insight. Cambridge, MA: MIT Press.
  78. Namgyal, D.T. 2004. Clarifying the Natural State. Kathmandu: Ranjung Yeshe.
  79. Siegel, D. 2007. Mindfulness training and neural integration: differentiation of distinct streams of awareness and the cultivation of well-being. Soc. Cogn. Affect. Neurosci. 2: 259 – 263.
  80. Koch, C. & N. Tsuchiya. 2007. Attention and consciousness: two distinct brain processes. Trends Cogn. Sci. 11: 16 – 22.
  81. Tallon-Baudry, C. 2012. On the neural mechanisms subserving consciousness and attention. Front. Psychol. 2: 397. doi: 10.3389/fpsyg.2011.00397.
  82. Vestergaard-Poulsen, P., M. van Beek, J. Skewes, et al. 2009. Long-term meditation is associated with increased gray matter density in the brain stem. Neuroreport 20: 170 – 174.
  83. Lutz, A., D.R. McFarlin, D.M. Perlman, et al. 2013. Altered anterior insula activation during anticipation and experience of painful stimuli in expert meditators. Neuroimage 1: 538 – 546.
  84. Travis, F., J. Tecce, A. Arenander & R.K. Wallace. 2002. Patterns of EEG coherence, power, and contingent negative variation characterize the integration of transcendental and waking states. Biol. Psychol. 61: 293 – 319.
  85. Lutz, A., L.L. Greischar, N.B. Rawlings, et al. 2004. Long-term meditators self-induce high-amplitude gamma synchrony during mental practice. Proc. Natl. Acad. Sci. U. S. A. 101: 16369 – 16373.
  86. Manna, A., A. Raffone, M.G. Perrucci, et al. 2010. Neural correlates of focused attention and cognitive monitoring in meditation. Brain Res. Bull. 82: 46 – 56.
  87. Josipovic, Z., I. Dinstein, J. Weber & D.J. Heeger. 2012. Influence of meditation on anticorrelated networks in the brain. Front. Hum. Neurosci. 5: 183. doi: 10.3389/fn– hum.2011.00183.
  88. Taylor, V., V. Daneault, J. Grant, et al. 2013. Impact of meditation training on the default mode network during a restful state. Soc. Cogn. Affect. Neurosci. 8: 4 – 14.
  89. Margulies, D.S., J.L. Vincent, C. Kelly, et al. 2009. Precuneus shares intrinsic functional architecture in humans and monkeys. Proc. Natl. Acad. Sci. U. S. A. 106: 20069 – 20074.
  90. Zaehle, T., K. Jordan, T. Wu ̈stenberg, et al. 2006. The neural basis of the egocentric and allocentric spatial frame of reference. Brain Res. 1137: 92 – 103.
  91. Boly, M., M. Massimini, M.I. Garrido, et al. 2012. Brain connectivity in disorders of consciousness. Brain Connect. 2: 1 – 10. doi: 10.1089/brain.2011.0049.
  92. Dresler, M., R. Wehrle, V.I. Spoormaker, et al. 2012. Neural correlates of dream lucidity obtained from contrasting lucid versus non-lucid REM sleep: a combined EEG/fMRI case study. Sleep 7: 1017 – 1020.
  93. Wood, J.N. & J. Grafman. 2003. Human prefrontal cortex: processing and representational perspectives. Nat. Rev. Neurosci. 4: 139 – 147.
  94. Seghier, M.L. 2013. The Angular Gyrus: multiple functions and multiple subdivisions. Neuroscientist 19: 43 – 61.
  95. Kjaer, T.W. & H.C. Lou. 2000. Interaction between precuneus and dorsolateral prefrontal cortex may play a unitary role in consciousness: a principal component analysis of rCBF. Conscious. Cogn. 9: S59.
  96. Galati, G., G. Pelle, A. Berthoz & G. Committeri. 2010. Multiple reference frames used by the human brain for spatial perception and memory. Exp. Brain Res. 206: 109 – 120
  97. Tomasi, D. & N.D. Volkow. 2011. Functional connectivity hubs in the human brain. Neuroimage 57: 908 – 917.
  98. Tang, Y.Y., M.K. Rothbart & M.I. Posner. 2012. Neural correlates of establishing, maintaining, and switching brain states. Trends Cogn. Sci. 16: 330 – 337.
  99. Northoff, G. & J. Panksepp. 2008. The trans-species concept of self and the subcortical – cortical midline system. Trends Cogn. Sci. 12: 259 – 264.
  100. Davis, J.H. & E. Thompson. 2013. “From the five aggregates to phenomenal consciousness.” In A Companion to Buddhist Philosophy. S.M. Emmanuel, Ed.: 585 – 597. New York: Wiley.

Let’s block ads! (Why?)

Три карты духовного развития. Конспект выступления Дэниела Брауна

Журнал «Эрос и Космос» предлагает вниманию читателей конспект выступления-интервью Дэниела Брауна, которое состоялось в рамках программы мероприятий «Sacred Sundays» (ведущая — Ора Нэдриш). Видеозапись на английском языке была опубликована на Youtube 30 августа 2018 года.

Конспект выступления Дэниела Брауна

В Тибете около 200 лет назад зародилось движение, которое называлось риме, что буквально означает «несектарный». Одним из его основателей был лама Джамгон Конгтрул, который является автором состоящего из двенадцати томов сочинения «Сокровищница наставлений и методов духовной реализации» (gdams ngag mdzod). Этот текст является уникальным собранием лучших медитативных практик за всю историю Тибета и среди всех школ и направлений мысли. Так началось новое движение, одной из ключевых особенностей которого стал поиск лучших практик в зависимости от уровня практикующего, которые отбирались из всего тибетского наследия. В нашем подходе к обучению медитации мы придерживаемся схожего принципа, то есть стараемся выбирать лучшие практики в зависимости от уровня учеников. Мы уделяем особое внимание махамудре, так как на определённом уровне практики, а именно от начала духовного пути до первых переживаний пробуждения, она предлагает очень детальные пошаговые инструкции. Однако для задачи стабилизации пробуждения больше подходит дзогчен. Мы стараемся выбирать лучшие практики из всей широкой области индо-тибетских исследований. Около 100 тысяч томов было написано о состояниях ума в Тибете, на фоне чего западная психология, которой всего около 200 лет, выглядит довольно-таки юной.

В начале пути

Для начинающих практиков медитации особенно важно получить ясные наставления и найти хорошего учителя. Я учил вместе с тибетцами около 15 лет, и они не так хорошо понимают, как обучать западных учеников: они либо делают упор на предварительных практиках, каждая из которых в традиции выполняется по 100 тысяч раз, либо дают продвинутые методы, но очень абстрактно, что не позволяет реально использовать эти знания в качестве медитации. В середине 80-х Далай-лама познакомил меня с тибетским учителем, отметив, что тот обладает очень необычным стилем преподавания. Этот лама провёл со мной 6-часовое занятие по практике внутреннего огня (туммо). Мы выполняли практику вместе, и в процессе он исправлял все мои ошибки, это было частью отношений. После этого они сказали, что именно таким образом следует обучать западных учеников. Наша западная традиция роста и развития — это психотерапия, и она основана на отношениях. Видимо, наблюдая то, как тибетские учителя обучают на Западе, Далай-лама пришёл к выводу, что обучение, основанное на отношениях, может лучше всего подойти западным практикующим. Это означает, что учитель внимательно отслеживает практику каждого ученика на регулярной основе, исправляя ошибки и «вредные привычки», которые могут возникать в процессе освоения медитации.

Зачем мы медитируем?

Сегодня на Западе очень популярны практики внимательности (mindfulness). Но как часто на курсах по внимательности говорят о пробуждении? Зачем же мы занимаемся всем этим? Ведь цель заключается в том, чтобы пробудиться, а затем развить это пробуждение до уровня просветления и буддовости. Такова сущность этих традиций, а не просто изучение техник, таких как внимательность и концентрация.

Зачем мы медитируем? Некоторые наши воззрения бывают просто-напросто неверны. Например, в 1970-е годы бытовало мнение, что медитация связана с расслаблением. Так ли это? Что обычно делают сегодня в конце занятия по йоге? Шавасану. И что происходит в шавасане? Ваш ум блуждает, вы испытываете сонливость и начинаете витать в облаках. Поэтому чрезмерное расслабление не способствует медитации, так как запускает режим блуждания ума. В действительности серьёзная практика медитации — это тяжёлая работа, которая ведёт к прояснению ума и направляет его в позитивную сторону. Правильное сидячее положение для медитации, в котором мышечная работа распределяется равномерно, служит двум целям — поддержанию оптимального уровня бдительности и прекращению блуждания ума. Если вы сидите в правильном положении, тренировать ум гораздо легче.

Начальная цель медитации — тренировка обыденного ума. На что похож обыденный ум? Мы пытаемся удерживать внимание на чём-то, и спустя три секунды оно уже переключается на что-то другое. Мы не обладаем способностью удерживать внимание, и причина в том, что вокруг множество отвлечений. С распространением социальных сетей и других медиа всё стало только хуже. В течение дня мы часто впадаем в забывчивость, теряя понимание того, что мы делаем. Режим блуждания ума связан с состоянием забытья, направленностью на «я», переживаниями притуплённости и сонливости. Таким образом, одна из целей медитации — отучить ум от этих вредных привычек, перестать тратить на них ресурсы своего ума, освободив их для чего-то более осмысленного. Мы учимся сосредотачивать внимание, поддерживать непрерывное осознавание, успокаивать мыслительный шум.

Когда буддизм перекочевал из Индии в Тибет, слово «будда» (пробуждённый, реализованный) на тибетский перевели иначе — «сангье». Это составное понятие, «санг» означает «полностью очистившийся», «гье» означает «раскрывшийся, или пышно цветущий». Имеется в виду, что на определённом уровне практики вы искореняете все негативные состояния ума, а все 80 позитивных качеств ума будды расцветают. Это может иметь огромное значение в вопросе о психическом здоровье, и именно эту суть традиций стоит изучать научно (см. статью Дэниела Брауна и соавторов об исследовании нейрональных коррелятов пробуждённого сознавания. — Прим. пер.), а не только лишь проводить очередные исследования отдельных техник внимательности.

Три карты духовного развития

В индо-тибетских традициях сущности ума существуют три карты духовного развития, или три раздела учений. Первый раздел учений ведёт вас от самого начала практики до первого переживания пробуждения, каким бы нестабильным оно ни было. Второй раздел учит вас, как сохранять пробуждение всё время: на подушке для медитации, в повседневной жизни и во всех состояниях, что включает также сновидения и глубокий сон. Третья карта называется путём освобождения, и она помогает вам очистить остатки обыденного ума и обыденного опыта до того момента, пока вы не откроете восприятие чистых миров, мандалы божеств, тел будды, что является окончательным просветлением. Таким образом, третья карта ведёт вас через освобождение от всех негативных качеств к раскрытию всех позитивных качеств, и в результате вы становитесь буддой. Таковы три раздела учений, и сегодня все они приходят на Запад.

Дэниел П. Браун. Указывая великий путь. Махамудра: этапы медитации. «Ганга», 2017

Первая карта

Касательно первой карты, ведущей от начала практики до первого переживания пробуждения, важным является понимание трёх поворотов колеса учения. Первый поворот — это учения Будды Шакьямуни, второй — учения буддизма махаяны, третий — учения традиций сущности ума, таких как тантра, махамудра и дзогчен. Об этом можно размышлять как о серии научных революций, в том смысле, что каждый поворот является улучшением.

Первый поворот колеса учения — это Четыре благородные истины, которые сформулировал Будда Шакьямуни. Первый урок, который он преподал, касался проблемы дуккхи, что было не совсем удачно переведено как проблема страдания. «Мир полон страдания» — это не очень хороший перевод, так как слово «дуккха» на языке пали означает «реактивность». Будда говорил о том, что если вы посмотрите на свой ум очень внимательно, то каждый момент опыта, когда уму что-то нравится, он движется к этому, чтобы получить больше этого; если же уму что-то не нравится, он движется прочь от этого, чтобы уменьшить это. Нашему опыту свойственна непрерывная реактивность, и это приводит к страданию. Проблема с переводом слова «дуккха» как «страдание», вместо «реактивность», заключается в том, что упускается метод. Будда учил тому, что вы можете посмотреть на свой ум и заметить эту реактивность, и затем вы можете изменить это.

Второе прозрение в рамках первого поворота колеса учения касается непостоянства, и третье — отсутствия «я» (анатта). Если вы концентрируетесь в течение продолжительного времени, формирование мыслей уменьшается и останавливается, и вы переживаете долгие периоды тишины, отсутствия мыслей. Однако в то же время останавливается и формирование самоощущения. В моём случае — отпадает «Дэновость». Кто же тогда делает медитацию? Сознавание делает медитацию, а не Дэн. Это получило название «анатта». Затем в течение пяти веков вокруг этого понятия велись дискуссии, и спустя пять веков оно предстало по-другому — как махаянская теория пустотности, поскольку некоторые люди почувствовали, что пытаться избавиться от «я» — это не лучшая идея. Двигаться за пределы «я», видя, что оно является ничем иным, как пустотной конструкцией ума, — вот более точное понимание этой практики. Так появилась теория пустотности: всё является конструкцией ума (о понимании пустотности в тибетском буддизме махаяны см. также статью Дэниела Брауна о телесной медитации. — Прим. пер.).

В махаяне пустотность становится одним из важнейших аспектов пути, и это отражено в мантре «Сутры сердца праджняпарамиты»: «Гате, гате, парагате, парасамгате, бодхи, сваха!» Её буквальный перевод таков: «Уходя, уходя, уходя за пределы, уходя за пределы пределов, вот это реализация!» В этой мантре заключён весь путь. Её значение состоит в следующем. Обыденный ум овеществляет, делает конструкции ума слишком реальными, и мы забываем, что это лишь конструкции ума. Первое «гате» относится к мышлению. Мысли захватывают нас, мы делаем их чересчур реальными. Говоря немного иначе, мы смешиваем мысли с сознаванием и считаем их одним и тем же. Но в реальности это две разные вещи. Как же перестать смешивать их и начать оперировать из сознавания, а не из мышления? Для этого нужно успокоить мысли, например, с помощью концентрации на дыхании. Когда мысли успокоились, становится легче заметить, что в какой-то момент вы начинаете оперировать из намерения сознавания, а не из мышления. Это первое «гате»: вы выходите за пределы мысли в поле сознавания, которое теперь является вашим базисом оперирования.

Вы выходите за пределы мысли в поле сознавания, которое теперь является вашим базисом оперирования

Затем возникает вопрос — кто делает медитацию? И сначала это чувство собственного «я». Но если осуществить практику пустотности «я», мы обнаруживаем, что оно является лишь репрезентацией ума. Мы не избавляемся от него, а только учимся переключаться, отделяя чувство собственного «я» от поля сознавания как такового. «Я» остаётся на заднем плане. Таким образом, махаянская практика пустотности сильно отличается от более ранней тхеравадинской практики отсутствия «я». Сознавание как таковое, вышедшее за пределы саморепрезентации (чувства собственного «я»), — это второе «гате».

Следующая проблема заключается в том, что сознавание на данном этапе является изменчивым и неустойчивым. Причина этого связана с условностью времени. Если, как показывает современная психология, чувство собственного «я» формируется у ребёнка в возрасте 18 – 20 месяцев, то психологические структуры времени развиваются медленнее: ощущение скорости развивается в возрасте около 2 лет, нарративные структуры — в возрасте около 4 лет, способность осмыслять календарное время — только к 8 годам. Когда это развитие завершено, время становится стабильной структурой ума, полезной для повседневной жизни в относительной реальности. Однако время также сопровождается сильным «цеплянием» (‘dzin pa) — например, когда мы опаздываем. Кроме того, мы овеществляем время, и поэтому оно, как и другие конструкции ума, обладает способностью скрывать (mun pa) подлинную природу ума. Здесь кроется огромное различие между первым и вторым поворотами колеса учения. В буддизме тхеравады есть уровень глубокой концентрации, в котором всё пульсирует, подобно свету стробоскопа. И если вы продолжаете его созерцать, всё начинает распадаться. Все базовые элементы ума растворяются. Это называется бунганьяна, или «переживание растворения». Это не очень приятное переживание, иногда оно сопровождается огромным страхом или отвращением. Но в этом опыте вы начинаете видеть, что есть сознавание, которое не связано со всеми активными проявлениями ума. Это становится моментом, когда можно по-настоящему всмотреться в природу самого сознавания, что становится платформой для пробуждения в буддизме тхеравады. Однако некоторое время спустя пришёл Нагарджуна и сказал: «Постойте-ка! Идея, что вещи быстро возникают и исчезают, предполагает под собой время, а быть может, само время есть всего лишь ещё одна конструкция ума». Нагарджуна сказал нечто вроде следующего: «Когда вещи начинают своё существование, вы принимаете точку зрения, что они уже здесь. И когда они, как кажется, прекращают своё существование, вы принимаете точку зрения, что они никуда не уходят, а остаются здесь». Это подрывает ваши представления о времени, и тогда у вас появляется возможность открыть иной уровень сознавания — вневременное (неизменное) и беспредельное сознавание, подобное океану. Это большой сдвиг, переводящий вас на новый базис оперирования, и это третий шаг в «Сутре сердца» — «парагате» (более подробное описание этой ступени практики см. в интервью Дэниела Брауна в программе «Conscious TV». — Прим. пер.).

Третий поворот колеса учения включает такие традиции, как махамудра, дзогчен и тантра. Центральным понятием для понимания третьего поворота служит «природа будды». Она раскрывается через метафору солнца и облаков. Если небо затянуто облаками, между которыми в какой-то момент образовался просвет, что мы обычно говорим? «Наконец-то засияло солнце!» Так ли это? Солнце всегда сияет, оно сияет день и ночь напролёт, но с нашей перспективы мы не можем его увидеть, поскольку его от нас заслоняют облака. Всегда прямо здесь присутствует беспредельное поле сияющего пробуждённого сознавания-любви, которое является вашей подлинной природой, но вы не можете его увидеть, поскольку оно скрыто за облаками. Поэтому, когда мы говорим, что пустотность является путём, это означает, что применение медитации на пустотности расчищает одно за другим все облака, пока не засияет пробуждённое сознавание.

Медитация на пустотности расчищает одно за другим все облака, пока не засияет пробуждённое сознавание

Как же именно нам добраться до этого уровня пробуждённого сознавания? Проблемой является наша система обработки информации. Мы не можем распознать целое пробуждённого сознавания с помощью структур ума, которые парциализируют (partialize), то есть функционируют, постоянно выхватывая что-то отдельное. Это похоже на видеоигру, в которой надо разобраться. Система обработки информации в нашей видеоигре настроена так, что небо всегда затянуто облаками. Самой медленной операцией нашей системы обработки информации является мышление. Мипам говорил о том, что функция мысли — очерчивать. Если у меня есть мысль об этом, то она уже не о другом. Так что в любой момент, когда я думаю, я уже не в цельности. Поэтому мышление не может помочь мне реализовать пробуждённый ум. Однако если всё мышление распознаётся как пустотное в момент возникновения, и я не запутываюсь в нём, тогда я могу оперировать из сознавания. Следом за мышлением по скорости идёт направленное внимание. Как только я направляю внимание на это, оно уже не на том. Но я не могу направить внимание на что-либо, что привело бы меня к пробуждению, даже если это какая-то практика медитации. Однако если я достиг уровня практики, который называется «естественное состояние», в котором нет точки отсчёта и нет точки приложения внимания, то есть я не смотрю откуда-то на что-то, тогда я смотрю на всю беспредельную цельность как таковую и могу получить прямой опыт пробуждённого сознавания. Наконец, третья, самая быстрая операция нашей системы обработки информации, для которой у нас даже не выработано подходящего слова, это партикуляризация (particularization) — тенденция ума направляться к чему-то, делая это чем-то отдельным. Западная психология начинает с восприятия стимулов (вижу стимул — реагирую на него), тогда как буддийская психология начинает до стимулов: есть первоначальная тенденция направляться к чему-то, и только затем следует распознавание этого как конкретного стимула. Это некий потенциал действия. Хотите посмотреть, как это работает? Попробуйте панорамно посмотреть на всё, что находится в комнате. На всё одновременно. И удерживайте это панорамное видение. Всё одновременно, подобно ребёнку, видящему храм, — видящему всё в нём одновременно и ничего по отдельности. Продолжайте делать это мгновение за мгновением. Что же происходит? У вас не получается. Ум продолжает выхватывать что-то отдельное. Так что вся идея заключается в том, чтобы провести вас за пределы мышления, за пределы направленного внимания, за пределы партикуляризации и установить такое воззрение, которое позволит вам распознать, что вы и есть беспредельная цельность пробуждённого ума. И тогда вы учитесь быть беспредельной цельностью, одновременно наблюдая, как совершают свою работу все операции вашей системы обработки информации.

Есть два пути, как может произойти узнавание пробуждённого сознавания. Недостаточно установить воззрение, нужно распознать пробуждённое сознавание как свой базис оперирования. Первый путь называется путём нелокализации. В какой-то момент вы обнаруживаете, что вы больше не оперируете из индивидуального локализованного сознания, а оперируете из бытия беспредельной цельностью — места, у которого нет места, нет локализации, нет точки отсчёта. Либо, второй путь, в какой-то момент вы распознаёте, что в пробуждённом сознавании есть что-то очевидно отличное от обыденного сознавания — в его яркости, пробуждённости, интенсивности, мягкости, сакральности, мгновенности. Когда вы узнаёте это, то зачастую это что-то очень знакомое. Это возвращение назад к вашей подлинной природе. Зачастую это переживается как большой сдвиг, вот почему он обозначается словом «парасамгате» — «уходя за пределы пределов» вашего индивидуального сознания и системы обработки информации. И если эта реализация сопровождается спонтанными переживаниями благодарности и сострадания, вы на правильном пути. На этом заканчивается первая карта.

Sonam Gurung, G., Brown, D. Pith Instruction for A Khrid rDzogs Chen, 2017

Вторая карта

Второй раздел учений помогает стабилизовать пробуждение. Первое переживание пробуждения, как правило, не очень стабильно, поскольку возвращаются привычки обыденного ума. В традиции махамудры говорится так: «возьмите маленькие язычки пламени и превратите их в лесной пожар». Есть целый набор методов для стабилизации пробуждения. На подушке для медитации вы садитесь и устанавливаете «взгляд льва», переживая сдвиг от локального сознавания к глобальному, и вы делаете это множество раз. Вы работаете над тем, чтобы переживать сдвиг от обычного к пробуждённому сознаванию чаще, дольше и более непосредственно (мгновенно). И когда сдвиг к пробуждению становится проторённым путём на подушке для медитации, знаком такого прогресса служит то, что вы способны переходить от обыденного ума к пробуждённому уму посредством одного лишь намерения. Тогда пришло время практиковать вне подушки для медитации. Эта практика называется объединением, или смешиванием (mixing). Вы сдвигаете ваш базис оперирования к пробуждённому сознаванию на подушке для медитации, затем отправляетесь гулять на природу и наблюдаете, как долго вы можете находиться там, не выпадая из воззрения обратно в обыденный ум. Затем вы выстраиваете иерархию ситуаций, от самых простых до самых сложных с точки зрения поддержания пробуждённого сознавания. Спустя какое-то время вы объединяете пробуждение со всеми активностями ума, так что больше нет «утечек» пробуждения. И каждый раз, когда вы переживаете сдвиг от обыденного ума к пробуждённому уму, вы разрушаете остаточные привычки обыденного ума, так что в какой-то момент преград больше нет — вы просто пробуждены постоянно. Кроме того, вы осваиваете йогу сна и сновидений, и учитесь сохранять пробуждённое сознавание как во сне со сновидениями, так и в глубоком сне без сновидений.

Таким образом, вы пробуждены всё время, и тогда воззрение изменяется: вместо аспекта основы пробуждения на первый план выходит аспект проявлений. Вы уже не столько удерживаете воззрение беспредельного необъятного пространства, сколько более внимательно смотрите на то, что возникает внутри этого поля. И воззрение становится непрекращающимся потоком динамизма, или живости. Все мысли — это динамичное пробуждённое сознавание, все эмоции — это динамичное пробуждённое сознавание, всё чувственно воспринимаемое — это динамичное пробуждённое сознавание, самопроявляющееся и познающее себя через свои собственные проявления. На этом этапе вы развиваете особую уверенность в воззрении, и даже в самых трудных жизненных ситуациях возникающие облака для вас — лишь тонкая вуаль, и вы можете посредством одного лишь намерения мгновенно возвращаться к пробуждению. Когда вы пробуждены всё время, на подушке для медитации, вне её, во сне со сновидениями и в глубоком сне, вы полностью овладели вторым разделом учений, прошли вторую карту.

Третья карта

Третья карта называется путём освобождения. Если вы удерживаете воззрение беспредельного необъятного сознавания-пространства и воззрение непрекращающегося потока динамизма одновременно, мы называем это воззрением «неразлучной пары» (inseparable pair). Это означает позволять вещам возникать, не вовлекаясь в них. В дзогчен говорится о том, что умственная вовлечённость, когда ум устремляется за чем-то, чтобы получить этого побольше, и отстраняется от чего-то, чтобы этого было поменьше, создаёт кармические следы. И все эти кармические отпечатки собираются в хранилище, которое называется «сознанием-хранилищем». И в зависимости от силы этих следов и от того, что их активизирует, кармические следы могут «прорастать», влияя на ваше поведение и состояние ума. Но если вы установите это воззрение неразлучной пары, то всё возникает в беспредельном пространстве как динамичное пробуждённое сознавание, и нет никакой умственной вовлечённости. Всё просто свободно проходит. Вы оставляете всё как есть, но это не является стратегией, а является частью воззрения, то есть вы не можете превратить это во что-то такое, что вы «делаете». Если у вас это получилось правильно, то всё начинает самоосвобождаться, и поскольку вы перестаёте формировать новые кармические следы, это заставляет ум погружаться глубже в сознание-хранилище, стремительно высвобождая все отпечатки, которые вы накопили за многие жизни. Этот процесс называется «опустошением» дхармадхату. Вы «опустошаете мешок» с кармическими следами, что в среднем занимает от 6 до 8 лет, если вы делаете это 24/7, то есть это становится автоматическим процессом. И если вы дополните этот процесс другими практиками, то срок может сократиться примерно до 3 лет.

Есть три практики, которые вы делаете на этой третьей карте, ведущей вас к буддовости. Первая — высвобождение кармических отпечатков, это называется воззрением трекчо, что переводится как «прорыв», или «прорубание сквозь», и это опция по умолчанию. Кроме этого очищения памяти, есть ещё две продвинутых практики. Во-первых, вы можете очистить остаточные кармические содержания в физическом теле, пока тело не станет совершенно несубстанциональным. Вы делаете это с помощью практики внутреннего огня (туммо), работая с системой центрального канала, что в целом занимает от 6 месяцев до года. Во-вторых, вы можете очистить восприятие. Эта практика заключается в созерцании четырёх уровней видений (by-passing visions, тогал). Очищение всех кармических остатков обыденного ума — будь то через память, тело, восприятие, или всё вместе — становится ключом, открывающим восприятие чистых миров мандалы и всех трёх тел будды одновременно. Вы оказываетесь окружены самой структурой абсолютной реальности, вы и есть эта структура абсолютной реальности. Теперь вы — будда, своей просветлённой активностью помогающий другим на пути. Game over.

Составитель конспекта — Сергей Гуленкин

Let’s block ads! (Why?)